— японский кинорежиссёр, актёр, монтажёр, комедиант, сценарист, писатель, поэт и художник, телеведущий. Во всех своих работах, кроме режиссёрских, использует псевдоним .
Жизнь и творчество
Детство Родился в 1947 году в Адати, одном из специальных районов Токио и был четвёртым сыном (второй умер во младенчестве) в семье работавшего маляром Кикудзиро Китано (который был наполовину корейцемPapa Yakuza — Tony Rayns // Sight and Sound, 1999) и его супруги Саки. Имя «Такэси» было дано ему родителями в надежде, что ребёнок, сродни созвучному имени бамбуковому побегу (яп. 竹, «такэ»), сможет справиться с любыми невзгодами жизни, быстро оправляясь от них и продолжая свой путь. Будучи значительно младше своих братьев, маленький Китано пользовался особым расположением бабушки, взявшей на себя большинство забот по его воспитанию.
Китано поступил в начальную школу в том же районе Адати, где благодаря матери, уделявшей много времени и сил домашнему образованию, стал одним из лучших учеников, показывая особенно хорошую успеваемость по арифметике и предметам, где можно было проявить себя творчески (изобразительное искусство и др.). После успешного окончания начальной ступени средней школы по настоянию матери, надеявшейся на то, что сын в будущем сможет получить высшее образование, Китано перешёл в более престижную школу, находившуюся в части Адати, значительно удалённой от дома. Затем Китано так же успешно закончил и высшую ступень средней школы.
На протяжении всего времени обучения в школе Китано регулярно занимался в бейсбольной секции, а в старших классах — ещё и боксом, что впоследствии нашло своё отражение в кинокартинах «Ребята возвращаются», «Точка кипения» и других его режиссёрских работах. Другим большим увлечением юного Китано стало ракуго, также оказавшее на его дальнейшую судьбу значительное влияние.
Университетские годы После окончания средней школы в 1965 году Китано по рекомендации матери поступил на инженерный факультет (отделение машиностроения) университета Мэйдзи, успешно сдав вступительные экзамены. Однако уже на втором курсе Китано ушёл из дома и начал самостоятельную жизнь, вместо посещения университетских занятий бесцельно проводя дни в Синдзюку, окунувшись в особый мир этого района Токио.
Несмотря на то, что Китано принимал непосредственное участие в студенческих волнениях конца 1960-х, политика привлекала его сравнительно мало, существенно уступая другим интересам, главным из которых стал джаз. Постоянно вращаясь в среде посетителей процветавших в то время джаз-баров, а также подрабатывая там официантом, Китано в этих кругах стал пользоваться репутацией тонкого ценителя джаза. Здесь же он познакомился с пионерами японского кино-андерграунда, режиссёрами Кодзи Вакамацу и Кадзуо Комидзу. Картину окружения Китано тех лет дополняет то, что когда он работал официантом в заведении сети «Village Vanguard», его сменщиком был Норио Нагаяма, находящийся в то время в бегах серийный убийца.
Проживая у друга и без серьёзных материальных обязательств, Китано продолжал экспериментировать, постоянно меняя места работы. Кроме работы официанта в джаз-барах, он перепробовал работы продавца в кондитерской лавке, уличного торговца, чернорабочего на работах по сносу зданий, официанта в ночных клубах и др. Когда он работал грузчиком в аэропорту Ханэда, его «сослуживцем» был Кэндзи Накагами, впоследствии классик современной японской литературы, с которым они познакомились в одном из джаз-баров, где Накагами был завсегдатаем.
В конце концов Китано принял решение стать профессиональным переводчиком и для сбора средств, необходимых для обучения за рубежом, начал работать таксистом, однако уволился из компании уже через полгода, отказавшись от своего замысла и уйдя подрабатывать на автозаправочную станцию. К тому же времени относится дебют Китано-актёра, снявшегося в нескольких эпизодических ролях в ранних фильмах Кодзи Вакамацу, а также участие в студенческих комедийных постановках, где Китано, однако, сам на сцене не появлялся, а занимался больше постановкой и организационной работой. Из университета Мэйдзи Китано был отчислен из-за большого количества пропусков, несмотря на то, что его успеваемость оставалась на уровне выше среднего.
Первые выступления Со снижением активности студенческого движения в Японии и возвращением общественной жизни в более или менее привычное русло, Китано также уловил внутреннюю необходимость остановиться на каком-то определённом занятии. Испытывая интерес к искусству, но не находя при этом близкого себе в японском театральном андерграунде того времени, Китано, подспудно чувствуя в себе актёрский талант, постепенно преисполнился желания стать артистом.
В 1972 году Китано устроился лифтёром в находящийся в районе Асакуса стриптиз-бар для того, чтобы учиться актёрскому мастерству «из первых рук», имея возможность непосредственно наблюдать за выступлениями. В позднее опубликованные воспоминания о том периоде жизни самокритичный Китано включил адресованную ему ремарку известного комедийного драматурга Хисаси Иноуэ, на которого тогда Китано произвёл впечатление «человека, лишённого чувства юмора». Тем не менее постепенно, продолжая работу лифтёром, Китано добился того, что Сэндзабуро Фуками, известный артист и арт-директор, руководивший заведением, стал давать ему уроки искусства комедийного жанра. В результате Китано стал делать свои первые актёрские шаги, оттачивая мастерство в небольших комических интермедиях, разделявших основные номера, и занятиях чечёткой, к которым он отнёсся с особым энтузиазмом. Для большинства артистов, работавших под началом Фуками, тот оставался человеком, доверие которого завоевать было очень сложно, однако Китано своей смелостью, спонтанностью поведения на сцене и неклишированным юмором покорил Фуками, заставив того признать его особый талант.
«Два Бита» «Франция», стрип-бар в районе Асакуса, где работал Китано, начал испытывать существенные финансовые трудности, вплоть до невозможности выплаты зарплаты. Поэтому Китано откликнулся на своевременное предложение создать дуэт мандзай (всё, что требовалось, чтобы начать — просто купить костюм для выступлений), которое поступило от Ниро Канэко, завсегдатая «Франции» и почти ровесника самого Китано (р. 1949). Было решено, что Китано будет выступать под псевдонимом «Сёкакуя Дзиро» (松鶴家次郎), омофоном псевдонима самого Канэко (пишется 松鶴家二郎).
Первоначальное воодушевление быстро сменилось ощущением бесперспективности: попытки выступать в рамках, традиционно отведённых жанру мандзай, успеха не приносили, и материальное положение резко ухудшилось даже по сравнению с тем, что было во время работы в стрип-баре. Канэко, когда-то бывший подмастерьем-учеником у известного комика «Коромбиа Райто» («Columbia Light» — в японском языке нет звука «л» — псевдоним, мутировавший под влиянием названия компании «Columbia Records», с которой у комика был заключён контракт), решил воспользоваться этим знакомством, в результате чего удалось организовать при его театре регулярные выступления. По традиции все коллективы, работавшие под началом «Коромбиа Райто», обязаны были включать в название префикс принадлежности к «клану», «Голубое небо» (青空, часть первоначального сценического псевдонима основателя), однако в связи с тем, что Китано был учеником «другой школы», префикс был сокращён наполовину (осталось только «Небо», 空) и название дуэта приобрело в итоге форму: «[Небо] Такаси/Киёси» (空たかし・きよし).
Оклад, на который гарантированно могли рассчитывать молодые комики, был минимальным, поэтому в поисках заработков они начали выступать в ближайших кабаре, барах и других заведениях. Китано достаточно болезненно воспринял необходимость выступления перед подвыпившей и не очень внимательно следившей за актёрами аудиторией, поэтому нередкими были случаи, когда он либо вообще отказывался выходить на сцену, либо сам выступал в нетрезвом виде. Также дуэт стал приобретать скандальную репутацию из-за колких высказываний, порочащих принимавшие их заведения, и частой провокации конфликтов с организаторами и зрительным залом. В связи с тем, что это часто заканчивалось опасными потасовками, Канэко стал заранее готовить шутки, которые могли бы разрядить ситуацию. В таких экстремальных условиях формировался специфический, острый, на грани фола, юмор дуэта, сменившего вскоре название на «Два бита» (ツービート), Бита Такэси и Бита Киёси. Псевдоним «Бит Такэси» сохранился за Китано до сих пор.
Стараясь максимально отдалиться от ставшего старомодным классического мандзай и испытывая в некоторой степени влияние осакского дуэта «B&B», «Два Бита» эволюционировали, доведя до максимума скорость обмена репликами и сменив одежду на подчёркнуто официальную в пику крамольному содержанию своих выступлений. Перед широким кругом зрителей дуэт впервые выступил на сцене компании «Сётику» (в Асакуса), по воле случая заменив запланированный основной номер. Получив высокую оценку руководства, «Два Бита» стали регулярно приглашаться вновь и вновь, увеличивая свою популярность.
Используя непристойную лексику на грани дозволенного законом, играя на музыкальных инструментах, ведя характерный для дуэта рискованный диалог, сидя на олицетворяющих классический японский жизненный уклад подушках «дзабутон» и совершая другие экстравагантные выходки на грани «пощёчины общественному вкусу», дуэт стал популярен настолько, что когда начинались его выступления, пустели даже гримёрные других артистов, желавших тоже послушать «Двух Битов».
Успех у публики обернулся для дуэта цензурой и травлей в официальных кругах и среди коллег вплоть до того, что высказывались предложения исключить «Два Бита» из состава национальной мандзай-ассоциации. Также показательно, что за три подряд года участия в организованном в 1976 году ассоциацией совместно с NHK конкурсе молодых дуэтов, Такэси и Киёси ни разу не были удостоены главного приза, несмотря на свою популярность.
В 1979 году состоялась свадьба Китано с Мики Мацуда, участницей женского мандзай-дуэта «Кими и Мити» (у пары двое детей — сын Ацуси (род. 31 марта 1981) и дочь Сёко (род. 5 октября 1982); Сёко — певица и актриса, также снялась в эпизодической роли в фильме Китано «Фейерверк»). После медового месяца молодожёны переехали в Камэари (расположено в северной части района Токио Кацусика). В ноябре того же года «Два Бита» приняли участие в совместном телепроекте с мастером ракуго школы «Цукиноя энкё» (月の家円鏡). Считавшиеся «еретиками от мандзай» «Два Бита» нашли адекватного себе партнёра в лице «еретика от ракуго». Этот телепроект и сопутствовавший ему успех заложили основу для созданной позднее передачи «Мандзай-бум».
«Мандзай-бум» В 1980 году «Два Бита» при участии «B&B» и ряда других известных мандзай-дуэтов начали выпускать телепрограмму «Мандзай-бум» (マンザイブーム, написание слова «мандзай» на азбуке катакана, а не как раньше, на иероглифике, 漫才, было использовано для обозначения подчёркнутого разрыва связей с традиционным мандзай). Жёсткий чёрный юмор, обилие непристойных выражений, и всё это, без умолку произносимое на невероятной скорости, стали неотъемлемой частью специфического образа программы. В качестве объектов для шуток писавший тексты Китано зачастую выбирал социально незащищённых: стариков, провинциалов и внешне некрасивых женщин. Кроме того, «завсегдатаями» диалогов «Двух битов» были якудза и идущая им на смену молодёжь, а также вульгарные шутки, так или иначе вводящие в «дискурс» экскременты. Содержание новостных программ практически незамедлительно и принципиально «политически некорректно» обыгрывалось Китано, даже если речь шла о массовых убийствах и других схожих инцидентах, за что «Мандзай-бум» не раз подвергался суровой общественной критике. Китано превращал и прямолинейность и близорукость критики в объект собственных насмешек.