Граф (с 1793), светлейший князь (с 1796) Плато́н Алекса́ндрович Зу́бов ( — , замок Руэнталь, КурляндияНыне — в пос. Пилсрундале, , Латвия.) — государственный деятель Российской империи, последний фаворит Екатерины II, генерал-фельдцейхмейстер (1793), начальник Черноморского флота (1796).
После смерти светлейшего князя Григория Потёмкина-Таврического стал генерал-губернатором Новороссии, президентом Коллегии иностранных дел, а к 1793 году — самым влиятельным, после Екатерины II, человеком в Российской империи.
Во внешней политике выступал за союз со Швецией и Пруссией, покровительствовал эмигрантам, бежавшим в Россию из революционной Франции. Один из организаторов третьего раздела Речи Посполитой, в результате которого вошёл в число крупнейших землевладельцев Литвы. Автор амбициозного проекта захвата Константинополя, ради реализации которого в 1796 году был организован Персидский поход. В годы фавора большую известность и влияние приобрели отец Платона Александровича, сестра Ольга Жеребцова и братья Николай, Дмитрий и Валериан, а также другие родственники и знакомые Зубовых.
После смерти императрицы Платон Зубов выступал сторонником передачи престола великому князю Александру Павловичу в обход его отца великого князя Павла Петровича. С воцарением последнего князь Зубов вместе с братьями оказался в опале и лишился всех должностей, — был отправлен в заграничный отпуск, а по возвращении заточён в собственном имении. В 1800 году, благодаря интригам своих сторонников, братья Зубовы были возвращены ко двору — Платон Александрович получил чин генерала от инфантерии и возглавил 1-й кадетский корпус. Активно участвовал в заговоре против Павла I и присутствовал при убийстве императора другими заговорщиками.
По восшествии на престол Александра I вновь стал одним из самых влиятельных людей в России и членом Непременного совета, где предлагал проект конституции и ряд реформ, направленных на смягчение крепостного гнёта, некоторые из которых были осуществлены. Однако конституция так и не была принята, а через несколько месяцев князь Зубов вновь оказался в опале и, получив отпуск, уехал за границу. В последующие годы много путешествовал по Европе, время от времени появляясь в Санкт-Петербурге с различными проектами, некоторые из которых были утверждены Александром I. С началом Отечественной войны 1812 года, формально оставаясь в отпуске, был вновь призван к делам и часто появлялся на главной квартире армии, действующей против Наполеона. После 1813 года и до самой смерти жил почти безвыездно помещиком в своих латвийских имениях.
Биография Платон Зубов был третьим сыном небогатого дворянина Александра Николаевича Зубова и его супруги Елизаветы Васильевны (1742—1813), единственной дочери армии прапорщика Василия Воронова. Отец, управляющий имениями графа Николая Ивановича Салтыкова, многократно уличённый во взятках и лихоимстве, имел под конец жизни репутацию «бесчестнейшего дворянина во всём государстве». У Платона были старшие сёстры Анна и Ольга, старшие братья Николай и Дмитрий, а также младший — Валериан. Все дети Зубовых получили домашнее воспитание. Платон, по свидетельству современников, был довольно образован, обладал хорошей памятью, способностями и страстью к музыке — выучился неплохо играть на скрипке. Роста он был среднего, «гибок, мускулист и строен; у него был высокий лоб и прекрасные глаза».
Платону, как и всем его братьям прочили военную карьеру. В восемь лет он был записан сержантом в Семёновский лейб-гвардии полк. В 1779 году переведён вахмистром в Конную гвардию. Скаредный отец отпускал на содержание так мало средств, что будущему фавориту приходилось подрабатывать — его возили из конногвардейских казарм в 12-ю роту Семёновского полка «играть квартеты на скрыпке». 1 января 1784 года был произведён в корнеты по протекции графа Салтыкова, которому молодой человек приглянулся своей «скромностью и почтительностью». Ровно через год — в подпоручики, а ещё через два года получил чин поручика.
30 июня 1788 года началась война со Швецией — 36-тысячная неприятельская армия под личным предводительством короля двинулась через Финляндию на Санкт-Петербург. Однако из-за идущей на юге войны с Турцией войск близ столицы было недостаточно — так в каждом из гвардейских полков имелось лишь по одному батальону. Хотя и был объявлен срочный рекрутский набор, собрать удалось всего около воинов. Поручик Зубов в числе прочих конногвардейцев отправился навстречу противнику. Однако, связанные осадой русских крепостей Нейшлота и Фридрихсгама, шведы не смогли развить наступление. Поэтому гвардия, так и не встретив неприятеля, простояла лагерем у Кнута и Выборга и в конце сентября возвратилась обратно в Петербург. 1 января 1789 года Зубов был произведён в секунд-ротмистры.
Знакомство с императрицей Весной 1789 года произошло охлаждение отношений между Екатериной II и её тогдашним фаворитом графом Александром Матвеевичем Дмитриевым-Мамоновым, ставленником князя Григория Александровича Потёмкина. До императрицы дошли сведения о том, что граф тяготится своим положением и вступил в тайную связь с княжной Д. Ф. Щербатовой. Зубов находился под покровительством графа Салтыкова, который принадлежал партии придворных, враждебной Потёмкину, но опасавшейся вступать с ним в открытую конфронтацию. Салтыков, разглядев в Зубове удобное средство поколебать значение при дворе князя Таврического, помог своему протеже оказаться в поле зрения императрицы, назначив его командиром отряда конногвардейцев, сопровождавшего Екатерину II в Царское Село.
В Царском Селе Зубов был приглашён Екатериной II к обеду, за которым, благодаря привлекательной внешности, обаятельности, изящным манерам и умению держаться в обществе, сумел ей понравиться. Вскоре, 18 июня, произошёл разрыв между императрицей и Дмитриевым-Мамоновым. На следующий день её секретарь Александр Васильевич Храповицкий записал в дневнике, что камердинер императрицы «Захар подозревает караульного секунд-ротмистра П. А. Зубова» в скором фаворитстве. Того же мнения придерживался и адъютант князя Потёмкина Михаил Антонович Гарновский.
21 июня 1789 года при посредничестве статс-дамы Анны Никитичны Нарышкиной (супруги обер-шенка Александра Александровича Нарышкина), камер-фрейлины А. С. Протасовой и камер-юнгферы М. С. Перекусихиной Зубов, «через верх проведённый», удостоился особого приёма у императрицы, «ввечеру был до 11-ти часов» в её покоях и с того времени проводил там каждый вечер. Через три дня, 24 июня, он получил рублей и перстень с портретом императрицы, а 4 июля был произведён в полковники и пожалован в флигель-адъютанты Екатерины II. Поселился Платон Зубов, прозванный государыней «Чернявым» (), во флигель-адъютантских покоях Екатерининского дворца, которые специально предназначались для фаворитов, и где раньше поочередно размещались Потёмкин, Ланской и Дмитриев-Мамонов. Покои эти располагались на первом этаже флигеля, позже получившего название «Зубовского», а помещения второго этажа составляли личную половину самой императрицы. Это был новый флигель, возведённый в 1779—1785 годах по проекту Юрия Матвеевича Фельтена и отделанный в стиле классицизма под наблюдением Чарлза Камерона и Джакомо Кваренги.
В часы досуга Зубов нередко запускал бумажных змеев с царскосельских башен — занятие, которому Гавриил Романович Державин в своих стихах пытался придать значимость научного эксперимента. Он проводил аналогию с опытами Франклина, Беккари, Пристли и других учёных того времени по извлечению воздушного электричества посредством бумажных змеев, оклеенных поталью. Однако другие авторы полагают это лишь пустой «детской» забавой фаворитаДержавин Г. Царскосельские змеи . Кроме того, много времени он проводил, играя с дрессированной мартышкой, или на охоте. Однажды, Платон Зубов со своей свитой расположился прямо на оживлённой дороге, ведущей из Санкт-Петербурга в Царское Село. Движение было полностью заблокировано в течение целого часа, пока молодой человек выжидал зайца.
П. В. Долгоруков, автор «Петербургских очерков», писал:«Известно, что князь Платон Александрович Зубов был последним любовником Екатерины II... Зубову при кончине Екатерины было двадцать девять лет от роду; он был генерал-фельдцейхмейстером, Андреевским кавалером, светлейшим князем Римской империи, владельцем двадцати восьми тысяч душ крестьян и пользовался таким влиянием, что без него ничего не делалось: он возводил и низвергал сановников по воле-прихоти своей.»
В письмах Екатерины того времени постоянно упоминаются «милые дети» — братья Зубовы, их прямодушие, честность, благородство. Эти «милые дети» возвышались на служебной лестнице с необычайной быстротой, и прежде всех — Платон, которого императрица считала «перлом семейства», обладающим неизменно прекрасным характером. В августе Екатерина писала главнокомандующему Потёмкину в действующую армию:«Мне очень приятно, мой друг, что вы довольны мною и маленьким Чернявым. Это довольно милое дитя, имеющее искреннее желание делать добро и вести себя хорошо; он вовсе не глуп, имеет доброе сердце и, надеюсь, не избалуется. Он сегодня одним росчерком пера сочинил вам милое письмо, в котором обрисовался, каким его создала природа».
Соперничество с Потёмкиным
Императрица осыпала своего последнего фаворита милостями: 3 октября 1789 года Зубов получил назначение корнетом Кавалергардского корпуса с производством в генерал-майоры, 12 марта 1792 года произведён в генерал-поручики и назначен Её Императорского Величества генерал-адъютантом.
Потёмкин не видел в «резвуше» угрозы своему положению и ещё в начале 1790 года находился в самых добрых отношениях со всеми Зубовыми. Салтыков пытался с помощью Зубова ослабить влияние Потёмкина при дворе и в делах империи. В окружении Светлейшего находился информант фаворита — его родной брат Валериан. Он сообщал в Петербург о жизни и событиях потёмкинского двора, о чём сам князь конечно же догадывался.
В декабре 1790 года Потёмкин послал Валериана в столицу с известием о взятии Измаила: «Доложи Государыне, что я во всём здоров, только один зуб мне есть мешает; приеду в Петербург, вырву его». Потёмкин, по-видимому, понял, как сильна привязанность императрицы к новому фавориту. Неслыханный по блеску и роскоши праздник, устроенный им в Таврическом дворце в честь Екатерины явился жестом преданности князя своей императрице и символическим апофеозом их личного и политического союза. Через полгода после этого торжества Потёмкин скончался.
Фавор Зубова принёс его семейству не только экономические выгоды но и подъём по социальной лестнице в дворянском обществе империи. Их дворянский статус был украшен имперским титулом. По просьбе Екатерины император Священной Римской Империи Франц II года возвёл сенатора, тайного советника Александра Николаевича Зубова и сыновей его Платона, Николая, Дмитрия и Валериана в потомственное графское Римской империи достоинство. На принятие означенного титула и пользование им в России в том же году последовало Высочайшее соизволение.
Годы всевластия Зубов стремился занять место Потёмкина не только в сердце императрицы, но и в государственных делах«Русские портреты XVIII и XIX столетий». Выпуск 5, № 50.. Граф Завадовский писал о нём:
«из всех сил мучит себя над бумагами, не имея ни беглого ума, ни пространных способностей, коими одними двигать бы можно широкое бремя… Прилежен довольно и понятен, но без опытности посредственные дарования лишены успеха, чем медления в рассуждении дел приносит, чему, однако ж, никак не внемлет. Весьма прилежен к делам и, опричь оных, чужд всяких забав, но ещё нов, и потому бремя выше настоящих его сил».