Голубой билет (; также ) — историческая форма административного увольнения из вооружённых сил США, применявшаяся с 1916 года. Она не относилась ни к почётному, ни к позорному увольнению. Такой вид увольнения широко использовался командованием для отчисления военнослужащих, признанных гомосексуальными. В источниках также отмечается непропорционально частое применение «голубого билета» к афроамериканцам и американцам ливанского происхождения.
Получение «голубого билета» влекло серьёзные последствия в гражданской жизни: его обладателям нередко отказывали в льготах по G.I. Bill, а также было трудно устроиться на работу из-за стигматизирующего характера такого увольнения. После широкой критики в прессе, особенно в афроамериканской, и в Конгрессе США эта форма увольнения была упразднена в 1947 году; вместо неё были введены категории общая (general) и нежелательная (undesirable).
История «Голубой билет» был введён в 1916 году взамен двух прежних категорий увольнения: административное увольнение без почестей (administrative discharge without honor) и неклассифицированное увольнение (unclassified discharge). Своё название он получил из-за синей бумаги, на которой печатались соответствующие документы. В комитетском докладе Палаты представителей от июня 1946 года увольнение «без указания характера службы» для рядового состава прямо сопоставлялось с «голубым билетом».
Одним из ранних случаев применения «голубого билета» было увольнение военнослужащих, записавшихся на службу во время Первой мировой войны в несовершеннолетнем возрасте. Позднее эта практика была прекращена законом, а такие увольнения заменены на почётные.
Связь с увольнениями по обвинениям в гомосексуальности В вооружённых силах США долгое время действовала практика, соответствовавшая тогдашним правовым и моральным представлениям: военнослужащих, признанных гомосексуальными или уличённых в гомосексуальных контактах, предполагалось предавать военному трибуналу по обвинению в содомии, заключать под стражу и увольнять с позором.
После вступления США во Вторую мировую войну массовая мобилизация сделала проведение большого числа трибуналов затруднительным, и часть командиров стала прибегать к административным увольнениям.
Несколько этапов пересмотра политики в отношении гомосексуальных военнослужащих привели к директиве 1944 года, согласно которой таких лиц направляли в военные госпитали, обследовали психиатры, а затем увольняли по регламенту 615-360, раздел 8 (section 8), как непригодных к службе.
Точное число гомосексуальных военнослужащих, уволенных по этой процедуре с выдачей «голубого билета», неизвестно. По оценке армии США, приведённой в 1946 году, общее число выданных «голубых билетов» составляло от 49 000 до 68 000, из которых около 5 000 приходилось на гомосексуальных военнослужащих; оценка для ВМС США составляла около 4 000. Период, к которому относятся эти оценки, в источнике не уточнён.
Психиатры, участвовавшие в разработке процедур выявления и исключения гомосексуальных лиц из армии, первоначально поддерживали применение «голубых билетов». Однако, узнав о трудностях, с которыми обладатели «голубого билета» сталкивались в гражданской жизни, они стали выступать против этой практики. Уильям К. Меннингер, возглавлявший в 1944—1946 годах подразделение консультантов-психиатров при главном хирурге армии США, пытался убедить военное руководство выдавать почётные увольнения гомосексуальным военнослужащим, не совершившим преступлений во время службы.
В одном из газетных сообщений административные «голубые билеты» — увольнения, не являвшиеся позорными, но основанные на привычках или чертах личности, делавших дальнейшую службу нежелательной, — объяснялись стремлением как можно быстрее возвращать солдат к гражданской жизни, сводя к минимуму бюрократические задержки, и помогать им в решении личных проблем, связанных с безработицей, образованием и финансами.
Дискриминация Администрация по делам ветеранов (VA), отвечавшая за реализацию положений G.I. Bill, отказывала в льготах ветеранам с «голубым билетом», хотя в тексте закона прямо указывалось, что условием получения ветеранских льгот является увольнение «на условиях, отличных от позорных» (other than dishonorable). В 1945 году VA издала директиву, в соответствии с которой всем ветеранам с «голубыми билетами» по причине гомосексуальности отказывали в льготах.
22 декабря 1955 года Апелляционный суд округа Колумбия отказал в удовлетворении жалобы Рэймонда У. Лонгернекера, которому VA отказала в льготах из-за «голубого билета». Суд указал, что VA обладает дискреционными полномочиями при решении вопроса о предоставлении льгот и что Конгресс ограничил возможности судебного пересмотра таких решений. Вместе с тем суд отметил, что отказ в льготах должен был бы следовать только при позорном увольнении (dishonorable discharge) и что администратор VA превысил полномочия, фактически приравняв «голубой билет» к позорному увольнению.
Многие работодатели требовали от соискателей, проходивших военную службу, предъявлять документы об увольнении при приёме на работу. Ветеранам с «голубым билетом» было трудно найти работу, поскольку многие работодатели знали, что такое увольнение означало признание его обладателя «нежелательным».
Даже работодатели, не знакомые с этим термином, могли пользоваться перечнями номеров программ увольнения (Separation Program Numbers, также spin numbers), которые военные применяли для классификации увольнений; как минимум четыре таких номера указывали на увольнение, связанное с гомосексуальностью.
Во время обсуждения G.I. Bill в 1944 году Конгресс выражал обеспокоенность возможными злоупотреблениями практикой «голубых билетов». При рассмотрении законопроекта Американский легион настаивал на специальной формулировке, которая гарантировала бы льготы ветеранам, уволенным при любых условиях, кроме позорных По мнению Легиона, значительное число ветеранов получили «голубые билеты» и другие увольнения, считавшиеся «менее чем почётными», по причинам, которые организация оценивала как необоснованные или незначительные.
На слушаниях в Сенате контр-адмирал Рэндалл Джейкобс выступал против такой формулировки, утверждая, что она подорвёт мораль и устранит стимул поддерживать хорошую характеристику службы. Сенатор Беннетт Чемп Кларк отверг эти доводы, назвав их «одними из самых глупых и близоруких возражений, которые только можно выдвинуть». Кларк заявлял:
«Армия выдаёт «голубой билет», то есть увольнение без почёта, тем, у кого не было иной вины, кроме того, что они не проявили достаточной пригодности к военной службе. Я утверждаю: когда государство призывает человека из гражданской жизни и помещает его на военную службу… а затем, поскольку он не проявил достаточной пригодности, выдаёт ему «голубой билет» — либо увольнение без почёта — этот факт не должен лишать его льгот, которые обычно полагаются солдатам».
Закон также предусматривал создание советов по пересмотру увольнений, уполномоченных рассматривать жалобы на любое увольнение, кроме позорного. С 1945 года до начала 1947 года эти советы регулярно повышали до почётного те «голубые билеты» гомосексуальных военнослужащих, по которым не было сведений о совершении сексуальных актов во время службы. Около трети всех рассмотренных «голубых билетов» были повышены до почётных.
Критика со стороны афроамериканской прессы Ещё одной группой, непропорционально часто получавшей «голубые билеты», были афроамериканцы: из 48 603 таких увольнений, выданных армией США в период с 1 декабря 1941 года по 30 июня 1945 года, 10 806 пришлись на афроамериканцев, то есть 22,23 % от общего числа, при том что доля афроамериканцев в армии в тот период составляла 6,5 %.
В октябре 1945 года ориентированная на афроамериканскую аудиторию газета The Pittsburgh Courier начала кампанию против этого вида увольнения и связанных с ним злоупотреблений, называя его «порочным инструментом, который не должен применяться против американского солдата», и обвиняя армию в том, что она позволяет предвзятым офицерам использовать его как средство наказания чернокожих солдат, недовольных явно невыносимыми условиями службы.
Courier также обращала внимание на дискриминацию, с которой сталкивались гомосексуальные ветераны с «голубым билетом», называя их «несчастными» нации, ставшими жертвами этой практики, и задавалась вопросом, почему армия предпочитает наказывать именно тех, кто, по-видимому, особенно нуждается в армейских льготах и возможности стать полноправными гражданами благодаря образовательным программам G.I. Bill. Газета публиковала инструкции по обжалованию «голубого билета» и предупреждала читателей, что при увольнении из армии не следует соглашаться на «голубой билет» из-за его тяжёлых последствий для дальнейшей жизни.
Помимо Courier, против карательного использования «голубых билетов» выступали Американский легион, NAACP, Конгресс производственных профсоюзов (CIO) и Veterans Benevolent Association.
Председатель Комитета Сената по делам ветеранов сенатор Эдвин К. Джонсон зачитал редакционную статью Courier в протокол заседания. 29 октября 1945 года он отметил, что «голубой билет» означает увольнение без судебного осуждения и без возможности защититься, и заявил: «Не должно быть сумеречной зоны между невиновностью и виной. “Голубой билет” почти наверняка станет головной болью для Конгресса на долгие годы».
Отчёт Палаты представителей о «голубых билетах» В ответ на сообщения о неравном обращении с ветеранами, уволенными с выдачей «голубого билета», Комитет Палаты представителей по военным делам назначил специальную комиссию для проверки процедур VA. Комиссию возглавил конгрессмен Карл Т. Дёрэм; 30 января 1946 года она подготовила доклад, официально озаглавленный Investigations of the National War Effort, но широко известный как отчёт о «голубых билетах».
Комиссия подчёркивала, что уже само наличие публичных жалоб со стороны людей, получивших «голубой билет», имеет особое значение, поскольку такие жалобы означали готовность вновь подвергнуться огласке ради защиты своих прав:
«Следует иметь в виду, что даже умеренное количество жалоб по подобному вопросу является значимым. Для человека жалоба по собственному делу означает, что чувство несправедливости настолько велико, что он готов рискнуть публичным распространением стигмы, связанной с увольнением из армии при обстоятельствах, имеющих “привкус позора”. На каждого заявителя приходится много других, испытывающих ту же несправедливость, но предпочитающих скрыть свою боль в как можно более полном забвении».
Изучив конкретные случаи, комиссия пришла к выводу, что процедура допускает увольнения на основе предубеждения и личной враждебности. Комиссия также указывала, что последствия «голубого билета» мало отличаются от последствий позорного увольнения: человеку трудно получить или сохранить работу, а общественная подозрительность усиливается атмосферой таинственности, окружающей такой документ. В докладе говорилось, что «ничто не доказывает столь ясно аномальную, нелогичную и неискреннюю природу “голубого билета”, как эта политика Администрации по делам ветеранов».
Комиссия называла систему обращения с ветеранами, получившими «голубой билет», «игрой на зажатие между военным ведомством и Администрацией по делам ветеранов» и критиковала VA за присвоение себе «права отделять овец от козлов» и за вынесение моральных вердиктов по биографии каждого солдата.
Для реформирования системы увольнений комиссия рекомендовала: автоматическую проверку всех «голубых билетов»; возложение на армию обязанности доказывать, что до выдачи «голубого билета» предпринимались неоднократные попытки реабилитации военнослужащего; предоставление лицу, в отношении которого оформляется «голубой билет», права на представителя; выдачу по запросу копий процессуальных правил, регулирующих процедуру выдачи «голубого билета»; обязательное разъяснение в любом увольнении без указания качества службы, что оно не является позорным.