Михаи́л Станисла́вович Чайко́вский (, ), Сады́к-паша́ (; , Гальчинец, Житомирский уезд, Волынская губерния — , Борки, Козелецкий уезд, Черниговская губерния) — общественный деятель, писатель, участник польского восстания 1830 года, офицер турецкой армии. Польский шляхтич и казак, потомок известных польских шляхетских казачьих родов, родственник Ивана Брюховецкого, кошевого атамана Запорожской Сечи и гетмана Украины. Представитель так называемой «украинской школы» в польской литературе.

Биография Родился в селе Гальчинец Житомирского уезда Волынской губернии (теперь село Гальчин Бердичевского района Житомирской области) в 1804 году. Отец — Станислав Чайковский, подкоморий Житомирский, городничий воеводства Киевского, мать — Петронелла Глембоцкая. По отцу Михаил происходил из древнего польского дворянского рода, переселившегося из Малой Польши на Волынь в XVII веке, по матери же приходился родственником Ивану Брюховецкому, гетману Украины.

Ещё в детстве он лишился отца и первые годы жизни находился под сильным влиянием деда. Дед его был украинофилом и приверженцем «аристократизма в духе казачества и шляхетства», как говорит сам Чайковский в своих «Воспоминаниях». В его доме жили на старый казацкий лад, много пили, ели и веселились. В семье дед Чайковского, как персонаж Гоголя Тарас Бульба, стрелял в своего сына, выслужившегося в русских войсках, и чуть не убил его. Михаил Чайковский занимался охотой с соколами, скакал верхом, слушал украинские думы казака Левки. В 8 лет Чайковского отдали в Бердичевскую школу англичанина Вольсея, где на него имел особенное влияние Гулак-Артемовский, известный украинофил. Из школы Вольсея Чайковский поступил в Межиречье-Корецкое, в лицей Волынский, руководимый ксендзами-пиаристами, «орденом революционным, демократическим, скорее космополитическим, чем чисто польским»Чайковский «Воспоминания». Там больше всего изучалась французская революция и развивался в воспитанниках дух самостоятельности и протеста. В 15 лет Чайковский окончил лицей со степенью бакалавра математических и словесных наук и, по желанию матери, поехал в Варшаву, чтобы поступить в Варшавский университет. Смерть матери помешала его поступлению в Варшавский университет, а последовавшая вскоре за тем смерть богача-дяди сделала его помещиком. Он посвятил себя хозяйству и вёл образ жизни тогдашней веселящейся шляхты, предававшейся кутежам.

Польское восстание

Приближался 1830 год. Чайковский часто ездил в Киев на «контракты», где в то время шла подготовительная работа к восстанию и господствовало «всеславянское» настроение, вполне соответствовавшее тем впечатлениям детства и школе, под которыми он вырос. В 1830 году Чайковский женился на дочери богатого польского дворянина Карла Ружицкого и вскоре поступил офицером в войска польской армии, одним из полков которой командовал Ружицкий. Когда началось восстание, постепенно в него был втянут вместе с Ружицким и Чайковский. Они должны были собрать в лесах под начальство Тадеуша Струмиллы, наполеоновского ветерана, 800 всадников и 2000 пехоты. Во время этих приготовлений в имение Чайковского приехал адъютант генерала Левашева с приказанием арестовать управляющего Чайковского, а его самого вызвать для личных объяснений в Житомир. Но крестьяне, очень любившие своего помещика, чуть не повесили офицера и жандармов. Этот инцидент окончательно решил судьбу Чайковского: он решительно стал в ряды повстанцев вместе с Ружицким, полк которого принимал самое деятельное участие в восстании.

15 мая 1831 года Чайковский покинул свои поместья, оставив своим крестьянам дарственную запись на землю. Всё время, пока продолжалось восстание, он находился в рядах польских войск и вместе с ними перешёл австрийскую границу, когда восстание потерпело поражение. Впоследствии, в своих «Воспоминаниях», он крайне отрицательно отнесся к этим событиям и к их деятелям:

В Париже Вместе с другими офицерами польской армии Чайковский был прекрасно принят в Галиции львовским губернатором князем Лобковичем, который предлагал ему выхлопотать для него паспорт и остаться на австрийской службе. Князь Адам Чарторийский убедил их не делать этого рискованного шага. Тогда вместе с другими эмигрантами Чайковский через Германию отправился в Париж, где их хорошо встретили «как французов, вернувшихся из Сибири, или как остатки великой армии Наполеона». В Париже Чайковский поддерживал отношения с польскими эмигрантами и, главным образом, с Чарторийским. В Париже начинается и литературная деятельность Чайковского. Здесь он написал и издал: «Казацкие повести» (, Париж, 1837), «Вернигора» (, П., 1838), «Кирджали» (, П., 1841). Кроме того, он помещал свои статьи во многих периодических изданиях: «Reformateur», «Presse», «Quotidienne», «Constitutionnel», «Revue du Nord», «Journal des Debats» и других, а также был избран в члены исторического общества («Institut historique»).

В Турции

В 1841 году по предложению Адама Чарторийского Чайковский был его дипломатическим агентом при князе Вассоевиче, который хотел с помощью польских эмигрантов захватить черногорский престол. Когда же эта попытка кончилась неудачей, Чайковский был отправлен агентом в Константинополь с целью образовать постоянное казацкое войско для поддержки польского дела. Он сумел добиться доверия Риза-паши, тогдашнего военного министра, фаворита султана, благодаря чему пользовался большим влиянием в турецких административных сферах. Деятельность Чайковского в Турции была направлена на поддержание польского дела и восстановление казачества, которое должно было бы объединять все славянские нации, включая и Польшу. Для достижения первой цели Чайковским была организована обширная агентура в Турции, Австрии, Сербии, Болгарии, даже на Кавказе у Шамиля. Кроме того, он основал на азиатском берегу Босфора две польских колонии («Алем-Дор» и «Адам-Кае»), из которых одна («Адам-Кае») имела 3000 жителей-поляков и находилась под покровительством Франции. Когда власть перешла в руки Решид-паши и Фет-Ахмет-паши, друзей Адама Чарторийского, польская агентура установилась формально; Чайковский снискал полное доверие правительства, имел личные сношения с султаном Абдул-Меджидом и открыто выступал защитником интересов славянских турецких подданных. Он покровительствовал священникам Неофиту и Иллариону, основателям болгарской униатской национальной церкви, польскому офицеру Качановскому, обратившему в униатство несколько десятков болгарских сёл в окрестностях Адрианополя, боснийцам, белокриницким старообрядцам; содействовал болгарам в развитии народного образования; был посредником между сербским правительством и Портой. Выдвигая на первый план единение славянских народностей, Чайковский всеми силами противился в 1848 году сближению поляков с мадьярами, но после 1848 года усиленно покровительствовал беглецам из России и Австрии, чем вызвал крайнее против себя раздражение императора Николая I, который собственноручным письмом к султану требовал высылки Чайковского из Турции и, когда турецкое правительство в том отказало, добился от французского правительства, чтобы у Чайковского был отобран французский паспорт. Австрия и Россия требовали от турецкого правительства выдачи польских бунтовщиков, служивших в венгерской революционной армии, а заодно и тех, кто бежал в Турцию после восстания 1830—1831 годов. Турция же была заинтересована в том, чтобы удержать поляков. Но Турция не хотела обострять отношения с Австрией и Россией. Польским эмигрантам было предложено перейти в ислам. Турки рассчитывали, что Австрия и Россия брезгливо откажутся от ренегатов, перешедших из христианства в ислам. Чайковский был среди тех, кто принял ислам. Он получил от султана пожизненную пенсию в 60000 пиастров и большое поместье близ Константинополя. В это же время он второй раз женился, по мусульманскому обряду. Вторая его супруга была дочерью Анджея Снядецкого, известного виленского профессора математики, очень красивая и блестящая женщина. Она влюбилась в какого-то русского генерала, который был послан в Турцию и там умер; тогда она поехала разыскивать его могилу, попала в Константинополь, встретила здесь Чайковского и вышла за него замуж.

В 1853 году, с началом крымской кампании, Чайковский был призван в ряды турецкой действующей армии и назначен начальником всего казацкого населения Порты. Он сформировал регулярный казачий полк из славян христианских исповеданий, получивший впоследствии название «Славянского легиона», и немедленно выступил с этим полком к Шумле. Оставив свой полк в Шумле, сам он прибыл в Варну, где вместе с великим визирем Кипризли-Мехмет-пашой, Риза-пашой, маршалом Сент-Арно и лордом Рагланом обсуждал первоначальный план крымской кампании. При осаде Силистрии кн. Паскевичем Чайковский снабжал осажденную крепость провиантом, а по отступлении русских войск от Силистрии был призван командовать авангардом армии, которая должна была перейти Дунай и проникнуть в Валахию. После сражений при Журже и Фратешти Чайковский по пятам русской армии вошёл в Бухарест и занимал этот город со своими казаками в течение 15 дней, до прибытия Омер-паши. Позже он командовал 15-тысячным корпусом, расположенным на Сирете и Пруте, откуда был послан со своими казаками и некрасовцами в Добруджу, чтобы восстановить порядок в этой провинции. Отсюда им подан был проект освобождения Карса походом на Тифлис, но проект этот принят не был вследствие противодействия Англии и Австрии, желавших скорейшего окончания войны. После заключении мира султан выразил благодарность Чайковскому и даже присвоил ему титул «Глаз, ухо и правая рука престола». Чайковский был сделан румелийским беглербеем (начальник султанской кавалерии) и получил поручение очистить Балканы от разбойничьих шаек, размножившихся после войны; полк же его, в награду за службу, был внесён в список регулярных полков армии (Низам-и Джедид). В течение двух лет Чайковский со своим полком искоренял разбойничество в Фессалии и Эпире, откуда был переведён в обсервационный лагерь на Косовом поле и снова отправлен на границы Греции из-за революции, свергнувшей короля Оттона.