Мэри Ли Уэр () — американский филантроп и фермер. Вместе с матерью она стала главным спонсором создания знаменитых «Стеклянных цветов» Гарвардского музея естественной истории (официально — Коллекция стекла Блашка). Она была увлечённой студенткой-ботаником, особенно интересовалась работами Джорджа Линкольна Гудейла; близким другом и покровителем создателей «Стеклянных цветов», Леопольда и Рудольфа Блашка.
Биография Родилась в городе Риндж, штат Нью-Гэмпшир, Мэри была дочерью натуралиста и профессора Гарвардской медицинской школы доктора Чарльза Элиота Уэра («ведущего врача Бостона») и его жены Элизабет. С юных лет она любила природу и жила по принципу «блаженнее давать, нежели принимать»Hale, Emily. Mary Lee Ware. Boston, 1937. Print.. В детстве ее возили в Италию, где девочка была ослеплена красотами Рима и Флоренции, что лишь усилило её любовь к прекрасному: от живописных пейзажей до языка, которым она быстро овладела, и искусства, которым славится страна. Это неудивительно, ведь её отец, доктор Чарльз Уэр (выпускник Гарварда 1834 года), хотя сам не был ботаником, воспитал в дочери страстную любовь к этой науке. Эту страсть взрастила и семейная ферма в Риндже, которая осталась одним из самых счастливых воспоминаний её детства. Около 1870 года, когда Мэри было 13 лет, семья поселилась в Бостоне. В какой-то момент она также училась в Рэдклифф-колледже под руководством доктора Гудейла, который позже станет первым директором Ботанического музея ГарвардаRossi-Wilcox, Susan M., and David Whitehouse. Drawing upon Nature: Studies for the Blaschkas' Glass Models. Corning, NY: Corning Museum of Glass, 2007. Print.. Фактически, как отмечается в источниках, «Мэри Уэр, исключительно интересная личность, во многих отношениях стала профессиональным натуралистом», ролью которого она позже смогла воспользоваться, став патроном «Стеклянных цветов» ради продвижения женского образования.
«Стеклянные цветы»
«Всегда преданная и всегда щедрая»Daston, Lorraine. Things That Talk: Object Lessons from Art and Science. New York: Zone, 2004. Print. Мэри Ли Уэр и её мать были вовлечены в проект «Стеклянных цветов» в 1886 году, когда их бывший учитель, профессор Джордж Гудейл, обратился к ним с идеей заселить новый Ботанический музей стеклянными образцами работы Блашека. Будучи независимыми богатыми людьми и уже либеральными меценатами гарвардского ботанического факультета, Мэри убедила мать анонимно оплатить первую партию стоимостью 200 марок (анонимность сохранялась до 1888 года)Goodyear, Anne Collins, and Weitekamp, Margaret A. Analyzing Art and Aesthetics. Artefacts: Studies in the History of Science and Technology; v. 9. 2013.. Необычайно реалистичные модели прибыли весной 1887 года и очаровали Уэров. В том же году умер доктор Чарльз Уэр, и две женщины пожелали сделать пожертвование Гарварду в память о нем.
Когда официальный контракт был подписан между Мэри, её матерью, братьями Блашек и Гарвардом, коллекция получила статус мемориала покойному врачу: «Первые стеклянные цветы Ботанического музея официально преподносятся как мемориал доктору Чарльзу Элиоту Уэру, выпускнику 1834 года, его вдовой Элизабет К. Уэр и дочерью Мэри Л. Уэр». Сегодня в центре экспозиции висит большая бронзовая доска, формально посвященная отцу-натуралисту. Первоначальный договор обязывал Блашеков работать над моделями только половину времени, но в 1890 году они подписали обновлённую версию, позволившую им заниматься цветами полный рабочий день. Как отмечал проф. Гудейл в годовых отчётах президента и казначея Гарварда за 1890—1891 годы, это произошло потому, что братья заявили о невозможности одновременно создавать ботанические и морские модели: «они сказали, что должны отказаться либо от одного, либо от другого». Отчёт также отмечает, что деятельность Блашека «значительно возросла благодаря их исключительной преданности одной линии работы»Annual reports of the President and Treasurer of Harvard College 1890—1891, pp. 160—163 — https://iiif.lib.harvard.edu/manifests/view/drs:427018526$1i. В 1889 году Леопольд подарил Уэрам букет стеклянных цветов, который позже был передан Гарварду и теперь является частью выставкиRossi-Wilcox, Susan M. «A Brief History of Harvard’s Glass Flowers Collection and Its Development.» Journal of Glass Studies (2015): 197—211..
На ранних этапах создания коллекции Мэри вела переписку с профессором Гудейлом. В одном из писем приводились слова Леопольда Блашека об опровержении слухов о секретных методах работы: «Многие думают, что у нас есть некий секретный аппарат… но это не так. У нас есть чутье… Единственный способ стать мастером-стеклодувом… — иметь хорошего прадеда, который любил стекло». Мэри Уэр трижды посещала дом-студию Блашеков: впервые в 1899 году вместе с четой Гудейлов, затем около 1908 года (уже после смерти Леопольда) и в третий раз 3 октября 1928 года. После смерти матери в 1898 году Мэри стала единственным покровителем мастеров. Во время второго визита она подружилась с Рудольфом и его женой Фридой. В письме к ней Рудольф рассуждал о лучшем способе экспонирования моделей, предпочитая белые или чёрные фоны — предпочтение, которому Гарвард следует по сей день.
В октябре 1928 года, во время своего последнего визита, Мэри написала письмо второму директору музея, профессору Оуксу Эймсу, которое было опубликовано 9 января 1961 года в издании Harvard University Herbaria. В нём она отмечала изменения в технике Рудольфа: если раньше он покупал готовое стекло и наносил краску, то теперь «он сам делает большую часть стекла и все эмали, которые измельчает в порошок для использования в качестве краски».
В сентябре 1923 года мисс Уэр получила письмо от Рудольфа Блашека, сообщавшего о первой после Первой мировой войны отправке четырёх ящиков образцов, однако жаловавшегося на инфляцию в Германии и задержку оплаты. В ноябре того же года через сына покойного Гудейла, Фрэнсиса, ему было выслано 500 долларовOakes Ames Correspondence: Botany Libraries, Archives of the Economic Botany Herbarium of Oakes Ames, Harvard University Herbaria. Помимо финансирования и визитов, Мэри лично распаковывала каждую модель и организовывала полевые поездки Рудольфа по США и Ямайке для изучения растений перед созданием новых экспонатов. Она также активно обсуждала с профессором Эймсом качество и скорость производства работ стареющего мастера. В 1924 году Эймс писал ей: «Вы должны быть очень счастливы, осознавая, что ваш великий дар стал одной из выдающихся достопримечательностей страны…»Schultes, Richard Evans., William A. Davis, and Hillel Burger. The Glass Flowers at Harvard. New York: Dutton, 1982. Print.
В 1898 году Мэри Ли Уэр вошла в состав Наблюдательного комитета Ботанического сада и музея, что было встречено с радостью членами комитета, включая профессора Гудейла. Её щедрые денежные вложения и время посвящённое работе были известны отделу ещё до этого назначения.
После своей смерти в 1937 году мисс Уэр оставила завещание на один миллион долларов, 600 тысяч из которых предназначались на благотворительность и образование. Половину этой суммы — самый крупный отдельный вклад в завещании — она отдала Гарварду на завершение и содержание «Стеклянных цветов» (а также на поддержку Рудольфа и Фриды)Harvard University Herbaria and Botany Libraries.
Ферма Уэр и сельскохозяйственная работа
Хотя её мать оставалась в Бостоне, Мэри Ли Уэр считала себя уроженкой Нью-Гэмпшира и поддерживала семейную ферму Уэст-Риндж. Большую часть жизни её называли «мисс Мэри Ли Уэр из Бостона», упоминая Риндж крайне редко. Она была сезонной жительницей обоих штатов: проводила зимы в Бостоне, а лето — на ферме.
Ферма площадью 450 акров была куплена отцом Мэри в 1868 году. Под пастбища было отведено 21,5 акра, под посевы — 56,5. На ферме жили от двух до сорока работников. В 1928 году поместье чудом уцелело при разрушительном торнадо, уничтожившем город и нанёсшем ущерб в 100 000 долларов. В 1887 и 1898 годах на ферме скончались родители Мэри, сделав её единственной наследницей. В 1931 году здесь вышла замуж её кузина Корделия Э. Уэр.
Под управлением Мэри ферма процветала. Между 1898 и 1936 годами она электрифицировала всю территорию, устроила сады, круглогодичные теплицы, амбары, маслобойню и ледник, приобрела соседнюю ферму Карр (расширив владения примерно до 500 акров), провела водопровод и завела крупную птицеферму. Имение стало «выдающейся витриной с джерсийскими коровами, птицей, свинарником, овцами… В 1911 году три ее коровы-основательницы и бык были импортированы с острова Джерси». Свою привязанность к работникам она доказала тем, что завещала средства содержать «фермерскую семью» вместе в течение целого года после её смерти.
Наследие Не позднее 1913 года Мэри Уэр состояла в Садовом обществе Нью-ГэмпшираAnnual Report, Vols. 5-8, by New Hampshire Horticultural Society, 1913, page 107. В её честь названы Грэндж-холл в Риндже (позже проданный и ставший аукционным домом Эда Гилмана) и парк Мэри Л. Уэр в Вест-Риндже. Высшей наградой Фермерского бюро штата некогда был Трофей Мэри Ли Уэр. По завещанию сотрудники в Бостоне и Риндже получили по 25 000 долларов. Сама ферма перешла родственникам, но со временем была продана. В 2002 году Стив и Беверли Линделл выкупили участок, восстановили название Ware Farm и сохраняют его наследие (ныне центр HOOF&CLAW Блэйна Капоне).
Участие в общественной жизни Как филантроп широкого профиля, Мэри Ли Уэр часто делала пожертвования анонимно.
Массачусетс Поддерживала Гарвард, жертвуя деньги на исследования и четыре выставочных шкафа для Экономической комнаты. Была крупным донором Музея археологии и этнологии Пибоди, выделив средства на сохранение первого в Америке археологического памятника — Змеиного кургана в Огайо (1886 год). Обменивалась письмами с историком Джоном Темплтоном Кулиджем относительно шпор, которые могли принадлежать Фрэнсису Паркмэну. Ее бостонский дом принимал первое собрание Общества сохранения древностей Новой Англии. Она работала с журналом Christian Register, состояла в Союзе христианских женщин-трезвенниц (1906—1913), занимала пост председателя исполнительного комитета Женской национальной фермерской и садовой ассоциации Новой Англии, входила в Совет попечителей Школы для слабоумных и отсталых детей, а также была вице-президентом и главой Комитета по членству Ассоциации лесного хозяйства Массачусетса (1906—1915).
Нью-Гэмпшир В 1901—1902 годах сыграла ключевую роль в создании Государственного парка рододендронов. Узнав о планах владельца Леви Фуллера вырубить лес, она выкупила землю в 1901 году, а в 1902-м передала ее Аппалачскому горному клубу (АМС) с условием вечной защиты леса. Эта территория, известная как «Старая усадьба Патч», сегодня находится под защитой Отдела парков и отдыха штата. Коттедж у входа в парк внесен в Национальный реестр исторических мест. Она возглавляла женский комитет Совета обороны штата, сотрудничая с Федеральным администратором продовольствия. Музей исторического общества Ринджа начался с ее усилий по сбору артефактов у горожанGoogle cache of a 2012 Newsletter from the Rindge Chamber of Commerce — http://rindgechamber.org/newsletter/2012/Final%2520Newsletter.pdf.
Смерть
Обстоятельства смерти Мэри Ли Уэр описаны в письме профессору Оуксу Эймсу. 5 января 1937 года она перенесла тяжелый инсульт, оставивший её почти полностью парализованной. Четыре дня спустя второй удар мирно оборвал ее жизнь в возрасте 79 лет в ее доме на Брример-стрит, 41. Она похоронена рядом с родителями на кладбище Маунт-Оберн. Похороны прошли 12 января в часовне Кингс-Чапел. Смерть тяжело воспринял Рудольф Блашек, чье здоровье тоже начало ухудшаться. По завещанию Мэри назначила ему пенсию, которую его жена Фрида получала до 1941 года.