Американская экспедиция на К2 1938 года, также называемая Первой американской каракорумской экспедицией, исследовала несколько маршрутов восхождения на вершину К2 (Чогори), гору высотой 8611 м — вторую по высоте в мире и непокорённую на тот момент (вершину первого восьмитысячника, Аннапурны, альпинистам лишь в 1950 году). Руководителем небольшой и сплочённой группы альпинистов был Чарльз Хьюстон. Решив, что является наиболее благоприятным путём, 19 июля 1938 года они успешно продвинулись до начала предвершинного гребня на высоту 7500 м. Однако к тому времени их линии снабжения сильно растянулись, не хватало продовольствия, и приближался муссон. Было решено, что Хьюстон и совершат последний рывок, чтобы подойти как можно ближе к вершине, а затем присоединятся к остальной группе для спуска. 21 июля пара достигла отметки около 7900 м. При благоприятной погоде им удалось определить подходящее место для штурмового лагеря и ясный путь к вершине.
Экспедиция была признана успешной, и никто не получил серьёзных травм. Был детально изучен подходящий маршрут по , найдены подходящие места для палаток (которые впоследствии использовались в ряде других экспедициях), а также определён технически самый сложный участок подъёма — «» на высоте 6700 м, названный так в честь Билла Хауса, который возглавил двухчасовое восхождение по этой отвесной скале. Книга «На высоте пяти миль», написанная альпинистами совместно и проиллюстрированная их фотографиями, также имела успех.
В следующем году воспользовалась результатами этой разведки, чтобы подобраться вплотную к вершине, но их спуск обернулся трагедией.
Предыстория
Открытие К2
Чогори находится на границе между тем, что в 1938 году было Британской Индией (ныне Пакистан), и Китайской Республикой. При высоте 8611 м это высшая точка хребта Каракорум и вторая по высоте гора в мире. Гора была замечена в 1856 году в ходе Великого тригонометрического исследования Кашмира, а к 1861 году достиг ледника Балторо и смог получить чёткий вид на К2 со склонов Машербрума. Он увидел, что спускающийся ледник в конечном итоге стекает в реку Инд, и, следовательно, гора находится в Британской империи.
Условия на К2 отличаются особой суровостью. Вершина находится севернее гималайских гор, поэтому климат здесь холоднее; хребет Каракорум шире Гималаев, поэтому там скапливается больше льда и снега.
Первые попытки восхождений
В 1890 году Роберто Лерко вошёл в регион Балторо Музтаг в Каракоруме. Он достиг подножия К2 и, возможно, даже поднялся по её юго-восточному отрогу на некоторое расстояние, — но он не оставил отчёта о своём путешествии. Первая серьёзная попытка восхождения на гору была предпринята в 1902 году группой, в которую входил Алистер Кроули, позже ставший печально известным как «самый порочный человек в мире». Экспедиция изучила маршруты восхождения как к северу, так и к югу от горы и добилась наибольшего прогресса на северо-восточном гребне, прежде чем была вынуждена прекратить свои попытки. С того времени за К2 закрепилась репутация более трудной горы для восхождения, чем Эверест, — любой маршрут к вершине здесь сложен.
В 1909 году экспедиция герцога Абруццкого достигла высоты около 6250 м на юго-восточном гребне, прежде чем решила, что гора неприступна. Этот путь, получивший название «» (или отрог Абруцци), впоследствии стал считаться классическим маршрутом к вершине. В 1910 году, вернувшись в Италию, герцог объявил: «Если когда-нибудь нога человека и ступит на сверкающую вершину К2, то это будет авиатор, а не альпинист». В 1929 году Аймоне ди Савойя-Аоста, племянник герцога Абруццкого, возглавил экспедицию для исследования верховьев ледника Балторо, вблизи К2.
Подготовка к экспедиции
Планы AAC на 1938 и 1939 годы На собрании Американского альпийского клуба (AAC) в 1937 году основными докладчиками были Чарльз Хьюстон и Фриц Висснер. Висснер предложил организовать экспедицию для первого восхождения на К2, и эта идея получила мощную поддержку. Президент AAC подал заявку на получение разрешения через Госдепартамент — британские колониальные власти одобрили план разведки с возможной попыткой штурма в 1938 году, за которой последует полноценная экспедиция в 1939 году, если первая попытка не увенчается успехом. Хотя ожидалось, что Висснер возглавит первую экспедицию (он был, вероятно, лучшим американским альпинистом того времени), он отказался и предложил Хьюстону заменить его. Хьюстон обладал значительным опытом: он организовал и совершил первое восхождение на аляскинскую гору Форакер в 1934 году и был участником Британо-американской гималайской экспедиции 1936 года, достигшей вершины Нандадеви, которая на тот момент и вплоть до 1938 года оставалась высочайшей из покорённых вершин. Их основной целью была разведка трёх главных гребней К2 и, по возможности, попытка штурма вершины.
Участники команды был другом Хьюстона и его сокурсником в Гарварде — он дважды участвовал в экспедициях на Аляске. Ричард Бёрдсолл успешно взошёл на гору Гунгашань в Сычуани, Китай. вместе с Висснером совершил первое восхождение на гору Уоддингтон в Британской Колумбии. был очень опытным горным гидом и скалолазом из массива Титон в Вайоминге. В отличие от остальных, выпускников Лиги плюща, Петцольдт не учился в колледже. Норман Стритфилд был офицером британской армии в Индии и служил офицером по транспорту во французской каракорумской экспедиции. Он не был опытным альпинистом, но отлично справлялся с организацией носильщиков и распределением снаряжения.
Снаряжение Команде пришлось экспериментировать с рационом, и в итоге они остановились на 23 кг пеммикана, который так любили полярные исследователи (в то время не было известно, что пеммикан слишком жирен для больших высот). Они также выбрали твёрдое галетное печенье, которое не размокало от влаги. В продаже начали появляться сушёные фрукты и овощи, и они взяли их вместе с крупами и сухим молоком.
Ботинки были кожаными с коваными гвоздями (триконями), специально изготовленными для них в Англии. Альпинистские верёвки были из манильской пеньки и конопли — в отличие от современного нейлона они не имели динамических качеств и не отличались прочностью. Ледорубы представляли собой длинное деревянное древко со стальной головкой, образующей клюв и лопатку. Следуя английским традициям, и в отличие от экспедиции Висснера 1939 года, они практически не взяли технического снаряжения, сочтя, что десяти крючьев будет достаточно. Петцольдт выступал за более широкую подготовку экипировки, но его аргументы не были приняты во внимание. Пол был ограничен в средствах (его поездку оплачивал другой член AAC, так как он сам не располагал такими деньгами) — тем не менее, уверенный в своей правоте, во время проезда через Париж он потратил часть своих денег, чтобы тайно купить пятьдесят крючьев.
Ход экспедиции
Дорога до Кашмирской долины Экспедиция отплыла 14 апреля из Нью-Йорка в Бомбей через Европу. 9 мая они прибыли в Равалпинди (Британская Индия, ныне Пакистан), откуда направились в сторону Кашмирской долины (в то время земли княжества Джамму и Кашмир), Здесь, к северу от Сринагара, в деревне , дорога заканчивалась — чтобы передвигаться дальше, нужны были носильщики.
Путь до базового лагеря
Далее предстоял путь длиной 580 км — переход через перевал Зоджи-Ла, далее вдоль рек , Суру, и Инд в Скарду и затем, через , — в базовый лагерь К2. В Сринагаре альпинисты встретились с шестью шерпами, нанятыми заранее и прибывшими из Дарджилинга. Шерпы имеют тибетское происхождение, но те, кто искал работу горных проводников, обосновывались в индийском Дарджилинге, где довоенные британские экспедиции на Эверест всегда проводили набор. К каждому «сагибу» был прикреплён шерпа. Пасанг Кикули, который был с Хьюстоном в Британо-американской гималайской экспедиции на Нандадеви в 1936 году, снова сопровождал Хьюстона и был сирдаром (старшим шерпой). Другими шерпами были Пемба Китар, Це Тендруп, Анг Пемба, Сонам и Пинсу. Три кашмирских «шикари» (охотника) были назначены для обслуживания базового лагеря: повар Ахду, мажордом и камердинер.
Было нанято чуть менее ста носильщиков и двадцать пять пони, которых удалось довести только до Юно, где вместо животных наняли ещё семьдесят пять носильщиков. Местные носильщики не уходили далеко от своих деревень, поэтому их нанимали всего на несколько дней, после чего они разворачивались назад, тогда как альпинистам приходилось нанимать новых.
В Юно носильщики отказались работать, затребовав двойную плату за свои услуги. Было решено, что Бейтс и Стритфилд вернутся обратно в Скарду, стоящему у места впадения Шигара в Инд, по воде. Бейтс и Стритфилд преодолели на плоту более 45 км по бурной горной реке. В Скарду им дали лошадей для возвращения в Юно и выделили чиновника, который смог договориться с носильщиками, а также нанял недостающих; после этого они снова двинулась в горы. У Хото им пришлось пересекать реку над ущельем глубиной 61 м по «канатам», сплетённым из ивовых прутьев. 3 июня команда достигла , где Петцольдт слёг с болезнью (позднее она была диагностирована как лихорадка денге). Хьюстон, который был врачом, остался с Полом, тогда как остальные ушли вперёд. Группа поднялась на язык ледника Балторо и достигла Урдукаса — уединённого травянистого оазиса рядом с ледником, самой дальней точки, куда местные пастухи пригоняли скот. Здесь Хьюстон и Петцольдт догнали основную группу.
12 июня они достигли места, определённого для базового лагеря, где расплатились с носильщиками, дав им указание вернуться через 45 дней.
Разведка подступов к вершине Опираясь на работу, проделанную за двадцать девять лет до этого экспедицией герцога Абруццкого, группа Хьюстона приступила к изучению различных возможных маршрутов восхождения.
Исследование герцога Абруццкого (1909)
В группу Абруццкого входил фотограф Витторио Селла, чьи великолепные снимки использовались и вызывали восхищение у последующих поколений исследователей, давая прекрасное представление о стенах и гребнях К2 и окружающих её гор. Из Конкордии, где сливаются ледники Балторо и , они поднялись по последнему. Из места, ставшего традиционным для базового лагеря, они исследовали северо-восточный гребень К2, который сочли безнадёжным, и попытались подняться по юго-восточному гребню — ныне называемому . Два проводника из Курмайёра достигли высоты около 6400 м, но это лишь доказало, что группа в целом не справится с подъёмом. Затем они перешли на западную сторону К2, поднялись по леднику Савойя до места, названного ими перевалом Савойя на высоте 6670 м, у подножия северо-западного гребня. Здесь их снова ждала неудача, поэтому в качестве утешения они поднялись высоко на гору Чоголиза, примерно до 7399 м — это была самая большая высота, когда-либо достигнутая человеком, рекорд, который не был побит до британской экспедиции на Эверест 1922 года.
Разведка 1938 года
В течение двух недель в июне 1938 года, отведённых на разведку, стояла штормовая погода. Бейтс и Стритфилд рискнули подняться по леднику Годвин-Остен, откуда южная стена и северо-восточный гребень К2 казались неприступными. Они исследовали ледник Савойя, но трижды не смогли достичь перевала Савойя — путь преграждали трещины и ледяные стены. Они надеялись найти маршрут с этой стороны, так как исследование 1909 года показало, что напластования скал на северо-западном гребне образуют подобие ступеней, в то время как на другой стороне, на ребре Абруцци, скалы наклонены вниз, что делает опору ненадёжной и затрудняет установку палаток.