Михаил Михайлович Самарин (1659—1730) — русский сенатор, .
Из дворян, старший из двух сыновей стольника Михаила Фёдоровича и жены его Анны Ивановны, урождённой Паниной, а по первому мужу Киселёвой. Когда ему минуло 13 лет, он был записан в жильцы, а через 4 года уже был пожалован в стряпчие и затем в стольники. До 1708 г. служба его была главным образом военная. Он принимал участие почти во всех войнах с Турцией и Швецией того времени: в Чигиринском походе кн. В. В. Голицына 1677 г., в обоих крымских походах и в азовском походе 1696 г. В 1700 г., в самом начале Северной войны, он в чине ротмистра был в отряде Головина под Нарвой, а с 1702 до 1705 г. и с 1707 до 1708 г. находился в армии фельдмаршала Шереметева, причём с 1703 г. состоял его адъютантом. Между этими походами Самарин получал разные поручения: в 1678 и 1679 гг. он находился в свите посольства Бутурлина, отправленного в Польшу и Австрию; в 1684 г. он был послан с важным поручением на Дон: удержать казаков от содействия Польше в её войне с Турцией и от набегов на терских черкес и астраханских татар.
С 1708 г. начинается самостоятельная и видная служба Самарина. В феврале этого года, в самый разгар шведской войны, Пётр Великий учредил новые должности генерал-кригсцалмейстеров, одного для пехоты, а другого для конницы главной действующей армии и, вероятно, по указанию фельдмаршала Шереметева назначил Самарина генерал-кригсцалмейстером от инфантерии. С 10 марта до 7 августа 1708 г. Самарин, состоя в этой должности, находился при главной армии Шереметева, но в августе ему было велено отправиться в Москву и заведовать Мундирной от инфантерии канцелярией. Его обязанность состояла: в покупке материалов, в заготовке и отправке в армию мундиров, белья, обуви и частью амуниции первоначально для 25-ти, а затем для 29-ти пехотных армейских полков главной действующей армии. С 1712 г. он должен был обмундировывать уже все пехотные полки за исключением тех, которые находились в Померании. В занятиях этим делом обнаружились выдающиеся способности Самарина: его ум, энергия и распорядительность. Несмотря на постоянную недостачу в деньгах, Самарину удалось устроить это дело дешевле, чем было предположено; вследствие этого указом 16 января 1712 г. было повелено остаточные деньги назначать в пользу солдат, а не на другие расходы. Вероятно в награду за эту деятельность в феврале 1711 г. Самарин был назначен одним из первых девяти сенаторов. Будучи сенатором, Самарин ещё целый год продолжал заведовать Мундирной от инфантерии канцелярией, но с августа 1712 г. ему, вместе с сенатором Племянниковым, была поручена Расправная Палата, учреждённая в то время при Сенате. Эта судебная деятельность Самарина продолжалась менее двух лет. По переезде его из Москвы в Петербург в начале 1714 г. он принимал участие в заседаниях Сената и сверх того, так же, как и другие сенаторы, заведовал с 1714 г. постройкой губернских домов на острове Котлине, а в 1716 г. постройкой одного из 9 новозаложенных кораблей. В конце 1718 г., вследствие перемены в составе Сената, занятия Самарина в Сенате прекратились.
За год перед этим, именным указом от 22 ноября 1717 г., ему было поручено новое важное дело — надзор за постройкой гаваней на острове Котлине и в Кроншлоте. Эта последняя служба Самарина занимает период времени с 22 ноября 1717 г. до августа 1726 г., за исключением довольно значительного перерыва в 1718 г., когда он в качестве обвиняемого был привлечён к следствию по делу царевича Алексея, а затем, как сенатор, участвовал в суде над царевичем и над другими лицами, обвинёнными по тому же делу. Работа на о. Котлине, возложенная на Самарина, постепенно расширялась: первоначально ему был поручен надзор за постройкой гаваней, с мая 1719 г. он заведовал работами по устройству канала и доков, а с октября 1720 г. ему было поручено окончить постройку большей части каменных домов, начатую губерниями ещё в 1715 г. Всеми этими работами заведовала Канцелярия гаванного, канального и губернских домов строения. Самарин был её начальником и распоряжался хозяйственной частью: при помощи губернских комиссаров он должен был заготовлять материалы для построек, заботиться о рабочих и солдатах, сдавать работы подрядчикам, вести с ними расчёты, надзирать за производством работ, подавать отчёты о произведённых работах и в израсходованных деньгах.
Положение Самарина до 1722 г. было довольно самостоятельное. В этом году последовал на него донос подрядчика Крекшина в разных злоупотреблениях, и хотя донос оказался несправедливым (найдены были не злоупотребления, а беспорядки), но положение Самарина изменилось: он продолжал заведовать работами на о. Котлине и в Кроншлоте, по уже под главным надзором сперва кн. М. М. Голицына, а затем генерал-майора Дмитриева-Мамонова. В конце сентября 1724 г., когда гавани и губернские дома были уже, по-видимому, окончены, Пётр Великий передал устройство канала и доков в заведование Адмиралтейской Коллегии; последняя поручила надзор за работами главному командиру Кронштадта вице-адмиралу Сиверсу и оставила при нём в качестве заведующего работами Самарина. Императрица Екатерина I, осмотрев 11 июля 1725 г. работы, произведённые в Кронштадте, пожаловала Самарину чин действительного статского советника. В августе 1726 г., по приказу князя Меншикова, Самарин уехал в Петербург и должен был там прожить более года, вероятно, вследствие начавшегося в Синоде дела по обвинению, взведённому на него бывшим подрядчиком Крекшиным и капитаном Аничковым «в непочитании икон, мощей и в других церковных противностях». В конце 1727 г. Самарин выхлопотал себе отпуск из Сената и переселился в Москву.
Примечания
Ссылки
Категория:Сенаторы Российской империи Михаил