Окла́д, риза, цата, венчики, ожерельица, убрус — накладное украшение на иконах, покрывающее всю иконную доску поверх красочного слоя, кроме нескольких значимых элементов (обычно лика и рук — так называемого лично́го письма), для которых сделаны прорези; значимый вид русского декоративно-прикладного искусства.

Бывали металлические: золотые и серебряные, также из латуни, меди и даже белой жести; шитые: бисером или жемчугом («жемчужная обнизь» и «бисерное шитьё»), украшенные эмалью, подчас с драгоценными камнями, цветными стёклами и накладными деталями. С обратной стороны порой обивались красным или малиновым бархатом.

Оклады встречаются на православных иконах всех стран, а также на ряде католических икон (например, образы византийского происхождения в католических храмах Италии, некоторые центрально- и восточноевропейские иконы). Наибольшие роскошь и размах производства были свойственны русским произведениям. В русском искусстве их создание выделилось в отдельную ветвь декоративно-прикладного искусства. С начала XX века традиция изготовления риз и обкладывания ими икон начала приходить в упадок.

Термин

Согласно словарю Даля, используется следующее словоупотребление: Окладывать (обложить) икону, одеть серебряной и иной ризой, окладом. Икона без оклада — это неокладный образ.

Убор иконы в письменных источниках носит названия «крута», иконное «кование», «кузнь у икон». Современное слово «оклад» появляется только в XVI веке. К XVI веку относится и церковнославянское слово «риза» (одеяние). Оклад никогда и никоим образом не воспринимался как нечто отдельное от иконы — она всегда была «образ окладной». Если оригинальный оклад снят и заменён ризой, снятой с другой иконы, это называется «оклад в подборе».

Этимология слова «», первоначально употреблявшегося лишь для детали оклада — изображения одежд (риз) — и лишь потом распространившегося на весь оклад целиком, не ясна. Фасмер предполагает родство с «резать, раз» или заимствование (например, от рум. riza «тряпка, лоскут»).

Литургическое значение и предназначение Сверкающая риза иконы символизирует исходящий от неё небесный невещественный свет: «Одеяйся светом, яко ризою»Ирмос 5-й песни Воскресного канона (глас 5). Седьмой Вселенский собор в своём деянии о восстановлении иконопочитания отметил тождественность материала (дерево) Ковчега Завета и иконыДеяния Вселенских соборов. СПб.: 1996. С. 584.. Поэтому как Ковчег Завета был обложен золотом (), так и иконы украшают драгоценными окладами.

Как правило, в иконах, даже сразу писанных под оклад, тщательно прописывались одежда, фон и надписи. Подобная тщательность — «свидетельство того, что эти ризы, покрывающие на иконах написанные одежды святых, понимались как символическое раскрытие образа спасения души, сияющей одеждой чистоты (серебро) и божественной благодати (золото). Украшение окладов самоцветами, жемчугом, цветными эмалями — „бисером многоценным“ — символ богатства души, украшенной множеством духовных дарований». Цель окладов — создание символа невещественного Света, в котором пребывают святые, а басменные растительные орнаменты образом вечного цветения обозначают живоносную силу этого Божественного Света.

Оклад иконы защищал ее от порчи из-за целования и прикладывания к ней верующих, тем более, что прозрачное листовое стекло, пригодное для покрытия, стало распространенным по историческим меркам недавно.

Возникновение драгоценного убора икон связано с исконной традицией поклонения святыням, заимствованной христианством у язычества (в Ветхом Завете пророк Исаия осуждает практику украшения золотом и серебром идолов: ), но при этом оно перестало являться элементом идолослужения, а стало способом одухотворения художественного языка.

Вклады

В драгоценные оклады и ризы «одевали» иконы в память о давно минувшем, в благодарность после каких-либо удачно завершённых событий, по данному Богу обету.

Храмовые иконы одевались ризами по вкладам крупных ктиторов или же постепенно — дарами обычных прихожан:

Обилие подобных изделий в русских храмах поражало воображение иноземных путешественников. Так, один из них замечает:

Особенной популярностью пользовалось украшение богородичных икон. В России один из первых особо богатых золотых окладов был создан для иконы Владимирской Божией Матери (согласно летописи на него ушло около пяти килограмм золота, не считая серебра) по заказу князя Андрея Боголюбского. В первый период заказы окладов, на которые уходили пуды золота, были доступны лишь представителям верхушки общества. Известно описание несохранившегося оклада XVII века для Донской иконы Божией Матери, которое в Переписной книге Благовещенского собора за 1680 год занимает несколько листовПереписная книга Московского Благовещенского собора. 1873. С. 4—5:

… венцы с жемчужной обнизью, украшенные изумрудами, сапфирами, альмандинами… 2 золотые звезды с крупными драгоценными камнями и жемчугом на золотых резных «оплечках»; сапфировые серьги. На полях оклада размещались золотые пластины с выполненными чернью изображениями 12 Господских и Богородичных праздников, перемежающиеся крупными самоцветами. …к образу были приложены 2 жемчужных убруса (очелья), 2 золотые цаты (вязаная и сканая) и 2 «ожерелья» (ворота). К серебряной вызолоченной гладкой «доске», украшенной «яхонтом лазоревым да изумрудом» и обнизанной по краям жемчугом, служащей своеобразной драгоценной ризой Богоматери и Младенца Христа, были прикреплены 5 золотых наперсных крестов с камнями и жемчугом, 13 панагий. Одна из панагий содержала «часть Животворящего Древа Господня», другие кресты и панагии — святые мощи.

19 января 1722 г. Святейший Синод издаёт Указ «Об отобрании в церковную казну привесок и об употреблении оных на церковныя потребности.» «От ныне впредь во всех Российскаго Государства церквах привесов к образам, то есть золотых и серебреных монет и копеек и всякой казны и прочаго приносимаго не привешивать.»Полное Собрание Законов Российской Империи (1720—1722) ПСЗРИ. Т. 6. СПб., 1830. С. 485—486. № 3888, а после Пётр I закрепляет синодское распоряжение, ещё своим Указом от 20 апреля 1722 г. «О приносе в Синод иконных привесок и о разобрании их.» «В указе о привесах иконных глухо молвлено, что все на потребности нужныя церковныя употреблять».Полное Собрание Законов Российской Империи (1720—1722) ПСЗРИ. Т. 6. СПб., 1830. С. 658—659. № 3975 Это распоряжение вызвало недовольство клириков и мирян, но, несмотря на него, все вотивные приношения с икон были сняты. Тем не менее, традиция украшения окладов почитаемых икон сохранилась и в более позднее время. Так, в 1768 году императрица Екатерина II украсила оклад Казанской иконы Богородицы в Казанском Богородицком монастыре своей бриллиантовою короной.

История

Оклад, покрывающий всю икону, кроме ликов, происходит от древних (в частности, сборных) рельефных икон, целиком выполненных из драгоценного металла. Оклады первоначально появились на мелких резных и лишь позднее — на больших храмовых иконахСтатья «Оклад» в БСЭ. Древнейшие из известных русских — чеканные серебряные оклады XII века на иконе святых апостолов Петра и ПавлаВстречается упоминание, что этот оклад хранится в ГТГ, но это ошибка, о чём свидетельствуют каталоги., Спасе Златая риза, а также на иконе Богоматери Одигитрии, хранящиеся в Софийском соборе города НовгородаКравченко А. С. Икона М.: 1993.

Басменный оклад Ранние оклады закрывали лишь фоновую часть иконы. С XIV века известен простейший вид оклада — басменный (или басманный). Басма — это тонкие металлические листы, с выбитыми на них по матрице узорами. Такой тип оклада, более простой, распространился в первой половине XVII века с ростом иконного промысла.

Как считается, в конце XVII века иконный оклад стал самостоятельным видом прикладного искусства, со своими особенностями конструкции и орнаментики.

К XVII веку всё чаще встречаются оклады, которые закрывают всё живописное пространство, оставляя свободными только лики. В дальнейшем такие сплошные оклады становятся преобладающими. На смену строгим басменным работам Древней Руси пришли пышные чеканные оклады в стиле барокко. Подобный оклад создавался следующим образом: на гладком листе серебра мастер создавал орнаментальную раму, в которой подробно прорабатывал фигуры и одежды святых, повторял сложную композицию — пейзажные горки, архитектуру и проч. Надписи с именами могли обрамляться причудливыми барочными завитками. Как пишут исследователи, «подобного рода оклады по своей выразительности соперничают с произведениями скульптуры того времени». Барочные элементы сохраняются долго, на протяжении всего XIX века, так как обилие деталей становится неким символом богатства.

Тем не менее, со временем более массовыми становятся более простые и дешёвые оклады — с открытием в 1730-х годах на территории России серебряных рудников они выходят на ремесленный уровень. По мере внедрения в ювелирное дело механизации из окладов исчезает рукотворность, используются вальцовка и штамповка. В XIX веке большинство окладов изготавливалось из тонких листов серебра — отсюда их жаргонное прозвание «фольгушка». По тонкому металлу штамповался рисунок (узорная рама, орнаментальный фон). Одежду и венцы могли гравировать вручную, или же, что было чаще, они могли быть накладными и припаиваться к основному полю. Иногда серебряный оклад покрывали позолотой. Подобные «фольговые» оклады считаются на антикварном рынке самыми дешёвыми. Более ценными являются литые оклады с тщательной проработкой путём чеканки. Одновременно в XIX веке в окладах начинает проявляться стиль классицизм — упорядоченность узоров, их стройное распределение на раме, фоне, венце, симметричные гирлянды. По мере хода истории оклады становятся всё менее и менее рельефными, хотя для последней трети XIX века — периода историзма — характерно обращение к старинным древнерусским образцам.

Удешевляется и живопись: в поздний период (XIX — начале XX века) на домовых иконах массового ремесленного изготовления встречается уже «халтурное» написание под оклад одних лишь видимых частей ликов и рук, без проработки фона, одежды и прочего (т. н. подокладная икона, подокладница, подфолежная икона).

Как любопытный факт следует отметить существование т. н. адописных икон — с тайными кощунственными изображениями: под окладом или верхним красочным слоем изображался чёрт, либо лику святого пририсовывались рога и т. п. Подобные иконы упоминаются уже в житии Василия Блаженного, но более распространёнными они оказались в XIX веке в крестьянской среде.

Большинство русских риз, по причине своей очевидной материальной ценности, не пережило выхода в 1921 году Декрета о полной ликвидации монастырского имущества в России. Конфискацией в основном занималась Комиссия по изъятию церковных ценностей.

Состав и крепёж оклада

Оклад мог быть полным или состоять из одной или нескольких частей. Оклад, смонтированный из отдельных деталей, назывался наборным. Икону не всегда всю украшали окладом сразу, нередко он наращивался постепенно: отдельные части изготавливали позднее и добавляли к уже укреплённым или заменяли прежние на новые. Икону могли дополнить богатой деталью в честь какого-нибудь важного события по вотивному посвящению. С последней четверти XVII века наборные оклады стали вытесняться цельными, которые делали из листов металла и прикрепляемых к ним венцов.

В раннем периоде все части окладов крепили к поверхности доски гвоздями, пробившими живопись и левкас, — эти следы можно видеть на древних иконах. Оклады, изготовленные из цельного листа металла, имели специальные бортики, прилегавшие к боковым сторонам иконной доски, к которой они и прибивались. Гвозди различной величины делали из сплавов меди или серебра. В XIX веке дешёвые оклады стали крепить железными гвоздями, иногда используя их и при починке старых окладов. Для поддержания выпуклой формы венцов вокруг ликов пространство между доской и металлом заливали воском.

Элементы