Хассан Пакраван (; 4 августа 1911, Тегеран — 11 апреля 1979, Тегеран) — иранский государственный и политический деятель, генерал-майор (сарлашкар) вооружённых сил Ирана, занимавший должность второго руководителя Организации национальной разведки и безопасности (САВАК) в период с июня 1961 по январь 1965 года.
Генерал Пакраван представлял собой личность, полную противоречий. Человек широких взглядов и тонкий знаток гуманитарных дисциплин, он в молодости мечтал посвятить себя истории, но жизненные обстоятельства увели его в иную сторону. В нём уживались демократические устремления, увлечение французской литературой и глубокое понимание персидской поэзии, придавая его образу особую изысканность и таинственность. Тем не менее именно ему суждено было оказаться в числе трёх создателей САВАК — тайной службы, имя которой у многих ассоциировалось со страхом и ненавистью.
Биография
Ранние годы Хассан Пакраван родился 4 августа 1911 года в Тегеране в семье Фатхоллы и Эмине Пакраван. Его отец занимал высокие государственные должности при династии Каджаров, в том числе был губернатором провинции Хорасан и послом Ирана в Италии. Мать, Эмине Пакраван, имела наполовину европейское происхождение и состояла в родстве с Габсбургской династией Австро-Венгерской империи. Она также преподавала в одном из тегеранских вузов.
В детстве Хассан вместе с родителями переехал в Каир, куда Фатхолла Пакраван был назначен дипломатическим представителем шахского правительства в Египте. Там мальчик получил начальное образование во французском лицее («Lycée français»). В 1923 году родители Хассана развелись. После развода родителей Эмине вместе с сыном переехала в бельгийский город Льеж, где Хассан продолжил своё образование, поступив в местную среднюю школу. Здесь же он окончил университет, а затем отправился во Францию, чтобы продолжить учёбу. Сначала он поступил в артиллерийскую школу в Пуатье, а позже был переведён в Фонтенбло, в престижную «École d’application d’artillerie».
В 1933 году Хассан Пакраван прибыл из Бельгии в Москву, где его отец в тот период занимал пост посла Ирана в СССР. Вскоре Фатхолла Пакраван был объявлен персоной нон грата и отозван на родину. После возвращения в Иран Хассан получил назначение преподавателем Военной академии.
Военная и дипломатическая деятельность Хассан Пакраван начал свою государственную службу в качестве преподавателя артиллерии в Тегеранском военном училище, что положило начало его политической и административной карьере. В период с 1940-х по 1970-е годы он занимал ряд ключевых военных, дипломатических и правительственных постов, среди которых: адъютант шаха в отделе сведений II-го департамента; военный атташе в Пакистане (1949—1951), в Индии (1954—1957); начальник военной разведки (1951—1953); заместитель директора САВАК, курировавший внешние связи (1957—1961); заместитель премьер-министра и директор САВАК (1961—1965); министр информации (1965—1966); посол Ирана в Пакистане (1966—1969), во Франции (1969—1973); старший юрист Министерства юстиции (1974—1979).
В 1949–1951 годах Хассан Пакраван занимал должность военного атташе в Пакистане. По возвращении в Иран в 1951 году он был назначен начальником военной разведки «J-2» (1951–1953). Эта структура, созданная по образцу французского «Deuxième Bureau», выполняла функции военной контрразведки и сбора информации. Служба «J-2» приобрела известность благодаря активному участию в выявлении и подавлении деятельности оппозиционных группировок.
В разгар противостояния между шахом и Мосаддыком Хассан Пакраван самостоятельно принял решение покинуть пост начальника военной разведки «J-2». Он был направлен во Францию в качестве заместителя военного атташе, а затем назначен военным атташе в Индии. Позднее Пакраван объяснил свой поступок тем, что, из уважения к конституции, не желал участвовать в перевороте против Мосаддыка, и поэтому предпочёл временно покинуть Иран.
Пакраван во главе САВАК (1961—1965) В 1954–1957 годах Хассан Пакраван занимал должность военного атташе в Индии. В 1957 году он был отозван в Иран. В этот период по просьбе шаха в Тегеран прибыли американские и британские военные советники с целью оказания помощи в создании новой разведывательной службы. Генерал Теймур Бахтияр был назначен первым руководителем САВАК, а Хассан Пакраван стал его заместителем.
После избрания Джона Кеннеди президентом США шах стремился к большей политической открытости в Иране. В этой ситуации Пакраван рассматривался как подходящая кандидатура на пост главы САВАК: шах подозревал Бахтияра в недостаточной лояльности монархии, что и привело к его увольнению в июне 1961 года.
Одним из первых решений Пакравана на новом посту стало воздержание от применения пыток во время допросов.
8 октября 1962 года духовенство выразило резкое недовольство опубликованным правительством положением о выборах в провинциальные и областные энджумены (советы). Основные возражения касались предоставления женщинам избирательного права и формулировки, согласно которой кандидат должен давать клятву «на святом писании», а не на Коране, что было воспринято как попытка приравнять Библию к Корану. Вскоре правительство отказалось от всех спорных положений, вызвавших недовольство духовенства.
Восстание 15 хордада 26 января 1963 года в Иране прошёл плебисцит по вопросу одобрения шести пунктов программы реформ, включавшей закон об аграрной реформе, закон о национализации лесов и пастбищ, создание «корпуса просвещения», закон о распределении части прибыли промышленных предприятий среди рабочих и предоставление женщинам избирательного права. Предложения получили одобрение большинства голосовавших. Против реформ активно выступило духовенство под руководством Рухоллы Хомейни.
В середине марта, накануне иранского Новруза, Хомейни обнародовал заявление о том, что в условиях угрозы исламским ценностям нет повода праздновать Новый год. 22 марта силы САВАК осуществили налёт на медресе Фейзийе в Куме, которым руководил Хомейни; один учащийся погиб. Хомейни был арестован, но вскоре освобождён. В тот же день состоялся налёт на медресе в Тебризе.
4 июня 1963 года Хомейни вновь арестован за антиправительственную деятельность. 5 июня траурные процессии по случаю ашуры в Тегеране, Куме, Мешхеде, Тебризе, Верамине и Кашане переросли в массовые антиправительственные выступления. Восстание было жестоко подавлено армейскими частями, силами САВАК и шахской гвардией под руководством генерала Голяма Али Овейси. По официальным данным, погибло около 100 демонстрантов, арестовано 28 аятолл; неофициальные источники утверждают, что только в Тегеране число жертв превышало 5 000.
В соответствии с законом Хомейни, как участник антимонархического выступления, мог быть приговорён к смертной казни. Супруга генерала Пакравана, Фатима Пакраван, в мемуарах подтверждает, что её муж в 1963 году сыграл ключевую роль в спасении жизни Хомейни. Она описывает, что генерал был глубоко обеспокоен возможной казнью аятоллы, понимая, что это вызовет массовое недовольство населения и религиозных деятелей. Пакраван убедил шаха предоставить ему возможность самостоятельно урегулировать ситуацию.
Для разрешения конфликта генерал обратился за советом к аятолле Сейид Мохаммеду Казему Шариатмадари, который предложил возвести Хомейни в ранг аятоллы. После консультаций с высшими служителями духовенства был разработан религиозный декрет, который предполагалось представить на утверждение шаху. Проект декрета разрабатывался при непосредственном участии генерала Пакравана и Сейид Джеляль Техрани. Таким образом, к началу 1960-х годов Рухолла Хомейни вошёл в число религиозных деятелей высшего ранга, аятолл; в то время их в Иране насчитывалось всего несколько сотен. Высшее духовенство присвоило ему титул «Великого аятоллы» (аятолла аль-Озма). Этот сан, которым обладали менее десятка шиитских духовных лидеров, делал Хомейни неприкосновенным для светского шахского суда и предоставлял ему возможность претендовать на руководство шиитской общиной Ирана.
Одним из примечательных эпизодов, описанных в мемуарах Фатимы Пакраван, являются еженедельные завтраки её мужа с Рухоллой Хомейни в 1963 году, когда аятолла находился под домашним арестом. По воспоминаниям Хассана Пакравана, Хомейни был красноречив и порой вызывающ в своих высказываниях: «Тимсар, я считываю дни, когда мы больше не будем вместе завтракать». Генерал характеризовал Хомейни как человека привлекательной внешности с экстраординарными манерами и личным обаянием, сочетающимся с чувством власти. В ходе разговоров они обсуждали религию, философию и историю. Пакраван отмечал значительные пробелы Хомейни в области истории и философии, а также его честолюбие и скрытность. «При каждой беседе с Хомейни у меня появлялся некоторый страх, от чего мои волосы со временем заметно поседели. Это было пугающее ощущение», — отмечал генерал в разговорах с женой.
В ноябре 1964 года, в качестве меры предосторожности, шах распорядился выслать аятоллу Хомейни сначала в Турцию, а затем в Ирак.
Факт, подтверждённый многочисленными иранскими чиновниками в их мемуарах, включая покойного шаха, состоит в том, что роль генерала Хассана Пакравана в убеждении шаха изменить смертный приговор Хомейни на изгнание за участие в восстании 1963 года была ключевой и решающей. Генерал Пакраван спас жизнь Хомейни, настаивая перед шахом на проявлении гуманности и снисхождения к оппозиционному священнослужителю. Он много времени проводил в камере заключённого, иногда приносил еду, пытаясь убедить аятоллу отказаться от дальнейшей оппозиционной деятельности, однако Хомейни не изменил своих позиций.
Убийство премьер-министра Мансура Меры, предпринятые генералом Пакраваном для усмирения оппозиции, в частности Хомейни и его сторонников, не принесли ощутимых результатов.
В 10 часов утра 22 января 1965 года, за несколько дней до второй годовщины «белой революции», на премьер-министра Хасана Али Мансура было совершено покушение на площади Бохарестан, когда он входил в ворота меджлиса. 17-летний боевик из организации «Федаины ислама», Мохаммад Бохарайи, подбежал к премьер-министру и выстрелил в него три раза. Тяжелораненого Мансура срочно доставили в больницу, где он находился в критическом состоянии пять дней и скончался 27 января.
В период кризиса шах назначил исполняющим обязанности премьер-министра близкого друга Мансура — Амира Аббаса Ховейду. После смерти Хасана Али Мансура 27 января Ховейда был утверждён на должность премьер-министра. По делу о покушении были арестованы десятки лиц, а четыре члена организации «Федаины ислама» казнены за соучастие в убийстве.
Покушение на шаха В январе 1965 года указом шаха генерал Хассан Пакраван был освобождён от занимаемой должности и назначен послом Ирана в Пакистане. Его место занял генерал Нематолла Нассири, одноклассник и друг детства шаха. Существовала версия, что причиной увольнения Пакравана стало то, что под его руководством САВАК не предотвратила попытку покушения на шаха.
Французский журналист Жерар де Вилье отмечал, что смена Хассана Пакравана на посту главы секретной службы стала судьбоносным решением. На место образованного и интеллектуально развитого руководителя пришёл Нематолла Нассири — человек, кардинально отличавшийся от своего предшественника. Этот шаг фактически привёл к появлению фигуры, которая, как предсказывалось, сыграет ключевую роль в формировании печально известной репутации САВАК в последующие годы.
10 апреля 1965 года в Мраморном дворце было совершено дерзкое покушение на жизнь шаха. В перестрелке погибли 12 человек, включая несколько телохранителей. В Тегеране было введено осадное положение, а САВАК активизировала операции по выявлению организаторов и соучастников нападения. В ходе расследования установлено, что двоих охранников дворца завербовали клерикалы. Впоследствии все участники покушения были арестованы и уничтожены в застенках САВАК.