Золоты́е воро́та () — памятник оборонного зодчества Киевской Руси времён княжения Ярослава Мудрого. В XI веке вместе с Софийскими, Лядскими и Львовскими воротами, валом и рвом они составляли единую оборонительную систему Киева. Помимо своей оборонной задачи, Золотые ворота были также местом для торжественных въездов и выездов, где приветствовали и провожали княжеские дружины, важных гостей и послов. Это было обусловлено тем, что ворота служили главным сухопутным входом в Киев с юго-западной стороны.
История
Строительство При Ярославе Мудром территория Киева активно разрасталась, что требовало создания новых оборонительных укреплений. Были возведены мощные валы с армированными деревянными клетями и вырыты глубокие рвы. Новый окольный город, называемый историками городом Ярослава, окружали земляные валы общей протяжённостью 3,5 километра, проходили они по нынешним улицам центра Киева — от Львовской площади (где находились Львовские ворота) вдоль улицы Ярославов вал до Золотых ворот, спускались до площади Независимости (где стояли Лядские ворота) и снова поднимались вверх к Михайловской площади.
Есть две версии названия ворот. Согласно одной из версий, свое название «золотые» они обрели благодаря куполам надвратной церкви в честь Благовещения Божией Матери, покрытым золотом. Согласно другой точке зрения, название было перенято от Золотых ворот Константинополя, выражая тем самым идею равенства Киева Царьграду.. Строительство ворот вместе с Софийским собором упоминается в летописи под 1037 годом. В «Повести временных лет» упоминается: «В год 6545 (1037) заложил Ярослав город великий, у того же града Золотые ворота; заложил и церковь святой Софии, митрополию, и затем церковь на Золотых воротах — святой Богородицы Благовещения».
С киевскими Золотыми воротами связана древняя польская легенда, упоминаемая в «Хронике» Анонима Галла (начало XII века), согласно которой щербина на коронационной регалии польских королей — мече Щербце — образовалась, когда король Болеслав Храбрый ударил по ним мечом, въезжая в Киев в 1018 году. Эта легенда, как обычно полагают, противоречит дате заложения Золотых ворот и оценке возраста самого меча. Тем не менее, Надежда Никитенко выдвинула и обосновала гипотезу о более раннем заложении Золотых ворот с надвратной церковью Благовещения и оборонным земляным валом, возникшими одновременно с Софийским собором как части единого градостроительного комплекса, начатого Владимиром Великим и завершенного Ярославом Мудрым в 1011—1022 годах. По её версии, 1018 год является первым достоверным упоминанием киевских Золотых ворот в древнем источнике.
В летописи под 1161 годом содержится упоминание Золотых ворот, связанных с военными действиями Изяслава Давыдовича, который боролся за киевский престол против Ростислава Мстиславича. Войско Изяслава Давыдовича и его союзников, переправившись через замерзший Днепр у Вышгорода, подошло к северо-западной окраине Киева. Там, в ходе ожесточенной битвы, им удалось оттеснить рать Владимира Андреевича, князя дорогобужского и двоюродного брата Ростислава. Половцы, выступавшие на стороне Изяслава, проделали брешь в деревянной стене, которая шла от горы до Днепра. Это событие вызвало смятение среди защитников города, и, как гласит летопись, «побегоша берендиче к Оугорьскому, а друзии к Золотым воротом».
Разрушение Осенью 1240 года монголо-татарская армия под предводительством хана Батыя подошла к городу и начала осаду. Оборону возглавил Воевода Дмитр, однако силы были неравны. Вместо того чтобы штурмовать неприступные Золотые ворота, монголы выбрали для основного натиска более слабое место у Лядских ворот, где местность спускалась к Крещатицкой долине. В итоге Киев был захвачен и разграблен, его жители были убиты, а выжившие проданы в рабство. Монголо-татарское нашествие привело к тому, что сильно пострадавшие Золотые ворота в Киеве надолго исчезли из поля зрения летописцев. Только в конце XV столетия они вновь стали объектом внимания, появляясь в официальных документах и записях путешественников.
Согласно грамоте великого князя литовского Александра от 1499 года, регулирующей налоги и обязанности киевских мещан, киевский воевода Юрий Пац доложил о практике купцов, которые ломали свои повозки с товаром, чтобы уменьшить пошлины. В случае поломки телеги с товаром в черте города (между Золотыми воротами и Почайной), ответственность возлагалась на воеводу. Князь Александр утвердил, что это правило будет действовать по-прежнему. Согласно описи Киева и Киевского замка, составленной люстраторами в 1545 году, жители города были обязаны нести сторожевую службу у Золотых ворот, обеспечивая защиту от нападений с поля. Из сообщения следует, что в середине XVI века Золотые ворота оставались действующими, как и прежде. У ворот несла службу охрана, на которую киевляне ежегодно выделяли средства воеводе.
В 1594 году Эрих Ляссота, выполняя поручение германского императора Рудольфа II Габсбурга, посетил запорожских казаков и оставил в своем дневнике подробные описания Киева и его древностей. Он описывал остатки Золотых ворот следующим образом: «Здесь можно увидеть руины великолепных ворот, по-прежнему выполняющих свою роль. Некоторые называют их Золотыми, в то время как другие настаивают, что это были Железные ворота. Учитывая оставшиеся фрагменты, можно сказать, что это было впечатляющее и эстетически привлекательное сооружение».
В 1649 году через Золотые ворота въезжало в Киев литовское войско Януша Радзивилла, подвергнувшее город разорению. В войске Радзивилла состоял голландский живописец Абрахам ван Вестерфельд, запечатлевший на трёх рисунках полуразрушенные Золотые ворота. Первое изображение иллюстрирует Радзивилла у Золотых ворот. На втором рисунке Золотые ворота показаны с дальнего ракурса, и на заднем плане различимы Софийский собор и Михайловский Златоверхий монастырь. Третий рисунок изображает Радзивилла у Софийского собора. В левой части композиции, на дальнем плане, видны Золотые ворота, из которых выходят польские войска, направляющиеся к площади перед Софийским собором. К моменту создания рисунков Золотые ворота уже находились в полуразрушенном состоянии, но все ещё сохраняли фрагменты арок, сводов и остатки надвратного храма.
В ходе национально-освободительной войны 1648 года Золотые ворота в Киеве дважды становились местом значительных триумфальных встреч. В 1648 году киевляне устроили торжественную встречу для гетмана Богдана Хмельницкого, который возвращался с войском после победы у Желтых Вод. 16 января 1654 года здесь жители Киева и духовенство приветствовали посольство русского царя Алексея Михайловича под руководством боярина Василия Бутурлина. Документальные источники XVI—XVII веков свидетельствуют о том, что, несмотря на свою ветхость, Золотые ворота продолжали служить основным южным въездом в город.
Работы по сохранению
В 1743 году киевский генерал-губернатор, Военная коллегия и артиллерийская канцелярия получили распоряжение Сената. В нем предписывалось не разрушать существующие церковные стены в Киеве, а вместо этого срочно отремонтировать и укрепить «волганги» (вероятно, оборонительные сооружения) и Золотые ворота, заложив каменный фундамент. Сенат подчеркнул, что эти древние стены, которым более пятисот лет, никогда не разрушались предыдущими инженерами.
Через семь лет Золотые ворота вновь потребовали ремонта. Для оценки их состояния и определения необходимых мер был привлечен инженер-подполковник Даниил Дебоскет. 20 мая 1750 года он доложил генерал-губернатору о критическом состоянии ворот: деревянные конструкции, заменявшие земляной вал, сильно прогнили и стали непригодны для использования. Пешеходы передвигались по ним с опаской, а проезд артиллерии был невозможен. В связи с этим, из-за ветхости, было предложено построить новые ворота. Кроме того, старые и ветхие стены и своды бывшей каменной церкви представляли серьёзную опасность для проходящих. Дебоскет рекомендовал немедленно разобрать эти каменные конструкции, имеющие трещины, чтобы предотвратить возможные несчастные случаи.
Доклад Дебоскета инициировал переписку между генерал-губернатором, военной коллегией и артиллерийской канцелярией. Генерал-губернатор требовал отремонтировать Золотые ворота так, чтобы это было экономически выгодно для казны и при этом сохранился исторический облик старинных церковных стен и сводов. В итоге военная коллегия делегировала Дебоскету полномочия самостоятельно принять решение по данному вопросу. 19 июля 1750 года Дебоскет подал проект, в котором доказывал, что нужно построить новые ворота рядом со старыми. Сенат принял положительное решение по проекту 2 октября 1750 года. Впоследствии, в 1755 году, старые Золотые ворота были засыпаны, а рядом были построены новые, просуществовавшие до 1799 года. Через 11 лет после засыпки Золотых ворот, в ходе работ по приведению вала Старокиевской крепости в соответствие с фортификационными стандартами того периода, существенная и исторически значимая часть сооружения, а именно остатки надвратного храма и арки, была разрушена.
В 1832 году, в связи с планами по расширению и благоустройству Киева, возникла необходимость убрать вал «города Ярослава» и открыть Золотые ворота. Археолог-любитель Кондрат Лохвицкий, собрав необходимые средства, в 1832—1833 годах провел раскопки, в результате которых были обнаружены остатки Золотых ворот. В честь вновь открывшихся Золотых ворот 25 июня 1834 года были устроены пышные торжества. После того, как Золотые ворота были официально открыты, Лохвицкий обратился в Комитет по раскрытию и сохранению киевских древностей с предложением срочно покрыть их известью и дерном, на котором он хотел высадить цветы. Эти работы были выполнены лишь в 1836—1837 годах. Вслед за этим, по инициативе Комитета, были предприняты и другие действия, призванные сохранить руины. Инженер Франц Мехович осуществил укрепление стен ворот, установив железные затяжки с кольцом, и возвел контрфорсы у восточной стены, с, а по рисункам Викентия Беретти была отлита чугунная ограда.
После Октябрьской революции и создания Всеукраинской академии наук был организован археологический комитет, который направил средства на изучение Золотых ворот. Раскопки, начавшиеся в сентябре 1927 года под руководством Василия Ляскоронского, столкнулись с финансовыми ограничениями. Поэтому основной целью исследования стало определение состояния наполовину сохранившихся фундаментов западной стены. К югу от западной стены обнаружен котлован размером примерно 40 м² и глубиной до 5 м. В процессе раскопок установлено, что здесь располагался фундамент южной части западной стены. Сохранился фрагмент, примыкающий к стене, а дальше на юг видны лишь отдельные камни. Фундамент был построен из бутового камня на цемянковом растворе. С востока к нему примыкало деревянное сооружение, состоящее из вкопанных столбов и толстых досок.
В 1948 году исследование Золотых ворот было продолжено. В рамках этого этапа Владимир Богусевич, представляющий Институт археологии АН УССР, совместно с архитектором Виктором Коржом, выполнили по заданию Академии архитектуры УССР комплекс работ: обмерили руины, установили глубину залегания фундаментов и уточнили уровень древнего проезда. Благодаря стратиграфическому анализу слоев почвы, удалось определить, что древняя дорога XI века располагалась на глубине 1,35 метра ниже нынешнего уровня земли. Археологические исследования Золотых ворот выявили ограниченное количество граффити XI—XII веков. На стенах сохранились лишь фрагменты надписей и одно поврежденное изображение. Этот рисунок, нанесенный острым предметом на штукатурку западной стены, представляет собой сцену охоты на вепря. В непосредственной близости от настенных росписей сохранилась недописанная фраза: «Господи, помози рабу своему…». Ещё одна надпись, состоящая из одного слова — имени «Трохмъ» (Трофим), была найдена на восточной стене ворот внутри проезда.
Научные реконструкции