Русские в Азербайджане

Русские в Азербайджане () — третья по величине (после азербайджанцев и лезгин) этническая группа в Азербайджане и одна из диаспор русских за пределами современной России. С момента своего появления на территории Азербайджана в XIX веке, русские играли важную роль во всех сферах жизни страны, особенно в советский период и в первую очередь в её столице — городе Баку.

История

Появление русского населения

Первые русские поселения на территории Азербайджана стали появляться только в 1830—1850-е годы, после заключения Туркманчайского договора. По мнению Николая Шаврова, «первые русские поселения возникли в силу необходимости размещения сектантов. Водворения их началось с 1838 г. (и до середины 60-х гг.)». Первым законодательным актом, санкционирующим переселение, стало издание 20 октября 1830 года правительственного распоряжения о переселении раскольников и сектантов в «закавказские провинции». Русские переселялись из внутренних губерний. По утверждению сенатора Кузьминского, первыми добровольными русскими переселенцами были молокане, переселившиеся из Оренбургской губернии в 1830 году. В 1833 году было основано село Карабулаг. Среди первых русских селений были Вель, Привольное, Пришиб, Николаевка, Ивановка. Начиная с середины 1833 года происходит переселение русских сектантов в Шемахинский и Шушинский уезды, затем в Ленкоранский уезд. Некоторое время «сектантам» запрещалось селиться в городах. Чуть позже они основали слободы в Шемахе и Ленкорани и лишь в 1859 году им было разрешено поселение слободой в Баку. За 1841—1847 годы в Елисаветпольской губернии были образованы селения Славянка, Ново-Горелое, Ново-Троицкое и Ново-Спасское, состоящие исключительно из духоборов, а также Головино, Рус-Бориси, Михайловка. В 1850 году было основано село Новосаратовка; в 1854 году село Новоивановка; в 1870 году ещё одно село с названием Михайловка

По архивным сведениям, в 1852 году, при водворении переселенцев в Елизаветпольской губернии, им на дым отводилось земли больше, чем местным жителям: 60 десятин. В апреле 1899 года Комитет министров Российской империи издал закон, разрешавший передачу свободных государственных земель на Кавказе лишь крестьянам коренного русского происхождения.

Следующая волна миграции русского населения приходится на конец XIX — начало XX веков и связана прежде всего с развитием промышленности, особенно нефтяной, и ростом городов. Численность русских мигрантов в Баку в период с 1897 по 1913 год увеличилось с 38,975 до 76,288 человек. Русскими рабочими преимущественно заселялись Чёрный и Белый город, промышленный пояс на северо-восточной окраине Баку. Численность русских в нефтяной промышленности Баку в 1902 году составляла 29,4 % всех учтённых рабочих. Русские доминировали в административном аппарате. По данным на 1910 год в Баку практиковали 107 адвокатов и их помощников, из которых 38 являлись русскими, уступая армянам (48 человек), в то время как мусульман было всего четверо.

Первые одиночные русские поселения на Мугани появились в 1860-е годы. По распоряжению главноначальствующего гражданской частью на Кавказе А. М. Дондукова-Корсакова в 1887 году был упразднён уездный город Джеват. На его месте разрешено было поселиться партии переселенцев. Так возникло первое русское селение на Мугани — Петропавловка. Тем не менее, активное заселение Мугани началось на рубеже XX века. Согласно Наталии Волковой заселение русскими Мугани относится к 1897 году, где до 1917 года возникло 48 селений. По данным же О. Д. Комаровой, только в течение 15 лет, с 1902 по 1917 год, на Мугани образовалось около 55 русских посёлков с населением общей численностью свыше 20 тыс. человек. В эти же годы несколько десятков русских поселений образовались вдоль Каспийского побережья: в северной части — на территории Кубинского уезда, а также на юге — в Ленкоранском уезде. На рубеже XIX—XX веков в Азербайджане в общей сложности появились более ста русских православных селений. По данным Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона, издававшегося в конце XIX — начале XX веков, в Ленкоранском уезде

живут русские молокане и другие сектанты, сосланные сюда при императоре Николае I; они живут в большом довольстве и кроме хлебопашества занимаются извозом. В шемахинском уезде также есть оседлое русское население из сектантов. Между ними очень распространяется секта жидовствующих. Кроме сектантов в этих уездах русские в значительном числе живут лишь в Бакинском, на нефтяных промыслах и в штаб-квартирах полков, но обыкновенно не остаются долго в крае.

По переписи 1897 года в Бакинской губернии насчитывалось 73,632 русскоязычных жителей, а в Елизаветпольской — 14,146 человек. На протяжении 1901—1904 годов возникли новые русские поселения: на Мугани — Ермолово и Козляково, в Ленкоранском уезде — Алексеевка, , Григорьевское, Ново-Голицыно, Ново-Ермоловка; в Кубинском уезде — Ширванское; в Джеватском уезде — Николаевка, , Михайловка.

Особое значение царская администрация уделяла колонизации Мильской и Муганской степей. Крупным мероприятием стало орошение и освоение Мугани, которую власти надеялись превратить в базу промышленного хлопководства. К 1916 году планировалось завершить орошение всей её территории и обеспечить расселение в этой зоне до 100 тыс. человек. Проводимые правительством работы, а также принятый в 1912 году специальный закон «Об отводе казённых орошенных участков в Муганской степи», носили явно протекционистский характер, предоставляя переселенцам существенные льготы в условиях землепользования и имущественных правах.

Однако здесь экономические интересы царского правительства тесно переплетались с политическими. Когда до канцелярии главноначальствующего по гражданской части на Кавказе дошла весть о намерении некоторых богатых мусульман «обратить свои капиталы (в миллионах рублей), вместо нефтяной промышленности, на устройство хлопковых фабрик, с тем, чтобы разведение хлопка сосредоточить на Муганской степи», то канцелярия не замедлила оповестить бакинского губернатора, «что заселение означенной соседней с Ираном степи мусульманским населением является с политической точки зрения совершенно недопустимым и что в политических видах эта степь должна быть заселена… русскими людьми…». Аналогично было и в отношении Мильской степи. В отчёте о состоянии Елизаветпольской губернии за 1901 год, указывалось, что заселение русскими Мильской степи, «отвечая современным государственно-экономическим запросам, будет иметь и серьёзное политическое значение, ибо между Закавказскими провинциями, населёнными магометанами шиитского вероисповедания, и единоверною им Персиею пройдёт широкая полоса, заселённая коренным русским элементом…».

Проводя переселенческую политику, власти порой игнорировали местные условия землепользования, строившихся на обычном праве, и таким образом вторгались в область земельных отношений местного крестьянства, что провоцировало конфликт между русскими переселенцами и азербайджанскими крестьянами-кочевниками. Так, в пределах Восточного Закавказья хозяйственную основу кочевого скотоводства составляли пастбищные угодья, находившиеся в общественном пользовании крестьян-кочевников. Отсутствие в кочевом хозяйстве надельного землепользования не помешало царской администрации при проведении отвода пастбищных земель для создания новых переселенческих участков. Одним из результатов таких мероприятий служит случай, имевший место в Бакинской губернии, когда русских переселенцев разместили на землях, принадлежавших кочевому обществу «алар» в Ленкоранском уезде, а самих крестьян принудительно выселили без обеспечения землёй, что не могло не привести к столкновению между местными крестьянами и переселенцами. И таких случаев было немало. О произошедшем с аларским обществом писал даже В. И. Ленин в своей работе «Переселенческий вопрос».

В период АДР

На открытии в декабре 1918 года Парламента Азербайджанской Демократической Республики один из её руководителей М. Э. Расулзаде провозгласил, что «наше отделение от России не является актом вражды по отношению к России. Мы не ощущаем неприязни к русскому народу, который более нас страдал от деспотизма». В состав парламента вошли трое депутатов от «Русского славянского общества». После установления правительством АДР контроля над Баку в сентябре 1918 года русские, наряду с армянами, продолжали занимать ключевые позиции в административном аппарате и органах юстиции. Русские преобладали среди судей и прокуроров, а русский адвокатский корпус сохранял доминирующее положение в городах. Как впоследствии писал один из российских чиновников того времени, действительный статский советник К. Д. Кафафов: «Значительная часть служащих в азербайджанских казённых учреждениях состояла из русских. Отношения к ним местных властей и населения были самые доброжелательные, и сравнивать эти отношения с отношениями грузин и армян не приходится». При том, что азербайджанскому языку был присвоен статус государственного, официальный орган правительства газета «Азербайджан» выходила только на русском языке. Русские военнопленные составили офицерский корпус азербайджанской армии, причём газета «Каспий» наставляла своих читателей относиться к русским офицерам с «любовью и уважением». Мусаватистское правительство гарантировало сохранение прав русского населения на принадлежавшие ему землиАзербайджанская Демократическая Республика (1918—1920). Армия. (Документы и материалы). — Баку, 1998, с.226-227.

В то же время распад Российской империи и возникновение в 1918 году независимых Грузии, Армении и Азербайджана, сопровождалось в регионе большим перемещением населения. Вызванная Первой мировой войной экономическая разруха, кризис сельского хозяйства, нехватка хлеба, межэтнические столкновения, всё это вынудило почти половину недавних русских поселенцев покинуть свои места и возвратиться на прежнее место жительство в Россию. Значительная часть русского населения Мугани в 1918 году ушла на Северный Кавказ. Менее половины из них (2,8 тыс. человек) вернулось в 1921 году. Примечательно, что обратная миграция охватила преимущественно переселенцев второй волны и практически не затронула сектантские сёла (в том числе и те, которые были расположены в муганской зоне).

В некоторых случаях такие этнические перемещения были также связаны и с внутренней политикой мусаватского правительства. В частности, оказавшись не в состоянии разрешить тогдашний аграрный кризис, центральные и местные власти попытались преодолеть остроту вопроса за счёт русского населения. Как писал Б. Л. Байков «в северо-восточной части Шемахинского уезда населённой по преимуществу молоканами, русское население подвергалось повальному ограблению со стороны татарского (то есть азербайджанского — прим.) населения, предводимого доморощенными администраторами из татар же, у населения отбирали хлеб, скот, земледельческие орудия, домашнее имущество. …С очевидного благословения Азербайджанского правительства принимались все меры к тому, чтобы заставить коренное русское население подняться с насиженных мест… и уйти вовсе из Азербайджана». Освободившиеся после этого земли сдавались специально создаваемыми комиссиями из представителей правительства в аренду азербайджанским сельским обществам. Однако это не разрешало аграрный вопрос, поскольку доход оказался минимальным, а мусульманские крестьяне продолжали требовать общего передела земли.

Советский период