Судопроизводственная реформа Александра II — комплексная реформа судоустройства и судопроизводства, разработанная в 1861—1863 годах, утверждённая в 1864 году и проведённая в 1866—1899 годах.

Реформа предусматривала полное изменение судоустройства, с созданием двух ветвей судов — мировых и общих судебных установлений, каждая из которых имела по две инстанции (мировые судьи и мировые съезды; окружные суды и судебные палаты), и Кассационных департаментов Сената как общей третьей инстанции. Реформа существенно изменила принципы и процедуры судопроизводства: суд стал гласным, открытым и устным, с состязательным процессом, при котором стороны получили равные права на предоставление и опровержение доказательств; в уголовный процесс было введено судебное следствие, на котором проверялись данные предварительного следствия. Был создан институт присяжных, созывавшихся для суда над обвиняемыми в тяжких уголовных преступлениях. Рассмотрение дела в судах было ограничено двумя инстанциями (первой и апелляционной), для суда присяжных — одной инстанцией, и для всех дел — одной кассационной инстанцией. Судебная власть была полностью отделена от административной; судебное следствие было отделено от полицейского и стало процессуально независимым. Судьи общих судов стали несменяемыми, а мировые судьи — выборными на срок. Кроме непосредственно суда были реформированы судебное следствие, прокуратура, нотариат, создано сословие присяжных поверенных (адвокатура). Реформа сопровождалась заменой персонала судебных учреждений, приведшей к существенному повышению квалификации судебных чинов и искоренению коррупции. Основополагающими документами реформы были Судебные уставы 1864 года (Учреждение судебных мест, Устав уголовного судопроизводства, Устав гражданского судопроизводства, Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями).

Дореформенные судебные учреждения

Дореформенное судоустройство Существовавшая к началу царствования Александра II в России судебная система в основных чертах была определена «Учреждением о губерниях» 1775 года. Судебная система состояла из трех уровней: уездного, губернского, и общегосударственного. Система отражала общие черты законодательства эпохи Екатерины II — широкую выборность, коллегиальность, сочетание раздельных сословных учреждений на нижнем уровне, смешанных коллегий с представительством разных сословий на среднем уровне и правительственных учреждений на верхнем.

На уездном уровне мелкие судебные дела государственных крестьян разбирались выборными сельскими расправами, имевшимися в каждом сельском обществе, и волостными расправами. Дела купцов и мещан разбирались не отдельными судами, а соответствующими органами сословного самоуправления — магистратами и ратушами, состоявшими из выборных бургомистров и ратманов. Уголовные дела средней тяжести (с исправительными наказаниями, то есть наказаниями ниже каторги и ссылки в Сибирь), гражданские тяжбы ниже 600 рублей, а также все дела лиц, не принадлежавших к числу государственных крестьян, мещан и купцов, разбирали выборные уездные суды, состоявшие из председателя, двух членов от дворянства и двух членов от сельского сословия. Вместе с уездными судами в столицах действовали надворные суды с судьями по назначению от правительства, разбиравшие иски разночинцев и иногородних. При магистратах состояли выборные торговые словесные суды, решавшие мелкие коммерческие споры.

В губерниях действовали Гражданские и Уголовные палаты, смешанные судебные учреждения, состоявшие каждая из выборного от дворянства председателя, назначенного от правительства товарища председателя и четырех выборных членов (двух от дворянства и двух от городского общества губернского города); в некоторых палатах были и добавочные асессоры от правительства. Палаты были как судами второй инстанции, стоящими над уездным уровнем судопроизводства, так и судами первой инстанции для крупных гражданских исков, тяжелых преступлений и различных особых групп сторон в гражданских спорах и обвиняемых. Семейные дела и дела о преступлениях, совершенных несовершеннолетними, разбирали совестные суды. В крупных торговых городах действовали выборные от купечества коммерческие суды, разбиравшие тяжбы по торговым оборотам.

Правительствующий Сенат, учреждение с пожизненно назначаемыми правительством сенаторами, представлял собой верхний, общегосударственный уровень судебной системы. Гражданские и уголовные дела рассматривались различными департаментами; четыре департамента располагались в Санкт-Петербурге, два в Москве и два в Варшаве. Департаменты были преимущественно судами второй и третьей инстанции, рассматривая основную массу дел в ревизионном (то есть без жалоб сторон) порядке, однако же для крупнейших дел они могли быть даже первой инстанцией. Решение дела в департаменте Сената требовало консенсуса. При разногласии сенаторов дело передавалось в одно из Общих собраний Сената, при отсутствии в нем большинства в две трети — на консультацию в Министерство Юстиции и обратно в Общее собрание, при повторном отсутствии решения — в один из Департаментов Государственного Совета, при разногласии в Департаменте — в Общее собрание Государственного Совета, мнение которого, с свою очередь, представлялось на утверждение императору.

Судебная власть принадлежала не только судам, но и, для определенных категорий судебных дел, административным учреждениям. Дела о мелких проступках разрешала непосредственно полиция (полицейское учреждение уездного уровня даже именовалось Земским судом); межевые споры разрешались обособленными судебными учреждениями; некоторые категории дел разрешались губернскими правлениями.

Недостатки дореформенной судебной системы

Крупным недостатком судебной процедуры была её продолжительность и многоступенчатость. Судебные процессы могли затягиваться до бесконечности: дело проходило через множество стоящих друг над другом инстанций, любая из которых любое число раз могла отменить решение нижестоящего суда и вернуть дело для повторного рассмотрения. Часть дел подлежала ревизии в вышестоящем суде в обязательном порядке, часть дел подавалась на пересмотр по требованию губернаторов и прокуроров; единая кассационная инстанция, решения которой не подлежат отмене ни в каком случае, отсутствовала (точнее, ей являлся только император). Судебная власть не была четко отделена от административной; хотя губернаторы не обладали непосредственно судебными правами (за исключением небольшой категории дел), они могли отменять решения всех губернских и уездных судебных инстанций. Право подсудимых подавать частные жалобы на судебные решения было, при этом, весьма ограниченным. Рассмотрение дел на уровне Сената и Государственного Совета могло проходить через шесть последовательных инстанций, что занимало долгие годы. Гражданские процессы затягивались из-за имеющейся у сторон возможности многократно вводить в дело новые доказательства. Сенатор и тайный советник К. Н. Лебедев писал в 1847 году: «человек, узнавший российское правосудие, может заболеть и помешаться, так оно отвратительно дурно»Лебедев К. Н. Записки // Русский архив. — 1910. — № 10. — С. 241. цит. по: В. Г. Ярославцев «Нравственное правосудие и судейское правотворчество» //Москва//2007//ISBN 5-7205-0790-6. Считается, что непосредственным поводом к реформам послужило поступление на утверждение Александра II нескольких крупных дел, рассмотрение которых в судах разных уровней заняло более 20 лет.

Не отличалась судебная процедура и однообразием. Для запутанной правовой системы было характерным наслоение многочисленных исключений из общей процедуры для различных видов дел, сословий, групп сторон и обвиняемых. Исключения касались не только непосредственно подсудности, но и судебной процедуры, и характера уголовных наказаний. Раздельные судебные процедуры предусматривались для лиц на государственной службе, дворян, лиц неподатных сословий, лиц податных сословий. Для судебного процесса закон предполагал 4 основных процедуры прохождения дела через суды и 16 особенных, том I, стр. 287..

Закон чрезвычайно ограничивал свободу действий судей, требуя формального отношения к статусу представляемых доказательств, вместо стремления к установлению истины или сравнения позиций сторон. Большое место в судопроизводстве занимали письменные действия, в то время как устное рассмотрение дела играло ограниченную роль, а устное и состязательное — было почти что невозможным. В большинстве случаев судьи вообще не видели подсудимых, а решали дело по документам, составленным судебной канцелярией. Поскольку закон признавал совершенными доказательствами только синхронные показания двух свидетелей, уголовный суд часто не подвергал наказанию таких подсудимых, вина которых была для судей очевидной, приговаривая их к оставлению в подозренииИз обвинительных приговоров старых судов только 12 % были приговорами к наказаниям, а остальные представляли собой оставление в подозрении (, стр.7)..

Личный состав судебных учреждений также вызывал нарекания. Непрофессиональные выборные судьи были зависимы от губернского начальства, привыкшего считать их своими подчиненными. Выборные члены судов не имели элементарных юридических познаний, а члены от сельского сословия часто были и просто неграмотными. Это ставило их в полную зависимость от судебных чиновников, которые не только готовили дело к рассмотрению, но и традиционно представляли судьям готовые проекты решений. Считалось, что в суде правят не судьи, а секретари, сословные же заседатели подписывают решения, не читая их. Жалованье у судей, по сравнению с чиновниками равного ранга на административных должностях, было невысоким, а у судейских чиновников — просто ничтожным (канцеляристы получали от 35 до 90 рублей в год), стр.9.. Как и следовало ожидать, это приводило к широкому распространению в судебной среде коррупции. Как писал в своём «Учебнике гражданского процесса» Е. В. Васьковский:

Так как служебное и материальное положение выборных судей не представляло ничего заманчивого, то, само собой разумеется, не могло и привлекать на эти должности сколько-нибудь выдающихся людей. Дворянство тоже не дорожило своим правом участвовать в пополнении судебной магистратуры и руководствовалось при выборах не достоинством кандидатов, а партийными и иными посторонними соображениями. При столь неудовлетворительном составе судов, при неподготовленности их к отправлению правосудия и, вдобавок, при том значении, какое было придано законом судебной канцелярии, обязанной заботиться о разъяснении обстоятельств дел и составлять докладные записки, центр тяжести по производству дел переместился, естественным образом, с судей на канцелярию. «Все зиждилось на секретаре, он и был вершителем дела, он писал журналы, а прочие члены если и являлись в суд, то только для подписи оных»Васьковский Е. В. Учебник гражданского процесса / 2-е изд., перераб. — М.: Издание Братьев Башмаковых, 1917. — С. 45. ..

Рассмотрение дел в судах было негласным и, по преимуществу, письменным. Состязательное судоговорение отсутствовало. Судебные решения подготавливались на основании изложения дел судебными канцеляриями, которые, в свою очередь, составляли их по материалам различных процессуальных действий (допросов, объяснений сторон, представления документов, экспертиз, актов и т. п.), производимым раздельно и не составлявшим единый судебный процесс. Основная часть следственных действий по уголовным делам производилась полицией (имевшей наихудшую репутацию) и в судебном процессе не проверялась. Право сторон и подсудимых на защиту, прежде всего на ознакомление и оспаривание выдвигаемых против них доказательств, было ограниченным. Адвокатура, как сословие с определенными квалификационными и этическим требованиями к его членам, отсутствовала.

Критика старого суда и требования реформы