Продразвёрстка (сокращение от словосочетания продово́льственная развёрстка) — политика обеспечения заготовок продовольствия за счёт обложения крестьян налогом в виде зерновых («хлеб») и других продуктов, проводившаяся в период с 1916 по 1921 год. Начало продразвёрстки было положено Правительством Российской империи в ноябре (декабре) 1916 года и продолжено Временным (в виде «хлебной монополии»), а затем и правительством РСФСР.
С введением продразвёрстки в Российской империи сохранялась ранее действовавшая система государственных закупок на свободном рынке. В связи с низким поступлением хлеба по государственным заготовкам и продразвёрстке года Временное правительство ввело «хлебную монополию», предполагавшую передачу всего объёма произведённого хлеба государству за вычетом установленных норм потребления на личные и хозяйственные нужды.
«Хлебная монополия» была подтверждена Декретом Совета народных комиссаров РСФСР от 9 мая 1918 года. Повторно продразвёрстка введена советской властью в начале января 1919 года в условиях Гражданской войны и разрухи, а также действовавшей с 13 мая 1918 года «продовольственной диктатуры». Продразвёрстка стала частью политики «военного коммунизма» и производилась путём принудительного изъятия у крестьян хлеба и других продуктов по установленной («развёрстанной») норме продукта и государственным ценам.
Методы, применявшиеся советской властью при заготовках в период продовольственной диктатуры, вызывали рост крестьянского недовольства, переходившего в вооружённые выступления крестьян. 21 марта 1921 года продразвёрстка была заменена продналогом, что положило начало переходу к новой экономической политике.
Предпосылки к введению С начала Первой мировой войны объём продовольствия, необходимый для обеспечения снабжаемого государством населения, быстро рос, в то время как посевные площади, производство и запасы неумолимо снижались. Соответственно, в условиях свободного рынка росли и цены на продовольствие — по сравнению с 1913 годом цена в 1915 году выросла в 1,8-2 раза, а к 1916 году стоимость в нечернозёмной полосе возросла уже в 3 раза. В 1917 году цены выросли в 16-18 раз.
Если в начале войны нужно было кормить всё увеличивавшуюся в размерах армию — 6,5 млн человек (на конец 1914), 11,7 млн человек (1915), 14,4 (1916) и 15,1 миллиона в 1917, то с 1915 года государству пришлось взять на себя обеспечение и гражданского населения ряда городов и, частично, губерний.
Для удовлетворения нужд армии нужно было соответственно 231,5 млн пудов (1914/15 хозяйственный год — период июль—июнь следующего года), 343,2 (1915/16) и 680 (1916/17), на 1917/18 планировалось получить 720 млн пудов — или в 3,1 раз больше, чем в первый год войны.
В связи с сокращением производства трудности появились и со снабжением населения в потребляющих регионах и городах. Уже к три четверти городов испытали нужду в тех или иных продовольственных продуктах, а половина городов Империи нуждалась конкретно в хлебе.
Если с 1915 года вмешательство государства в дело продовольственного снабжения было эпизодическим, то уже с 1916 заготовки хлеба для населения включаются в государственное задание: на 1916/17 год они составляют 420 млн пудов, на 1917/18 — 400 млн пудов. В связи с усилением продовольственного кризиса правительство вынуждено предпринять реформу продовольственной организации.
«для обсуждения и объединения продовольственных мероприятий по заготовке продовольствия и фуража для армии и флота, а также вообще по правительственному делу учреждается „Особое совещание по продовольствию“». Председатель Совещания получил широкие полномочия, включая установку способов заготовки продовольствия, право на реквизицию и запрета вывоза продуктов из данной местности. Положением от Председателю было дано право устанавливать предельные цены на продукты.
Введение твёрдых закупочных цен было вызвано спекулятивным предложением на рынке при значительном росте объёмов плановых закупок. К года была создана региональная сеть губернских, областных, городских и районных совещаний. Возглавлявшие их уполномоченные также имели право реквизиции и запрета вывоза продовольствия. С октября 1915 по февраль 1916 года было зарегистрировано около 60 случаев реквизиции, применённой в связи отказом сдачи продуктов по твёрдым ценам.
К ноябрю 1916 года сложилось чрезвычайно плохое течение заготовок и, соответственно, тяжёлое положение армии и населения. Нормировка цен и запреты вывоза до этого были лишь вспомогательными средствами для усиления заготовок. Ситуация требовала новых мер, которой стала принудительная развёрстка хлебов. Параллельно с попытками решить проблему заготовок принимаются аналогичные меры в отношении разработки механизма приемлемого урегулирования распределения продуктов.
По мере разрастания продовольственного кризиса с весны 1916 года в городах начинает вводиться карточная система. Уже на она действовала по крайней мере в 8 губерниях.
Продразвёрстка до Февральской революции года управляющий Министерства земледелия Александр Риттих подписал постановление «О развёрстке зерновых хлебов и фуража, приобретаемых для потребностей, связанных с обороной», которое было опубликовано года. Сущность развёрстки состояла в том, что председатель Особого совещания распределяет между губерниями — в соответствии с размерами урожая, запасов и нормами потребления — подлежащее заготовке количество хлебов. Внутри губернии между уездами развёрстку в указанный председателем земского совещания срок проводит губернская земская управа, на уездном уровне эти задачи в отношении развёрстки возлагались на уездные земские управы, в волостях и сёлах, соответственно, волостными и сельскими сходами. Развёрстка хлебов касалась всех производителей. Торговые же запасы из развёрстки были исключены — их предполагалось закупать «нормальным порядком».
Первой развёрстке подлежало 772,1 миллиона пудов: 285 — ржи, 189 — пшеницы, 150 — овса, 120 — ячменя, 10,4 — проса и 17,7 — гречки. Согласно Постановлению от года, это количество подлежало к сдаче до года. Сроки на доведение размеров развёрстки устанавливались крайне сжатые: до — губернии, к — уезды, — волости и экономии, 24 — сёла и до — дворы.
года Риттих выступил в Государственной Думе с детальным обоснованием продразвёрстки как действенного средства решения продовольственных проблем. Он указал на то, что в результате политического торга твёрдые цены для закупки продуктов государством были назначены в сентябре 1916 несколько ниже рыночных цен, что сразу же значительно сократило подвоз хлеба в центры перевозки и помола. Он указал также на необходимость добровольности продразвёрсткиДоклад Риттиха в Думе 14 февраля 1917.:
Сжатые сроки привели в результате к ошибкам, выразившимся, в частности, в развёрстке большего количества продовольствия, чем имелось в наличии по ряду губерний. Другие же попросту саботировали их, значительно увеличив нормы потребления и не оставив видимых излишков. Желание не ущемить существующую параллельно свободную закупку в итоге привело к фактическому краху этой затеи, требовавшей готовности к самопожертвованию масс производителей — чего не было — или же широкого применения реквизиций — к чему, в свою очередь, не была готова система.
Продразвёрстка после Февральской революции После февральской революции года была организована Продовольственная комиссия Временного Правительства. В первые два месяца деятельности Временного правительства продовольственной политикой руководил земский врач кадет А. И. Шингарёв. Провал заготовок вёл к катастрофе. В начале марта 1917 в Петрограде и Москве оставалось запасов хлеба на несколько дней и были участки фронта с сотнями тысяч солдат, где запасы хлеба были лишь на полдня. Обстоятельства вынуждали действовать. 2 марта Продовольственная комиссия Временного Правительства принимает решение: «не останавливая обычных закупок и получения хлеба по развёрстке, немедленно приступить к реквизиции хлеба у крупных земельных собственников и арендаторов всех сословий, имеющих запашку не менее 50 десятин, а также у торговых предприятий и банков».
года издаётся Закон о передаче хлеба в распоряжение государства (монополии на хлеб). Согласно ему, «всё количество хлеба, продовольственного и кормового урожая прошлых лет, 1916 и будущего урожая 1917, за вычетом запаса, необходимого для продовольствия и хозяйственных нужд владельца, поступает со времени взятия хлеба на учёт в распоряжение государства по твёрдым ценам и может быть отчуждено лишь при посредстве государственных продовольственных органов».
То есть государственная монополия на весь хлеб, кроме собственного потребления и хозяйственных нужд, и государственная монополия на хлебную торговлю. Нормы собственного потребления и хозяйственных нужд устанавливались тем же законом, исходя из того, что: а) количество зерна для посева оставляется, исходя из посевной площади хозяйства и средней густоты высева по данными Центрального статистического комитета с возможной корректировкой по земской статистике. При использовании сеялки размер понижается на 20-40 % (в зависимости от типа сеялки); б) для продовольственных нужд — на иждивенцев по 1,25 пуда в месяц, для взрослых рабочих — 1,5 пуда. Кроме того, крупы — по 10 золотников на душу в день; в) для скота — для рабочих лошадей — 8 фунтов овса или ячменя или 10 фунтов кукурузы на каждый день. Для рогатого скота и свиней — не более 4 фунтов в день на голову. Для молодняка норма понижалась вдвое. Нормы прокорма могли уменьшаться на местах; г) дополнительно 10 % по каждому пункту (а, б, в) «на всякий случай».
29 апреля упорядочивается и нормы снабжения по карточной системе остального населения, прежде всего, городского. Предельной нормой в городах и посёлках городского типа устанавливается 30 фунтов муки и 3 фунта крупы в месяц. Для лиц, занятых тяжёлым трудом, устанавливалась надбавка в 50 %. В тот же день утверждается «институт эмиссаров с большими полномочиями» для проведения продовольственной политики на местах и установления более тесных связей с центром.
Закон от 25 марта и вышедшая 3 мая инструкция ужесточали ответственность за скрываемые хлебные запасы, подлежащие сдаче государству или отказ от сдачи видимых запасов. При обнаружении скрываемых запасов они подлежали отчуждению по половинной твёрдой цене, в случае отказа от добровольной сдачи видимых запасов они отчуждаются принудительно.
«Это неизбежная, горькая, печальная мера, — говорил Шингарёв, — взять в руки государства распределение хлебных запасов. Без этой меры обойтись нельзя». Конфисковав кабинетские и удельные земли, он отложил вопрос о судьбе помещичьих имений до Учредительного Собрания.
28 марта Временное правительство признало своей обязанностью приступить к установке твёрдых цен на предметы первой необходимости и к доставке их населению. Постановлением от 7 июля «О приступлении к организации снабжения населения тканями, обувью, керосином, мылом и другими продуктами и изделиями первой необходимости», поручавшее министру продовольствия заготовку и распределение указанных продуктов. 26 июня понижаются нормы снабжения в городах и посёлках городского типа — до 25 фунтов муки и 3 фунтов крупы, для лиц занятых на тяжёлых работах, не выше чем 37 фунтов; для сельской местности они остаются прежними.
В мае 1917 года Временное правительство организовало Министерство продовольствия, которое возглавил публицист А. В. Пешехонов, руководивший им с 5 мая до 25 сентября 1917. Он стремился осуществить хлебную монополию. Но попытки учёта излишков не имели видимых результатов в связи с отказом (иногда и с применением силы) населения от такого учёта.
Рост цен на рынке в 16-18 раз по сравнению с 1913 годом или в 5-6 раз по сравнению с предыдущим 1916 годом делал какие-либо добровольные действия производителей в отношении правительственной программы лишёнными всякой перспективы.
Планы снабжения срывались, ситуация с продовольствием становилась всё тяжелее, а ответные меры правительства — всё более суровыми.