Газовый конфликт между Словакией и Украиной начался 1 января 2025 года после истечения срока действия пятилетнего контракта на транзит природного газа между российской государственной энергетической компанией «Газпром» и украинской нефтегазовой компанией «Нафтогаз Украины».
Прекращение транзита газа через украинскую газотранспортную систему, по которой осуществлялись поставки в ряд стран Центральной и Южной Европы, включая Словакию, привело к резкому обострению отношений между правительствами Словакии и Украины.
Предыстория
На протяжении нескольких десятилетий газопроводная сеть советской постройки, проходящая через территорию Украины, служила ключевым маршрутом транзита российского природного газа в Европу. Несмотря на вторжение России на Украину в 2022 году, транзит газа продолжался в рамках контракта, подписанного в 2019 году, обеспечивая Украине значительные доходы, а таким странам, как Австрия, Венгрия и Словакия, — стабильные поставки газа, при сохранявшейся зависимости от российского трубопроводного газа.
Украина объявила о решении не продлевать транзитный контракт после его истечения 1 января 2025 года, сославшись на политику прекращения источников финансирования «российской военной машины», а также на курс Европейского союза на достижение энергетической независимости.
Истёкший контракт представлял собой пятилетнее соглашение типа «качай или плати» между российским «Газпромом» и украинским «Нафтогазом», предусматривавшее обязательство по оплате транзита 40 млрд м³ газа в год. К последнему году действия договора фактические объёмы прокачки существенно снизились (до 14–15 млрд м³ в 2024 году), однако Украина продолжала получать полную плату за транзит. Прекращение действия контракта лишило страну гарантированного источника доходов, оцениваемых в 450–500 млн долларов США ежегодно.
Данное решение оказало немедленное экономическое давление на Словакию, которая зависела от этого маршрута для значительной части газоснабжения и получала сотни миллионов евро в год в виде транзитных сборов за поставки газа в другие европейские страны. Остановка транзита означала необходимость срочной замены около 5 % общего объёма газовых поставок Европейского союза, сосредоточенных преимущественно в странах Центральной и Южной Европы.
Конфликт 1 января 2025 года транзит природного газа через территорию Украины в направлении Словакии, Австрии и Венгрии был полностью прекращён. В то время как большинство стран Европейского союза после российского вторжения в Украину в 2022 году в значительной степени диверсифицировали источники энергоснабжения, остановка поставок оказала непропорционально сильное влияние на Словакию. Это было обусловлено высокой зависимостью страны от данного маршрута, а также её географическим положением.
Реакция Словакии Премьер-министр Словакии Роберт Фицо резко раскритиковал решение Украины, назвав его «политически мотивированным» и наносящим ущерб энергетической безопасности и экономическим интересам малых государств ЕС. По его оценке, прекращение транзита обойдётся Словакии в 500–600 млн евро в год в виде утраченных транзитных доходов и вынудит страну понести до 1 млрд евро дополнительных расходов на обеспечение альтернативных поставок газа.
В ответ на остановку транзита правительство Фицо выступило с рядом ответных угроз в адрес Украины. В частности, было заявлено о возможности прекращения поставок аварийной электроэнергии, от которых Украина зависит при синхронизации с энергосистемой ЕС во время российских ударов по инфраструктуре, а также о сокращении поддержки и помощи украинским беженцам в Словакии. Кроме того, Братислава потребовала возобновления транзита газа либо внедрения компенсационных механизмов для восполнения потерь государственных доходов.
Энергосистема Украины, серьёзно повреждённая в результате систематических российских ракетных и беспилотных атак, функционирует в синхронизации с европейской сетью ENTSO-E, в которую входит и словацкий оператор SEPS. Прекращение поставок аварийной резервной электроэнергии значительно повысило бы риск масштабного регионального или общенационального «блэкаута» на Украине, особенно после крупных российских ударов. Сам Фицо утверждал, что Словакия является единственной страной, «способной поставить аварийную электроэнергию Украине в течение 30 минут, иначе её энергосистема может рухнуть».
Государственный оператор магистральных сетей SEPS имеет контракт на поставку Украине до 150 МВт аварийной электроэнергии. За первые 11 месяцев 2024 года чистый экспорт электроэнергии из Словакии на Украину составил 2,43 ТВт·ч.
Масштабное отключение электроэнергии привело бы к остановке критически важной инфраструктуры, включая больницы, станции очистки воды и системы централизованного отопления, что усугубило бы гуманитарный кризис для миллионов украинских граждан, особенно в зимний период.
Чехия и Польша публично поддержали Украину, раскритиковав пророссийскую позицию Фицо.
Ряд экспертов поставили под сомнение реализуемость угроз словацкого правительства, указывая, что Словакия, вероятно, не обладает юридическим правом в одностороннем порядке отказывать в аварийной помощи другому участнику ENTSO-E. Протоколы сети обязывают операторов предоставлять экстренную поддержку, если это не угрожает стабильности их собственной энергосистемы.
Правительство Фицо также потребовало возобновления транзита газа и предложило механизм, при котором европейские транснациональные структуры закупали бы газ на российско-украинской границе и оплачивали Украине транзит, тем самым обходя прямое продление контракта между «Нафтогазом» и «Газпромом». Киев отверг данное предложение.
10 января Фицо выступил с резонансным заявлением, заявив, что он «сыт по горло» президентом Украины Владимиром Зеленским, обвинив его в «разъездах по Европе с попрошайничеством и шантажом в поисках денег». Премьер-министр напрямую связал эту риторику со словацко-украинским газовым конфликтом, использовав её для официального обвинения Украины в ненадёжности как партнёра.
Позиция Украины Правительство Украины расценило действия Роберта Фицо, в частности его угрозы прекратить поставки критически важной аварийной электроэнергии, как шаги, отвечающие стратегическим интересам Москвы. С учётом роли Словакии как одного из ключевых поставщиков резервной электроэнергии, потенциальная потеря синхронизированных поставок могла бы существенно усугубить энергетический кризис на Украине.
Политическое и энергетическое противостояние между двумя странами переросло в масштабное риторическое противоборство. Президент Украины Владимир Зеленский обвинил Фицо в открытии «второго энергетического фронта» против Украины. Это обвинение стало центральным элементом позиции Киева в конфликте: утверждалось, что действия словацкого премьер-министра координируются Кремлём и представляют собой преднамеренный акт энергетического саботажа, призванный усилить ущерб от продолжающихся российских ракетных и беспилотных ударов по украинской энергосистеме.
Министерство иностранных дел Словакии решительно отвергло обвинения в открытии «второго энергетического фронта», назвав заявления Зеленского «преувеличенными» и «необоснованными». В Братиславе заявили, что правительство лишь защищает стратегические интересы словацкого народа в ответ на действия Украины, которые были охарактеризованы как «саботаж», приведший к значительным потерям транзитных доходов.
Украинское руководство во главе с президентом Зеленским, в свою очередь, отстаивало решение о прекращении транзита, заявляя, что «оно является необходимым шагом для соответствия долгосрочной цели Европейского союза по достижению энергетической независимости от России и лишению Москвы возможности использовать доходы от транзита газа для финансирования войны».
Украинские официальные лица также обвинили Фицо в приоритизации отношений с Москвой в ущерб европейской солидарности и интересам граждан Словакии. По словам Зеленского, Украина предлагала Словакии помощь в переходе на альтернативные источники газа, однако Фицо «высокомерно отказался» от этих предложений, предпочтя «сделать ставку на Москву».
Позиция России Правительство Российской Федерации и государственная энергетическая компания «Газпром» официально возложили ответственность за прекращение транзита на Украину, заявив, что российская сторона была готова продолжать поставки газа, однако решение Киева сделало это «практически невозможным». Москва позиционировала себя как готового и надёжного поставщика, заблокированного «политически мотивированным» решением украинских властей.
Ключевым фактором в обеспечении Словакией альтернативного маршрута поставок газа стала рабочая встреча премьер-министра Роберта Фицо с президентом России Владимиром Путиным в Москве в конце декабря 2024 года, незадолго до истечения транзитного контракта. В ходе встречи Путин публично пообещал Фицо, что «Газпром» найдёт альтернативные способы поставок законтрактованных объёмов газа в Словакию после прекращения транзита через Украину.
Данное обещание стало основой для успешного перехода Словакии на поставки по газопроводу «Турецкий поток». Российская сторона подчёркивала этот шаг как доказательство собственной надёжности, а также как средство сохранения части рыночной доли в Центральной Европе и углубления разногласий между Словакией и её союзниками по ЕС и НАТО. При этом «Газпром» не предпринимал попыток прямого продления контракта с «Нафтогазом», сосредоточившись на обеспечении технических возможностей поставок газа по южному маршруту.
Протесты
Общественная реакция в Словакии на газовый конфликт сопровождалась масштабными антиправительственными протестами, направленными против пророссийской и антиукраинской внешней политики правительства Роберта Фицо. Широкомасштабные демонстрации, в значительной степени организованные гражданским объединением «Мир для Украины», были спровоцированы визитом Фицо в Москву, а также его последующей реакцией на решение Украины прекратить транзит российского газа через свою территорию.
Участники протестов осудили угрозы премьер-министра принять ответные меры против Киева, включая прекращение поставок жизненно важной помощи — гуманитарных грузов, электроэнергии и поддержки украинских беженцев. Кроме того, протестующие критиковали жёсткую риторику Фицо, утверждая, что она ставит под угрозу евроатлантическую ориентацию Словакии, её членство в ЕС и НАТО, и подрывает демократическое и европейское будущее страны.
Альтернативы Для компенсации утраченных объёмов трубопроводного газа Словакия была вынуждена опираться на сочетание собственных газовых резервов и альтернативных маршрутов поставок. С 1 февраля 2025 года страна начала импорт российского газа по газопроводу «Турецкий поток» через территорию Турции и Венгрии, при этом объёмы поставок планировалось существенно увеличить с апреля 2025 года. Однако данный маршрут покрывал лишь часть прежних объёмов импорта и сопровождался дополнительными затратами: по оценкам, только для государственной компании SPP рост транзитных сборов составил около 90 млн евро.
Параллельно Словакия задействовала существующие интерконнекторы с Австрией, Чехией и Польшей, которые ранее диверсифицировали свои поставки за счёт сжиженного природного газа (СПГ), а также газа из Норвегии и Азербайджана. Чехия публично предложила предоставить пропускную способность своей газотранспортной системы для поддержки словацкого рынка.
В июле 2025 года государственный поставщик газа SPP воспользовался предусмотренным в ЕС исключением, позволившим сохранить долгосрочные контракты на поставку российского газа до установленного Евросоюзом окончательного срока поэтапного отказа от таких закупок.