Ники́та Ива́нович Одо́евский (около 1600 — , Москва) — князь, ближний боярин, наместник и воевода из рода Одоевских.
Один из крупнейших землевладельцев Русского царства. Возглавлял комиссию по подготовке Соборного уложения, вёл суд над патриархом Никоном, курировал уничтожение местничества. При царе Фёдоре Алексеевиче руководил внешней политикой государства. Н. П. Загоскин характеризовал его как «Сперанского XVII века».
В подмосковных сёлах князя Одоевского (Никольское-Урюпино, Архангельское и др.) трудился талантливый крепостной зодчий Павел Потехин.
Сын боярина князя Ивана Никитича Большого.
Биография Рано лишившись отца, он с раннего возраста был уже на службе: во время осады Москвы войсками королевича Владислава, был в свите царя в звании стольника и, хотя по своей молодости ещё не был записан в действующее войско, принимал участие в стычках с поляками, за что и было ему пожаловано его поместье в вотчину в 1618 году. Стольник «смотрел в столы» во время торжественных царских обедов, ездил в качестве рынды с царём по окрестным монастырям, участвовал в чине обеих свадеб царя Михаила Фёдоровича в числе поезжан 19 сентября 1624 года и 5 февраля 1626 года.
С началом войны с Польшей назначен воеводой в Ржев и получил приказание «збираться с ратными людьми» из всех соседних уездов, раздать им жалованье, и идти под Смоленск и «над польскими и литовскими людьми государевым делом промышляти, сколько милосердный Бог помочи подаст», при этом местничал с князем Черкасским, дело проиграл и отсидел в тюрьме в октябре 1633 года. Ратные люди собирались очень туго, время проходило, положение дел под Смоленском делалось всё хуже, и вскоре Одоевский получил новое приказание — идти в сход к боярину князю Димитрию Мамстрюковичу Черкасскому, отправленному на помощь под Смоленск к боярину Шеину. Под Смоленск попасть не удалось, так как Черкасский дальше Можайска не пошёл, война закончилась и войско было распущено. Одоевский отозван в Москву, где продолжал свою придворную службу. В 1635 году пожалован в большие стольники, с окладом 150 рублей, суммы очень большой по тому времени.
12 января 1640 года в день именин царевны Татьяны Михайловны пожалован из стольников в бояре, с денежным окладом 500 рублей и отправлен первым воеводой в Астрахань (1640—1642), заботясь о благоустройстве города заслужил своей деятельностью расположение царя. В 1643 году отозван в Москву, где 6 декабря получил награду за своё управление: ему пожалована атласная соболья шуба ценой в 200 рублей, придача к окладу и кубок весом в 3 фунта. Занял пост первого судьи в Казанском и Сибирском приказах (1643—1644). В 1644 году при приезде датского королевича Вальдемара и начале переговоров о браке его с царевной Ириной Михайловной, вместе с князем Ю. А. Сицким, назначен к «ответу» с датскими послами относительно подробностей свадебного договора и дальнейшей жизни королевича в России. Переговоры были безрезультатны, так как королевич отказался принять православие, что было необходимо для брака с русской царевной.
После смерти царя Михаила Фёдоровича на престол вступил Алексей Михайлович. Одоевский занял видное положение в составе нового правительства. Он находился, по-видимому, в близких отношениях с Морозовым, был женат на дочери царского родственника Фёдора Ивановича Шереметева, был близок с самим царём, с которым состоял даже в переписке, считаясь одним из виднейших вельмож этого времени. Получил приказание привести к присяге новому царю всю Боярскую думу, весь царский двор и всех жителей Москвы, а в день венчания царя на царство пожалован в ближние бояре. В феврале 1646 года первый воевода Большого полка в Белгороде. Воевода в Ливнах — определено руководить защитой южных границ Московского государства от возможного нападения крымцев (1646—1647). Его деятельность выразилась в укреплении южных границ Московского государства, для чего он насыпал земляные валы, выкапывал рвы, устраивал засеки.
По прибытии в Москву занял своё прежнее положение при царском дворе. В январь 1648 году присутствовал на свадьбы царя с Милославской в чине первой дружки. Соляной бунт показал, что Одоевский за свою близость к Морозову не пользовался любовью народа, но это не помешало сохранить ему доброе расположение царя и после удаления Морозова.
По указу царя 16 июня 1648 года назначалась комиссия для составления проекта Соборное уложения в составе трёх представителей боярской думы и двух дьяков. Во главе комиссии поставлен Одоевский, а с ним приказано было заседать боярину князю С. В. Прозоровскому и окольничему князю Ф. Ф. Волконскому. Исследования профессоров Загоскина и Сергеевича показали, что в составлении уложения принимали немалое участие и члены этого собора. Очень многие статьи уложения написаны в ответ на челобитья выборных или даже их избирателей. 29 января 1649 года закончились работы, и было начато печатание уложения. По сравнению с прежними законодательными русскими памятниками, новый свод законов представляет значительный шаг вперёд. Таким образом, Одоевский со своими помощниками очень удачно справился со своей задачей и уложение, изданное под его руководством, осталось единственным актом гражданского законодательства и в послепетровскую эпоху.
По окончании работ над уложением присутствовал при дворе, часто приглашаем к торжественным царским обедам, участвовал в разных придворных церемониях и в то же время поддерживал самые лучшие отношения с царём. Во время частых поездок царя по монастырям и окрестным подмосковным селам управление в Москве поручалось Одоевскому. Польский посланник Альбрехт Пражмовский прибыл в Москву в конце 1650 года с тайной целью поссорить московское правительство с малороссийским гетманом Богданом Хмельницким, просившим у Москвы помощи и заступничества против поляков. Одоевскому, назначенному для переговоров с ним, удалось раскрыть эту тайную цель и когда поляки, с целью запугать московское правительство и настроить его против Хмельницкого, объявили, что Хмельницкий соединился с крымским ханом, чтобы идти на Москву, князь Никита Иванович отвечал, что «гетман Богдан Хмельницкий со всем войском запорожским учинился у королевского величества в подданстве и королевскому величеству, слыша от казаков такое злое умышление, можно их от самовольства унять». Относительно же крымцев, нашествием которых угрожали поляки, Одоевский говорил: «крымские рати царскому величеству не страшны, а на украйне против них у царского величества люди готовы».
Первый воевода в Казани (1651—1653). В мае 1654 года воевода Передового полка в Вязьме. В 1654 году отправился в польский поход, вместе с царём и князем Яковом Куденетовичем Черкасским участвовал во взятии Орши, Дубровны, Копыся и Шклова. Сопровождал царя в поход под Смоленск весной 1655 года и возвратился осенью вместе с царём в Москву, где в награду за свою службу получил почётное звание астраханского наместника. Вёл переговоры с приехавшими в Москву для подтверждения Столбовского мира шведскими послами и под предлогом, что шведские послы неправильно пишут царский титул, отказался от подтверждения этого невыгодного для России договора 23 декабря 1655 года и 13 января 1656 года.
Отправлен с царём в Литву в мае 1656 года и оттуда 13 июля 1656 года отправлен из Полоцка в Вильну, для переговоров о мире с польскими комиссарами. Положение Польши в это время было в высшей степени тяжёлое: король Ян Казимир едва держался, и царю Алексею Михайловичу представлялся очень удобный случай — занять польский престол и объединить под своей властью Польшу и Россию. В этом направлении был дан наказ и Одоевскому. В Вильно же прибыли в качестве посредников при переговорах и австрийские послы, приехали выборные из польских и белорусских городов и шляхты свидетельствовать, что в русском подданстве их не притесняют, и этим склонять поляков к избранию Алексея Михайловича.
Одоевский начал говорить об избрании не сразу, сперва он предъявил очень тяжелые требования для заключения мира: он потребовал уступки всей Литвы и уплаты до миллиона военных издержек. Разумеется, польские комиссары на это согласиться не могли и, в свою очередь, требовали уступки всего завоёванного царём и уплаты военных издержек. Начались споры, и только тогда на одном из съездов Одоевский предложил полякам по смерти Яна Казимира избрать на польский престол Алексея Михайловича. Поляки отнеслись к этому предложению сочувственно, но зато теперь австрийцы начали открыто протестовать против такого поворота в переговорах, не желая, чтобы возросло могущество московского царя. Несмотря на эти протесты, переговоры продолжались, но теперь уже сам царь решил пока не добиваться польского престола, но, прекратив хотя на время войну с Польшей, двинуться общими силами на шведов. Задача Одоевского значительно упростилась и после нескольких съездов ему удалось в октябре 1656 года прийти к временному соглашению, по которому дело об избрании царя было решено отложить до сейма, куда должны были явиться и московские послы. Обе стороны обязались задержать войска и прекратить военные действия до новых съездов, а со шведами же как поляки, так и русские не имели права заключать мир без обоюдного согласия.
В мае 1658 года снова отправлен на съезд с польскими послами в Вильно. Выехав из Москвы, прибыл в Литовскую Русь и собирался отправиться дальше, но был задержан в Минске и Гродне, где пришлось разбирать жалобы местного населения на русские войска. Жители жаловались, что ратные люди чинят им насилия и грабежи, воеводы своевольничают и производят насилия не менее солдат. Одоевский, как мог, разобрал все эти жалобы, смирил воевод, ввёл некоторый порядок и затем уже отправился в Вильно, послав раньше к гетману литовскому Павлу Сапеге дворянина Данилу Астафьева узнать о настроении литовской знати и поручив ему попытаться отдалить их от короля и Польши и привлечь на сторону Москвы. Астафьев, доносил, что в Литве довольно враждебно настроены к России, что литовцы, хотя и не довольны королём, но крепко держатся единения с Польшей, и Одоевский ехал на съезд, уже осознавая, что этот съезд не принесёт результатов. Приехав в Вильно, комиссаров там ещё не было; он ждал их до 6 августа и принуждён был выехать, не добившись переговоров. В день выезда явились гонцы с известием, что польские комиссары едут. Одоевский отказался возвратиться, и комиссары принуждены были уехать из Вильно. Выехав со свитой из Минска, Одоевский получил царский указ — вернуться обратно в Вильно и попытаться снова устроить съезд. Между тем отовсюду приходили известия, что литовский гетман подступает под царские города, а литовские люди, вопреки договору 1656 года, открыто начинают войну с Москвой.
Одоевский решил выяснить все это на съездах, которые начались 16 сентября. Большая часть их проходила во взаимных упрёках: царские послы упрекали поляков в нарушении договора, а те упрекали русских в том, что русские хотят мириться со Швецией без ведома Польши, что противоречит с договором. Поляки не хотели и слышать об уступке Литвы, без чего Одоевский не имел права заключать мира. К этим разногласиям присоединилось и то, что поляки начали открыто нападать и брать в плен русских ратных людей и даже целые отряды. Всё это привело к тому, что Одоевский принужден был 9 октября прервать переговоры и дать знать стоявшему в боевой готовности князю Ю. А. Долгорукову, чтобы он начинал военные действия. Послы выехали из Вильно 10 октября.