Фёдор II Борисович (1589Тихонюк И. А. Герои и свидетели описываемых событий // Смута в Московском государстве. — : Современник, 1989. — С. 440. — ) — второй русский царь из рода Годуновых (с 13 (23) апреля по 1 (11) июня 1605 года). Имел самый короткий срок правления среди всех мужчин на российском престолеКороче только срок, в течение которого правительницей считалась его тётка Ирина Годунова.
Биография
«Просвещённый царевич» Фёдор родился в Москве 7 июня или (что более вероятноПодробный разбор вопроса о дате рождения и крестильном имени Фёдора см. в книге: Литвина А. Ф., Успенский Ф. Б. Годунов в кругу родни. М.: Евразия, 2022. ISBN 978-5-8071-0586-8. Стр. 94-97.) 18 мая 1589 года в семье боярина Бориса Фёдоровича Годунова и его жены Марии Григорьевны, дочери Малюты Скуратова. По-видимому, крещён Феодотом ввиду того, что родился в день поминовения святого Феодота Анкирского.
Незадолго до рождения Фёдора его отец стал фактическим единовластным правителем государства. Очень рано (начиная с 1594—1595 годов) почести, равные царским, стали оказываться и малолетнему Фёдору Борисовичу (он «писался» в грамотах рядом с отцом, его имя указывалось в церемониалах приёма послов, от его имени отправлялись дипломатические подарки). С. Ф. Платонов считает, что это возвышение было связано с кончиной малолетней царевны Феодосии Фёдоровны в 1594 году, после чего пресечение московских Рюриковичей стало делом решённым, и Борис стал готовить свою династию в преемники Фёдору ИоанновичуПлатонов, с. 244.
«Царевич Федор, сын царя Бориса, отроча зело чудно. Благолепием цветущи, яко цвет дивный на селе от Бога преукрашен, и яко крин на поле цветущ; очи имея велики и черны; лице же бело, млечного белостию блистаяся, возрастом среду имея, телом изобилен. Научен же без отца своего книжному сочетанию, в ответах дивен и сладкоречив велми; пустотное и гнилое слово никогда из его уст не исхождало; о вере же и о поучении книжном со усердием прилежаше»
После вступления отца на престол (1598) Фёдор стал царевичем и наследником, принимал участие в торжественном вступлении отца в столицу 30 апреля. В 1599 году 10-летний царевич собственноручным письмом известил монахов Троице-Сергиева монастыря о болезни отца, который не смог к ним приехатьСкрынников, с. 137. Привлекался к государственным обязанностям (уже в 9-летнем возрасте имел собственную государственную печать), регулярно заседал в Боярской думе, принимал послов, в том числе женихов сестры Ксении — Густава Шведского и Иоанна Датского, участвовал в судебной и благотворительной деятельности отца (в частности, во время голода 1601—1603 годов).
Воспитанием царевича руководил «дядька» Иван Чемоданов. Получил прекрасное образование, готовился отцом в «просвещённые государи»; сам Борис был грамотен, но никакого книжного образования не получилИван Тимофеев; Аврамий Палицын, цит. по Платонов, с. 172.. Н. М. Карамзин называет его «первым плодом Европейского воспитания в России». Несмотря на это, оппозиция распускала в России и за рубежом слухи о болезненности и слабоумии наследникаСкрынников, с. 138..
Невесты Фёдора Известно, что в 1601 году английская королева Елизавета I предлагала Фёдору руку своей родственницы Анны Стэнли, но этот брак не был заключён. После этого и по мере приближения совершеннолетия Фёдора Борис начал искать для сына невесту (и заодно очередного жениха для дочери) в православной Грузии, в царстве Картли. Дворянин Ближней Думы Михайло Татищев, отбывший из Москвы в мае 1604 года и прибывший в Грузию в августе того же года, имел поручение привезти в Москву дочь карталинского царя Георгия X и его жены Мариам (урожд. Дадиани) царевну Елену, или Гульчар, а также убедить Георгия X перейти в подданство России. Сохранилось оставленное Татищевым описание царевны. Вот его пересказ в XI томе «Истории Государства Российского» Н. М. Карамзина:
Георгий X дал присягу, однако царевну оставил у себя до следующего российского посольства; к этому времени Фёдора уже не было в живых.
Дальнейшая судьба самой царевны неизвестна.
«Годуновская» карта России
Имя царевича Фёдора (1589-1605) вошло в историю русской картографии: под этим именем известна одна из первых карт России.Первое географическое гравированное изображение Московии (России) было выгравировано и выпущено в свет в 1525 году для книги о Московии Павла Иовия. Представленная карта была составлена и издана в Амстердаме в 1613 году видным картографом того времени Гесселем Герритсом. В 1614 году он выпустил второе, исправленное и дополненное, издание. Гравированная карта, созданная и отпечатанная Г. Герритсом, имеет врезку с планом Москвы.Кордт В. А. Материалы по истории русской картографиию. Репринтное воспроизведение киевских изданий 1899, 1906 и 1910 годов. — М.:«Картографическая ROSSICA», 2009. — С. 30 третьего счёта. Клепиков С. А. Библиография печатных планов города Москвы XVI - XIX веков. М., 1956. — С. 19—20, 33—35.
Карта «Фёдора Годунова» составлена не по геодезическим данным и содержит искажения расстояний (например, участок течения Волги от Нижнего Новгорода до Казани растянут вдвое, а участок Киев—Путивль дан в полуторном масштабе; это, по-видимому, было связано с различной трактовкой в разных регионах единиц измерения, таких как верста, или, в случае с Волгой, просто малой известностью этого региона в то время). Тем не менее карта явилась большим вкладом в картографию России того времени.
Академик Б. А. Рыбаков в книге «Русские карты Московии» предположил, что, составляя карту, царевич Фёдор Борисович переработал и дополнил ранний русский чертёж 1523 года. Историк картографии Лев Семёнович Багров считает, что карта была выполнена царевичем в качестве учебного задания и могла попасть на Запад после убийства членов царской семьи Годунова и разгрома царского дворца в 1605 году.Багров. История русской картографии, с. 258. По Багрову, в этой карте мало использовались, «кроме нескольких названий», русские источникиБагров Л. История картографии. Москва: Центрполиграф, 2004. ISBN 5-9524-1078-2., с. 198 (например, конфигурация Дона, Днепра и Десны указывает на то, что царевичу был недоступен составлявшийся в то же время Большой чертёж), а в основе её лежит карта России Герарда Меркатора. Кроме того, карта, изданная Герритсом, не воспроизводит в точности чертёж Годунова, а дополнительно привлекает ряд западных источников начала 1610-х годов.Багров. История русской картографии, с. 257—259 По мнению Багрова, первоначальная карта Фёдора была ограничена на севере Волгой от Мологи до Нижнего, на западе — меридианом Новгорода и Смоленска, на юге — Диким Полем к югу от Засечной черты до слияния Оскола и Донца, на востоке — меридианом Пронска, а остальные регионы были добавлены на карту по другим источникам.Там же, с. 305.
«Карта Годунова» получила популярность в Европе; с 1632 года гравюрная доска карты Герритса перешла к Виллему Блау, и в дальнейшем карта неоднократно переиздавалась с его подписью в нескольких изданиях атласов Блау без каких-либо изменений, а также использовалась в других книгах до середины XVII века.Багров. История русской картографии, с. 305.
Царствование Обстоятельства, при которых Фёдор Борисович вступил на московский престол, оказались слишком неблагоприятны для того, чтоб его царствование было долгим и счастливым. Его отец внезапно скончался в разгар войны с двинувшимся на Москву Лжедмитрием I. Присяга, принесённая царю, включала также имена его матери Марии и сестры Ксении БорисовныИное сказание // Смута в Московском государстве, с. 43., а также клятву «не хотеть на царство» Симеона Бекбулатовича и «злодея, именующего себя Дмитрием»Карамзин Н. М. История государства Российского. Т. XI, гл. III. Царствование Феодора Борисовича Годунова . Такая формулировка (в ней имя Григория Отрепьева упомянуто не было) дала основания народу считать, что Годуновы отказались от версии, согласно которой самозванец — это Отрепьев, и подозревать, что он настоящий царевич Дмитрий.
16-летний Фёдор не имел никакого опыта командования войсками и был вынужден положиться на семейство Басмановых, которые уже нанесли Лжедмитрию первые серьёзные поражения. В войсках под крепостью Кромы, где засели союзные Лжедмитрию казаки во главе с атаманом Корелой, остались также Василий и Иван Голицыны, Михаил Глебович Салтыков и Иван Иванович Годунов (троюродный брат царя Фёдора). В правительство вошли князья Фёдор Иванович Мстиславский, Василий и Дмитрий Ивановичи Шуйские, которых новый царь вызвал обратно из действующей армии в Москву; сыскными делами, как и при Борисе, ведал троюродный дядя царя Фёдора Семён Годунов. С целью обеспечить лояльность населения правительство Фёдора раздавало огромные подарки «на помин души» царя Бориса, а также объявило амнистию сосланным при Борисе; среди вернувшихся в Москву был двоюродный дядя Фёдора Богдан БельскийСкрынников, с. 181., впоследствии сыгравший решающую роль при его аресте.
Предпринятые меры не дали желанных результатов, в частности, опытный старейшина Боярской думы Ф. И. Мстиславский с самого начала вёл двойную игру, в результате чего Семён Годунов распорядился даже тайно умертвить его, но это не было осуществлено из-за быстрого краха династии.
Во время 47-ми дней царствования Фёдора была предпринята одна важная внутригосударственная мера: учреждён Каменный приказ (аналог министерства строительства), ведавший каменным строительством Московского государства. Ему подчинялись все мастера каменных дел, известковые и кирпичные заводы в Москве. Учреждение контролировало бюджет городов, где «белый камень добывался».
Нет точных данных о том, успел ли начать Фёдор Годунов, несмотря на краткость правления, чеканку собственной монеты. По одной из версий, для его монет использовалось сочетание реверса чекана царствования Фёдора Ивановича, где было указано только имя («Царь и великий князь Фёдор всея Руси») и аверса чекана времени царствования Бориса ГодуноваСпасский И. Г. Русская монетная система. — 4-е изд. — , 1970. — С. 114, 115. — Рис. 9 .. Если это так, то он стал единственным царём, для монет которого не было изготовлено специального штемпеля. На ряде сохранившихся монет с аверсом времени Бориса Годунова на реверсе указано «Фёдор Иванович». Такие монеты с именем «Фёдор» и отчеством «Иванович» чеканились в кратковременное междуцарствие Фёдора Годунова и Лжедмитрия политическими силами, не признававшими Годуновых, а выступавших от имени последнего законного царя Рюриковича — Фёдора ИвановичаКолызин А. К атрибуции нескольких копеек конца XVI — начала XVII веков // Советский коллекционер. Вып. 25. — М., 1988. — С. 126—129; Колызин А. М. Нумизматика — ключ к тайнам прошлого // «Наука в России». — № 5. — , 1995. — С. 87—89; Kolyzin A. M. Numizmatics — Guide into the Past // «Science in Russia». № 5. M., 1995. (Р. 87-89)..
Фёдор Борисович был единственным московским царём (не считая фактически не правившего Владислава Сигизмундовича), над которым не был совершён обряд венчания на царство.
Измена и битва при Кромах
Получивший фактически верховное командование воевода Пётр Фёдорович Басманов прибыл в ставку под осаждёнными Кромами 17 апреля вместе с митрополитом Новгородским Исидором с целью привести войска к присяге новому царюИное сказание // Смута в Московском государстве, с. 43-44. Поскольку Басманов не был родовым боярином, формальным главным воеводой по правилам местничества был назначен князь Михаил Катырев-РостовскийСкрынников, с. 180. Фёдор Годунов обещал войскам щедрое вознаграждение по истечении, как записал иностранец, «шестинедельного траура» (то есть сороковин) по отцуЗаписки Жака Маржерета // Смута в Московском государстве, с. 218..