Вахтанг Багратиони (груз. ვახტანგ ბაგრატიონი; также известен как Вахтанг-бек; ? — декабрь 1850, Платана, близ Трапезунда, Османская империя) — представитель имеретинской ветви династии Багратионов. Один из главных предводителей западногрузинского народного восстания 1819—1820 годов против Российской империи. Внук царя Имеретии Давида II и признанный Портой владетель (хан) Имеретии (де-юре имеретинский царь).
Биография Вахтанг был сыном Ростома, незаконорожденного сына царя Имеретии Давида II от княжны Мариам Микеладзе. Статус Ростома как царевича был признан Российской империей после расширения ее протектората над Имеретинским царством в 1804 году. У Вахтанга был младший брат Тариэл.
Генеалогический вопрос Вахтанг вместе со своим братом Тариэлом также были известны под фамилией Давидовы-Багратионовы, хотя в Российской империи титул князей Багратион-Давыдовых был официально подтвержден в 1849 году за другой, кахетинской линией династии Багратионов — князьями Багратион-Давитишвили, потомками царевича Деметре (ум. ок. 1513), сына царя Кахетии Александра I. Омонимия привела к некоторой путанице в генеалогической литературе, поскольку некоторые ученые, такие как Кирилл Туманов, ошибочно сделали Соломона Багратион-Давыдова, сына князя из кахетинской линии Ростома Соломоновича Багратион-Давитишвили (1796—1859), сыном имеретинского царевича Ростома Давидовича (ум. 1820). Грузинский историк О. Соселиа также идентифицировал Вахтанга с другим Ростомом, сыном Симона Багратиони, что, однако, не находит подтверждения в документах. Как показывают османские и российские архивные материалы, отец Вахтанга, Ростом, был именно сыном Давида II, и его статус царевича подтверждался как при Стамбульском дворе, так и, до определенного момента, при Петербургском.
Из документов следует, что дядя Вахтанга, Константин Багратиони (законный сын Давида II), признавал своего племянника Ростома (отца Вахтанга) «царевичем» и «братом». В жалованных грамотах 1805, 1807, 1808 и 1809 годов Константин неизменно именует Ростома «нашим братом царевичем» и ставит его первым среди свидетелей. Это свидетельствует о том, что, несмотря на формальную незаконнорожденность, Ростом пользовался всеми правами члена царского дома и передал эти притязания своим сыновьям. Вахтанг и Тариэл фигурируют в документах как «Багратионы» и «царевичи». Их матерью была княжна Мариам Микеладзе, женой Вахтанга — Дона (Тамара) Лорткипанидзе, дочерью — Анастасия (в замужестве Нижарадзе).
Народное восстание 1819—1820 годов В 1819 году то, что изначально началось как протест против посягательств русского правительства на монастырь Шемокмеди в Имеретии, переросло в полномасштабное народное восстание, в котором участвовали как дворяне, так и крестьяне. К этому моменту, через девять лет после аннексии Имеретии Россией, недовольство достигло предела. Восставшие, по донесению генерала Курнатовского генералу Вельяминову от 14 июля 1819 года, ставили своей целью избрание собственного царя, что фактически означало восстановление государственности. Среди претендентов на имеретинский престол назывались несколько лиц. Часть восставших поддерживала князя Зураба Церетели, свояка мегрельского владетеля Левана V Дадиани и зятя гурийского владетеля Мамии V Гуриели. Другие выдвигали кандидатуру князя Иване Абашидзе, внука царя Соломона I по женской линии (через царевну Дареджан). Однако большинство восставших отвергали всех и настаивали на приглашении представителя старшей ветви Багратионов — царевича Александра Багратиони (сына царя Ираклия II), который в то время проживал в Хертвиси, близ Ахалцихе. К нему была отправлена депутация, но царевич, по некоторым соображениям, отклонил предложение.
Именно тогда реальным кандидатом стал Вахтанг. Генерал Вельяминов в донесении указывал: «Имеретинский народ избрал царем Имеретии Вахтанга Багратиони и теперь желают овладеть Кутаисом». Восставшие требовали от Ростома (родственника Вахтанга) выставить четырех- или пятитысячное войско. Возникает закономерный вопрос: был ли Вахтанг избран царем или же его провозгласили таковым уже в ходе восстания? Российские источники, такие как историк В. Потто, сообщают, что среди восставших не было единства в вопросе выбора монарха, но Вахтанг, будучи внуком Давида II по мужской линии, имел неоспоримое преимущество перед Иване Абашидзе, который был царевичем лишь по матери. Восстание быстро распространилось на соседние княжества Гурию и Мегрелию. Власти объявили Вахтанга вне закона. Генерал Ермолов в своем донесении от 6 мая 1820 года писал, что Вахтанг, «возмутивший мирных жителей Имеретии», объявлен государственным преступником. Его отцовское имущество подлежало конфискации, а населению предписывалось не подчиняться ему, а напротив, обращаться с ним как со злодеем. Жена и дети этого «незаконно прижитого чудовища» подлежали аресту.
К июлю 1820 года генералу Вельяминову удалось вернуть большую часть Имеретии под русское правление. Грузинам пришлось отступить в горы Рачи, где их войска были окончательно разгромлены у крепости Варацихе. Царевич Давид (сын царевича Баграта) был убит в бою; Ростом (сын Симона) был схвачен и сослан в Россию, где зачислен рядовым в Сумский гусарский полк. Вахтанг сбежал в Османскую империю, взяв с собой младшего брата Тариэла. Его мать, жена Дона Лорткипанидзе и годовалая дочь Анастасия были схвачены русскими войсками и отправлены в Тбилиси. 12 марта 1821 года генерал-майор князь Горчаков издал прокламацию, в которой от имени императора объявлялось прощение всем участникам восстания, за исключением 27 «злодеев», навечно изгоняемых из империи. В этом списке значились Вахтанг и Тариэл Багратионы, а также Мамука Багратиони. Им запрещалось возвращаться, а их имущество подлежало конфискации.
В изгнании Спасаясь от преследования, Вахтанг и Тариэл сначала укрылись в Ахалцихе, а затем обосновались в Трапезунде — городе, где закончил свои дни в изгнании последний имеретинский царь Соломон II. Османское правительство назначило им пенсию. В Османских архивах в Стамбуле грузинский историк Манана Хомерики обнаружила черновик фирмана султана, составленный после смерти Соломона II в 1815 году. Документ подтверждал назначение нового вассального правителя в Имеретии, но поле с именем было оставлено пустым — по-видимому, из-за отсутствия подходящего кандидата. Однако уже в 1821 году другой османский документ прямо упоминает Вахтанга как хана Имеретии. Хомерики предполагает, что османы, соперничавшие с Россией за влияние на Западном Кавказе, признали изгнанного царевича законным правителем своей страны. В Османском архиве сохранились также письма, свидетельствующие о том, что Вахтанг обращался к султану как «хан Имеретии». В одном из документов (ок. 1821–1822 гг.) говорится: «Вахтанг, сын Давида, находится в Ахалцихе со 150 своими людьми… он просит оказать ему помощь». В другом документе Вахтанг именуется «мепе» (царем) Имеретии. В турецких источниках его называют как «Вахтанг-хан». Примечательно, что в русских документах того же периода его именуют не иначе как «царевич» или «самозванец», отрицая за ним царский титул.
Дипломатическая деятельность и попытки союзов В изгнании Вахтанг вёл активную переписку с антироссийской оппозицией и искал союзников как в Турции, так и в Иране. Особые надежды он возлагал на мегрельского владетеля Левана V Дадиани. В письме, датируемом примерно 1825 годом, Дадиани обращается к Вахтангу как к «законному царю» и обещает поддержку: «Лихт имеретского царя, потомка, Иесиана, Давидиана, Соломониана, Багратиона… Вам, нареченному царем, Вахтангу…». Дадиани подробно описывает военную ситуацию в Грузии и выражает готовность выступить против русских вместе с Вахтангом. Это письмо, сохранившееся в Национальном архиве Грузии — яркое свидетельство того, что даже спустя пять лет после разгрома восстания Вахтанг оставался знаковой фигурой для западногрузинской знати.
В 1826 году Вахтанг написал письмо царевичу Александру Багратиони (сыну Ираклия II), находившемуся в Персии. В этом послании он напоминал о том, что все Багратионы — единого корня, и призывал Александра выступить совместно против России: «Господь да хранит вас… Царь и мы — единого дома… теперь же мы, потомки ваши, молясь, обратились к вашему величеству, чтобы вы освободили вашу собственную страну от беззаконной руки московской». Вахтанг сообщал, что объединил против России всю Западную Грузию — имеретин, мегрелов, гурийцев и абхазов, и что союзники одержали победу в восьми сражениях. Он просил Александра поспешить с помощью.
Вахтанг, по-видимому, дважды посещал Париж. В 1834 году российский агент граф Нессельроде сообщал о том, что профессор армянского языка Левалиан и некий Броссе (будущий известный ученый Марий Броссе) по заданию французского правительства установили связь с Вахтангом и Тариэлом в Стамбуле. Броссе переписывался с ними и собирал сведения о положении в Грузии, что вызывало беспокойство российских властей. В 1841 году османские документы подтверждают, что Вахтанг и его брат вновь прибыли в Стамбул, затем отправились во Францию, а по возвращении снова поселились в Трапезунде. Тариэл, брат Вахтанга, служил в османской армии в чине сераскира (генерала) и скончался в 1840 году. Его вдова, княгиня Елизавета Гуриели, впоследствии ходатайствовала о возвращении имущества в Грузии, но безуспешно.
Возвращение на родину и последние годы В последние годы жизни Вахтанг, уставший от изгнания и, по-видимому, утративший надежду на военный реванш, пытался договориться с российскими властями о безопасном возвращении в Имеретию. Российское правительство, осведомленное о его связях и авторитете, первоначально колебалось. В 1846 году наместник Кавказа князь Воронцов принял решение разрешить Вахтангу вернуться, но с условием установления строгого полицейского надзора и без возвращения конфискованных ранее имений. Ему была назначена ежегодная пенсия в 350 рублей серебром. Однако Вахтанг был недоволен такими условиями. В своем ответном письме он благодарил за пенсию, но жаловался на ее мизерность, указывая, что османский султан содержал его гораздо лучше. Он просил вернуть ему хотя бы часть родовых владений. Российские власти сочли его требования чрезмерными, и переписка затянулась. В 1849 году окончательное решение о возвращении Вахтанга с выплатой 350 рублей было утверждено, но процесс затянулся, и Вахтанг так и не дождался этого дня. В декабре 1850 года Вахтанг скончался в местечке Платана (современный Акчаабат), близ Трапезунда, после продолжительной болезни. Его имущество оценивалось в 10 000 пиастров, а также включало три лошади и оружие. Турецкие власти опечатали наследство и передали его на хранение российскому консулу для последующей передачи наследникам.
Потомство и судьба семьи У Вахтанга осталась единственная дочь от первого брака — Анастасия (Нижарадзе), которая проживала в Грузии. Она и ее муж, князь Димитрий Нижарадзе, предпринимали усилия для получения отцовского наследства и пенсии, но столкнулись с бюрократическими проволочками. Российские власти признавали Анастасию единственной наследницей. Второй женой Вахтанга в изгнании была некая Анусия (или Ханым), по происхождению, вероятно, из Кобулети. Она была мусульманкой, и брак с ней, по-видимому, был заключен по местным обычаям. После смерти Вахтанга Анусия также пыталась получить пенсию, но Димитрий Нижарадзе оспорил ее права как наследницы. Вахтанг и его брат Тариэл, по имеющимся данным, не оставили законного мужского потомства в изгнании. Единственный документально засвидетельствованный потомок — дочь Анастасия.
Примечания
Литература
Dumin, S.V., ed. (1996). Дворянские роды Российской империи. Том 3. Князья [Noble families of the Russian Empire. Volume 3: Princes] (in Russian). Moscow: Linkominvest. pp. 90–91, 94. Rayfield, Donald (2012). Edge of Empires: A History of Georgia. Reaktion Books. p. 276. — ISBN 978-1780230306.