Пётр Степа́нович Котляре́вский (В ряде изданий (РБС и др.) год смерти ошибочно указан 1852.) — русский полководец, герой русско-персидской войны 1804—1813 годов, генерал от инфантерии (22.08.1826). В «Русском биографическом словаре» значился как покоритель Закавказья.
Происхождение Принадлежит известному малороссийскому дворянскому роду Котляревских (, ), герб которых внесён в Часть 13 Общего гербовника дворянских родов Всероссийской империи, стр. 110. Старшинская семья данного рода принадлежала к военной элите Гетманщины. Одна же из её ветвей переселилась на Слобожанщину и связала свою судьбу с Харьковским слободским казачьим полком.
Биография Родился в ОльховаткеНыне — в Харьковской области, Украина. в семье сельского священника Купянского уезда Харьковской губернии, и предназначался тоже к духовному званию. Волею случая, однажды в доме его отца зимняя непогода вынудила задержаться на целую неделю офицера, в будущем известного генерала Ивана Петровича Лазарева, который, заметив физические и умственные особенности сына священника, предложил отцу отдать его на военную службу.
Через год юный Пётр Котляревский был записан в 4-й пехотный батальон Кубанского егерского корпуса, которым командовал подполковник Лазарев. Четырнадцати лет от роду, в 1795 году, участвовал в Персидском походе, и при осаде Дербента впервые услыхал свист вражеских пуль.
Шесть лет прослужил сержантом и только в 1799 году произведён в офицеры с переводом в 17-й егерский полк, шефом которого в то время был назначен Иван Лазарев. С ним вместе и в звании его адъютанта Котляревский совершил переход в Грузию, куда по просьбе царя Картли-Кахетии Георгия XII были введены русские войска.
Первое же сражение, в котором Лазарев разбил лезгин на реке Иори, доставило Котляревскому сразу две награды: чин штабс-капитана и кавалерский крест ордена Святого Иоанна Иерусалимского.
После предательского убийства Лазарева царицей Марьей в Тифлисе, молодой Котляревский получает в командование егерскую роту. Во главе этой роты при штурме Гянджи был ранен и вынесен с поля боя будущим кавказским наместником, молодым Михаилом Семёновичем Воронцовым, с которым впоследствии их связала 48-летняя дружба.
В 1805 году участвовал в героических подвигах П. М. Карягина у Аскорани, Шах-Булаха и Мухратага, где получил две раны и 14 августа орден Святого Владимира 4 степени с бантом.
В 1807 году был произведён в подполковники, а в 1808 году — в полковники.
В 1810 году главнокомандующий в Грузии генерал А. П. Тормасов, желая предупредить вторжение персов, приказал Котляревскому с одним батальоном 17-го егерского полка отбить пограничное село Мигри (совр. Мегри). Позже Тормасов получил известие, что персидский корпус выдвинулся в этом направлении, и приказал вернуть Котляревского. Но приказ поступил тогда, когда Мигри уже было взято Котляревским. Тормасов вновь приказал отряду отступить в Шушу. Котляревский отвечал в рапорте о важности удержания Мигри и выразил желание отразить войска неприятеля. 10-тысячный корпус Ахмет-хана, при котором были советниками британские офицеры, блокировал отряд Котляревского, но не смог взять село и отступил. 6 июля внезапной ночной атакой пяти сотен егерей часть персидского корпуса была уничтожена на берегу Аракса. 22 сентября 1811 года за победу при Мигри Котляревский получил орден Святого Георгия 4-й степени.
7 декабря 1810 года взял крепость Ахалкалаки, которую за несколько лет перед тем не смог взять генерал И. В. Гудович, потерявший при этом 2000 человек. К 20 декабря 1810 года Котляревский покорил уже всю Ахалкалакскую область. Тогда он получил чин генерала на 29 году от рождения и георгиевские знамёна его храбрым батальонам. Вслед за этим, за экспедицию в Карабахское ханство, получил орден Святой Анны 1-й степени и 1200 рублей ежегодной ренты.
В 1812 году персияне, пользуясь восстанием в Кахетии, и желая соединиться с лезгинами, стягивали значительные силы и готовили вторжение, надеясь поднять против России все горские и татарские народы для уничтожения русского господства над Кавказом. 19 октября Котляревский нанёс решительный штыковой удар отрядом из двух тысяч человек при шести орудиях по персидскому лагерю, обратив персиян в бегство. И в эту же ночь внезапной атакой уничтожил при Асландузе и остатки персидской армии. Знамёна поверженных врагов разместили в Казанском соборе Санкт-Петербурга.
За победу над персиянами на берегу реки Аракс Котляревский 3 декабря 1812 года был награждён чином генерал-лейтенантаГенералитетский список на 1813 год. — , 1813, c. 111, а за Асландуз — орденом Святого Георгия 3-го класса.
Готовясь к штурму Ленкорани, Котляревский 30 декабря 1812 года отдал войскам свой знаменитый приказ, в котором, в том числе, были такие знаменательные слова: «...Решаясь приступить к сему последнему средству, даю знать о том войскам и считаю нужным предварить всех офицеров и солдат, что отступления не будет. Нам должно или взять крепость, или всем умереть, за тем мы сюда присланы. Я предлагал два раза неприятелю сдачу крепости, но он упорствует. Так докажем же ему, храбрые солдаты, что русскому штыку ничто противиться не может. Не такие крепости брали русские и не у таких неприятелей, как персияне; сии против тех ничего не значат...». В самом начале штурма русские потеряли почти всех офицеров. На стены Ленкорани своих солдат повел сам генерал Котляревский. Не обращая внимания на ранение в ногу, он с обнаженной золотой шпагой «За храбрость» направлялся к приставным лестницам, когда две персидские пули попали ему в голову. Воодушевлённые русские солдаты, достойные своего храброго командира, после яростной рукопашной схватки на стенах, овладели крепостью. Котляревский был найден в крепостном рву в груде убитых, весь залитый собственной кровью. Лицо его было сведено на сторону, правого глаза не было, челюсть раздроблена, из уха торчали разбитые головные кости (всю жизнь он хранил 40 осколков черепных костей, вынутых из его головы, в шкатулке, которую никому не показывал), но стараниями доктора Грузинского 14-го гренадерского полка остался в живых. За овладение Талышским ханством Главнокомандующий генерал-лейтенант Н. Ф. Ртищев наградил Котляревского «в полной парадной форме» орденом Святого Георгия 2-го класса.
По взятии Ленкорани тяжело раненый генерал Котляревский отправился в Карабахское ханство, поручив крепость в ведение начальника Каспийской флотилии Е. В. Веселаго, который, возглавив морской батальон в 400 человек, «…содействовал свозом с судов десанта операциям сухопутных войск, осаждавших крепость» — то есть десантом моряков помог сухопутным войскам, осаждавшим крепость:Въ 1813 г. въ штурмѣ Ленкорани участвовалъ мор. б-нъ (400 ч.), подъ ком. нач-ка К. ф-ліи, кап. 1 р. Веселаго, а 4 судна обстрѣливали кр-сть съ моря.
После взятия крепости Ленкорань была открыта прямая дорога русским войскам для вторжения в Персию, а ближайшим последствием кровавого штурма был Гюлистанский мир, подписанный 12 (24) октября 1813 года в селении Гюлистан (Карабах), по которому Россия приобретала западное побережье Каспийского моря до Астары. Россия получала монопольное право на содержание флота в Каспийском море.
«Кровь русская, пролитая в Азіи, на берегах Аракса и Каспія, не менее драгоценна, чем пролитая в Европе, на берегах Москвы и Сены, а пули галлов и персов причиняют одинаковые страдания» — так сказал о значении битвы, в которой русские потеряли две трети отряда, Котляревский.
Тяжёлые неизлечимые раны головы (в нескольких местах отсутствовали кости черепа, мозг был защищён лишь тонким слоем рубцовой ткани) заставили его выйти в отставку. Уединённая и жестоко-мучительная от ран жизнь(Котляревский до конца жизни страдал от сильнейших мигреней) продолжилась в селе Александрове возле Бахмута.
В 1826 году рескриптом императора Николая I Котляревскому было присвоено звание «Генерала от инфантерии» и предложен пост командующего Кавказской армии в войне против Персии. Царь писал: «Уверен, что одного имени вашего достаточно будет, чтобы одушевить войска, предводительствуемые вами, устрашить врага, неоднократно вами пораженного и дерзающего снова нарушить тот мир, которому открыли вы первый путь подвигами вашими».
Поблагодарив Николая I за доверие и высокий чин, отставной генерал был вынужден отказаться от нового назначения в ответном письме: «Желал бы излить последнюю кровь на службе твоей, Всемилостивейший Государь, но совершенно расстроенное здоровье, а особенно головная рана, недавно вновь открывшаяся, не позволяя мне даже пользоваться открытым воздухом, отнимает всякую возможность явиться на поприще трудов и славы».
В Феодосии в 1838 году, по совету медиков, Котляревский приобрёл участок земли, назвав его «Добрым приютом», и со временем построил дом с шатровой крышей, напоминавшей военные палатки. Верхний этаж с четырёх сторон был обрамлен балконом, к которому вела широкая лестница. В доме, кроме самого генерала, жили еще три его племянницы, денщик Филипп и боевой товарищ — полковник О. И. Шультен. Круг знакомых генерала составили старые боевые товарищи: З. И. Бекарюков и П. А. Ладинский, Таврический губернатор А. И. Казначеев, Новороссийский Бессарабский губернатор граф М. С. Воронцов, художник И. К. Айвазовский и другие.
Скончался Пётр Котляревский 21 октября (по старому стилю) 1851 года, в 11 часов ночи. Тело упокоилось в могиле на территории дачи за небольшой решёткой. Его усыпальницу спроектировал Айвазовский. Рядом с Котляревским было захоронение умершего в 1848 году его подчинённого, друга и родственника Осипа Шультена. В последнюю четверть XIX века дом Котляревского находился в собственности будущего московского головы Константина Васильевича Рукавишникова.
Мемориал После смерти генерала, профессор живописи Иван Айвазовский, пожелал увековечить память о покойном друге в достойном того монументе. Стараниями и упорством Айвазовского, получив разрешение на возведение памятника от императора Александра II, было решено приступить к возведению сооружения. По замыслу Ивана Айвазовского, мемориал должен был состоять из часовни с иконой святых апостолов Петра и Павла и музея для феодосийских древностей. Местом размещения объекта стала одна из возвышенностей Феодосии, с которой открывался вид на город и море. В 1870 году был дан старт строительству, которое началось с молебна и крестного хода к месту возведения часовни. По ходу крестного хода к нему присоединялось большое количество людей, включая священников армянской церкви, мимо которой этот ход проходил. На закладке первого камня присутствовало много почтенных гостей, среди которых был и архиепископ Таврический и Симферопольский Гурий. Последнему было доверено положить первый камень в основание часовни. В сам камень была вложена стеклянная колба с запиской следующего содержания: «Во славу Святых, Единосущных, Нераздельных, Отца и Сына и Святого Духа, с Высочайшего его императорского величества благочестивейшего государя императора всероссийского Александра Николаевича соизволения, при святительстве преосвященнейшего Гурия, епископа Таврического и Симферопольского усердием действительного статского советника Ивана Константиновича Айвазовского, основался молитвенный дом сей в память об усопшем рабе Божьем генерале от инфантерии Петре Степановиче Котляревском, в лето от сотворения мира 7378-е, от Рождества же Бога 1870-е, месяца июля в 5-й день» Вместе с колбой, Константином Рукавишниковым в камень было вложено и множество серебряных монет чеканки 1870 года
В советское время могила генерала была утрачена. В 2013 году на феодосийском доме, где 10 лет прожил Котляревский, установлена мемориальная доска.
Награды Орден Святого Иоанна Иерусалимского, кавалерский крест (17.12.1800) — за доблесть, проявленную в сражении с Омар-ханом Аварским на берегу реки Иори Орден Святой Анны 4-й степени (27.02.1804) — за штурм крепости Гянджа Орден Святого Владимира 4-й степени с бантом (14.08.1805) Орден Святого Георгия 4-й степени (22.09.1811) — за взятие крепости Мегри и полный разгром войск Аббаса-Мирзы