Фантастика в произведениях Достоевского — наличие фантастических элементов, фантастического колорита как особенность произведений Фёдора Михайловича Достоевского.
Отличительная черта прозы Ф. М. Достоевского — фантастический колорит, благодаря чему творческий метод писателя носит название «фантастический реализм», «реализм, доходящий до фантастического». Первым эту особенность творчества писателя отметил В. Н. Майков, который указал, что «мистический отблеск» «свойствен вообще изображениям глубоко анализированной действительности».
Границы фантастического в произведениях Достоевского
В среде исследователей существуют дискуссии в связи с определением границ фантастического в творчестве Достоевского. Так, не существует однозначного мнения, все ли сны и грёзы в структуре художественных произведений можно считать фантастическими элементами, относятся ли некоторые произведения писателя к фантастике. Например, повесть «Хозяйка» считают нефантастической Л. П. Гроссман, Н. М. Чирков, В. Н. Захаров, а фантастической — В. В. Ермилов, В. Я. Кирпотин, К. В. Мочульский, о фантастической атмосфере повести пишут многие исследователи, в частности О. Г. Дилакторская и др. Иногда к фантастике у Достоевского относят в том числе галлюцинации персонажей, но, как отмечает в своей диссертации В. Н. Захаров, текстологический анализ фантастических сцен в произведении писателя не даёт для этого оснований — даже в главе «Братьев Карамазовых» «Чёрт. Кошмар Ивана Фёдоровича», где «галлюцинации» (к которым относит появление чёрта Иван Карамазов) — только мистификация Достоевским здравомыслящего читателя, настолько, по утверждению Достоевского, разбалованного современным реализмом, что тот не может «вынести ничего фантастического».
Безусловно фантастическими произведениями Достоевского являются «Двойник», «Крокодил», «Бобок», «Сон смешного человека», «Мальчик у Христа на ёлке». «Кроткую» охарактеризовал как «фантастический рассказ» сам Достоевский, однако В. Н. Захаров в своей диссертации отрицает принадлежность «Кроткой» к фантастике; по мнению Достоевского, фантастичность рассказа в том, что «процесс рассказа» (стенографирование «уяснения») нарушает присущую его произведениям нормы условности («это не рассказ и не записки»).
Достоевский понимал категорию фантастического широко: необыкновенные сюжеты (как, например, приключения чиновника, проглоченного крокодилом), философско-пророческие сны, грёзы наяву, мистические совпадения, галлюцинации и предчувствия героев, знамения и пр. Многие персонажи произведений Достоевского отмечены печатью демонизма, некоторые — печатью бесовщины как утраты духовно-нравственных ориентиров («Бесы»).
Функции фантастического в творчестве писателя Фантастические образы в произведениях Достоевского являются не прихотью, не самоцелью, а средством раскрытия идейного содержания, средством, помогающим в образной форме объяснить реальный, действительный мир. Достоевскому фантастика позволяет рассмотреть жизнь в философском аспекте, наглядно отметить её самые значимые, нередко тревожащие закономерности, развить излюбленные Достоевским темы мирового зла, трагического поиска правды, сознательного выбора жизненного пути и др. Фантастика выступает как средство глубокого осмысления неидеальной, дисгармоничной действительности и противоречивой природы человеческого духа.
Фантастическое начало, проявляющееся в виде фантастических сновидений, галлюцинаций, грёз Якова Петровича Голядкина («Двойник»), Раскольникова («Преступление и наказание»), Ивана Карамазова и многих других персонажей, позволяет Достоевскому не только выявить индивидуально-личностные проблемы трагического поиска истины, выбора моральных приоритетов, но и развить в рамках повествования темы мировой борьбы сил добра и зла (в их общем проявлении), путей спасения всего человечества от духовно-нравственной катастрофы и пр.
Фантастическое в прозе Достоевского — органическая составляющая творческой системы писателя в целом, не только являясь жанрообразующим фактором и сюжетно-композиционным средством в отдельных произведениях, но и выступая как компонент поэтического повествования, определяя саму художественную палитру, характер образного воплощения идеи в произведениях писателя. Фантастический элемент в произведениях писателя — обобщённая форма символического изображения мира, фантастическая образность у Достоевского выступает как высшая степень концентрации художественной мысли, достигает символического обобщения главных социально-нравственных противоречий общества, современного писателю.
В то же время ведущими функциями фантастики у Достоевского являются противопоставление идеала дисгармонии реального мира и антропологическая функция, определяемая не только стремлением писателя к глубокому исследованию человеческой натуры, но и намерением доказать генетическую моральную зависимость личности от идеала и продемонстрировать возможные пути совершенствования личности, которая к этому идеалу стремится.
Фантастический элемент, служащий цели создания образа художественно-философского идеала, нацелен у Достоевского на две основные ипостаси этого идеала — индивидуально-личностную (реализованную в образе мечтателя, как в ранних произведениях писателя — «Хозяйка», «Белые ночи», «Неточка Незванова», где фантастика тесно связана с образом мечтателя, создающего в своих грёзах фантастический, идеальный мир гармонии и красоты и в то же время являющегося носителем многих свойств духовно-нравственного идеала) и общественную (идея о «золотом веке» человечества — в более поздних произведениях: «Подросток», «Мальчик у Христа на ёлке», «Сон смешного человека», где Достоевский вводит фантастический элемент в целях воссоздания идеала общественного устройства). Формы описания идеала общественного устройства в произведениях Достоевского разнообразны: мечты Кириллова о «перемене земли и человека физически» («Бесы»), поэма Ивана Карамазова «Геологический переворот», сны о «золотом веке» Ставрогина («Бесы»), Версилова («Подросток»), «смешного человека», мысли о «золотом веке» «без бога» Версилова.
Являясь конструктивным элементом прозы Достоевского, фантастика служит усилением психологической глубины повествования. Но изобразительные возможности фантастики Достоевский в разных произведениях использует по-разному и в разной мере. В одних текстах («Двойник») фантастическое не только играет важную роль в сюжетно-композиционном отношении, но и служит жанрообразующим фактором, в других же произведениях (например, в «Преступлении и наказании») фантастическое применяется как элемент повествования, композиционный приём, подчёркивающий конфликтность ситуации (сон) или делающий акцент на символико-обобщающем характере анализа «мировых» противоречий («трихины» несогласия и т. п.). Как в «Двойнике», так и в «Преступлении и наказании» различные сюжетно-композиционные принципы и приёмы воплощения фантастического — от сюжетоорганизующих и концептуальных до композиционных — позволяют писателю всесторонне и глубоко осветить борьбу противоположных начал в душе личности, а также воплотить идею о положительной первооснове человеческого характера.
Фантастика и художественный метод Использование фантастического в качестве средства художественного изображения не противоречит такой черте творчества Достоевского, как реалистический метод. Сам писатель именовал свой способ отражения действительности реализмом, «доходящим да фантастического». Фантастика в творчестве Достоевского выступает как черта писателя-реалиста, что отличает его, например, от сентименталиста Н. М. Карамзина, видевшего основу искусства прежде всего в «украшении жизни» и её «облагораживании», в праве творца уходить в мир мечты о «хороших людях».
В то же время творчество Достоевского не относится только к одному методу; в произведениях писателя присутствует целый ряд художественных ситуаций, близких по своему методу к романтизму, например в таких произведениях, как «Белые ночи», «Хозяйка», «Неточка Незванова» и др. Истоки активного применения фантастики писателем-реалистом находятся как в парадоксальности, абсурдности действительного мира с его несовершенством и множеством пороков, так и в характере типа мышления и типа творчества Ф. М. Достоевского, во многом романтического.
Эволюция фантастического у Достоевского В ранний период своего творчества, до 1865 года, Достоевский в отношении фантастики прежде всего ценил её поэтичность, «свободу мысли и фантазии». Фантастическое в этот период выступает прежде всего как поэтическая вольность, явный вымысел. Границы между фантастическим и реальным отсутствовали: фантастическое было «реально» и выступало как действительное происшествие в художественном мире произведения. Изображая неестественное событие (которое нарушает законы «пространства и времени», «бытия и рассудка»), Достоевский в остальном был верен действительности, что является одной из значимых особенностей его «реалистической фантастики». Фантастическое на этом этапе для писателя — способ самого непосредственного («чисто поэтического») выражения правды о человеке и времени («поэтической правды»).
Провал первого из фантастических произведений писателя — «Двойника», гонения на фантастику в критике, отрицательное отношение многих к фантастическому побудили Достоевского учитывать тот факт, что условный характер литературного творчества часто не замечался, и искать компромиссное разрешение этого конфликта. После 1865 года фантастическое в произведениях писателя носит двойственный характер: внешне оно «естественно» (эмпирическое объяснение не нарушает здравого смысла: персонаж видел сон либо же, рассказывая о фантастическом, мог сочинить или «соврать»), в действительности же фантастическое по своей функции выходит далеко за те пределы, что отводятся «объяснением»: в романах создаёт второй план повествования, в фантастических рассказах 1870-х годов фантастическое событие — сущность их содержания.
Основной формой фантастического в позднем творчестве Достоевского является сон. В отличие от нефантастических снов, несущих не философское, а психологическое содержание, сон как форма фантастического в романах писателя создаёт «второй» план повествования, становится поэтическим выражением общей концепции текста. Так, разновидностью сна в произведениях Достоевского является кошмар, при котором персонаж теряет «различие между реальным и призрачным», в его сознании сон и явь сливаются (кошмары Свидригайлова в «Преступлении и наказании», Ипполита Терентьева в «Идиоте», Ивана Карамазова). Четыре сна Раскольникова в «Преступлении и наказании» — значимый структурный элемент «второго» плана романа. Однако в романах Достоевского существуют и другие способы сочетания фантастического и реального, помимо снов: рассказ о фантастическом и чтение фантастических текстов, их цитирование либо исполнение персонажем фантастических произведений «собственного» сочинения. Такая разновидность фантастического, как рассказ о фантастическом, фигурирует в исповедях Мармеладова («Преступление и наказание»), Свидригайлова, Ипполита Терентьева, Ставрогина, Версилова, рассказах генерала Иволгина («Идиот»), помещика Максимова («Братья Карамазовы»). Чтение фантастических произведений в качестве их цитирования либо исполнение героем фантастических текстов собственного сочинения фигурирует в «Преступлении и наказании» (о воскрешении Лазаря из Евангелия), «Братьях Карамазовых» (о свадьбе в Кане Галилейской; басня о луковке и народная легенда об аде из апокрифов; исполнение Иваном Карамазовым собственной поэмы «Великий инквизитор»).
См. также Поэтика Достоевского
Примечания
Категория:Достоевсковедение Категория:Фантастическая литература