Лян Шумин (, 18 октября 1893, Пекин — 23 июня 1988, там же) — китайский философ, представитель современного конфуцианства.
Жизнь Лян Шумин (Лян Хуаньдин ) родился в семье чиновника в Пекине. Отец, Лян Цзюйчуань (1858—1918), был сторонником реформ у-сюй. Предки семьи в XIII веке пришли в Китай с монгольскими завоевателями, и взамен монгольского родового имени Есунтумур приняли китайскую фамилию Лян.
Лян Шумин по окончании школы примкнул к революционерам, в 1911 г. вступив в союз Тунмэнхой, которым руководил Сунь Ятсен. В 1912 г. стал редактором и корреспондентом газеты «Минь го бао». В 1913 г. он оставил Гоминьдан, в который был преобразован союз Тунмэнхуэй, обратился к изучению буддизма, принялся готовить себя к уходу из мира, стал вегетарианцем и дал обет не жениться.
Став последователем буддизма, Лян Шумин напечатал в журнале «Дунфан цзачжи» (1916) статью о буддизме махаяны — «Доискавшись до истоков, разрешаю сомнения». Цай Юаньпэй (1868—1940), в то время — ректор Пекинского университета, прочёл её и в 1917 пригласил автора читать курс истории индийской философии. В Пекинском университете Лян Шумин познакомился с основателями КПК Чэнь Дусю (1879—1942) и Ли Дачжао (1889—1927).
В 1918 г. отец Лян Шумина утопился, отчаявшись увидеть возрождение Китая, и вскоре после этого Лян Шумин обратился к конфуцианству и женился (1921). Но убеждение в верности буддийской картины мира никогда не оставляло его. В 1921 же году в издательстве «Шанъу иньшугуань» вышла книга «Культуры Востока и Запада и их философии». В 1923 г. Лян Шумин начал читать курс по истории конфуцианской мысли, а в 1924 г. уже ушёл из Пекинского университета. С 1924 по 1927 год занимался преподавательской деятельностью в пров. Гуандун и Шаньдун.
С конца 1920-х посвятил себя аграрному строительству 乡村建设. В 1931 г. смог опробовать свои теории, занявшись административной деятельностью в шаньдунском уезде Цзоупин 邹平县 (был отдан под управление Шаньдунскому институту аграрного строительства по указу генерала Хань Фуцзюя 韓復榘). В 1935 г. потерял жену, Хуан Цзинсянь, которая прожила с ним 14 лет и родила двух сыновей — Лян Пэйкуаня и Лян Пэйшу. Цзоупинскому эксперименту положило конец вторжение японцев в Шаньдун (осень 1937 г.).
В 1941 г. Лян Шумин стал старшим секретарём Демократической лиги Китая. Как секретарь Лиги, выступавшей за укрепление единого фронта, дважды (в 1938 и 1946 гг.) посетил Яньань, где неоднократно беседовал с Мао Цзэдуном.
В 1941 г. жил в Гонконге, где под его руководством печаталась газета Демократической лиги «Гуанмин бао». С 1942 по ноябрь 1944 жил в Гуйлине, где женился вторично. В 1947 г. вышел из Демократической Лиги.
После образования КНР стал членом Всекитайского комитета Народного политического консультативного совета Китая (ВК НПКСК). В 1953 г., после посещения Шаньдуна, Лян Шумин попытался публично заступиться перед Мао Цзэдуном за китайскую деревню, указав, что крестьянам живётся гораздо хуже, чем рабочим. В результате, хотя Лян Шумина и оставили в составе НПКСК, против него начали «критическую кампанию», завершившуюся в 1956 г. выходом двухтомника «Критика идеологии Лян Шумина». С 1953 г. перестали печатать работы Лян Шумина.
Неоднократно подвергался унижениям и лишился большей части библиотеки во время «культурной революции». В конце 1973 г. Лян Шумина попросили высказаться на тему кампании против Линь Бяо и Конфуция. Пытаясь дать анализ конфуцианства с точки зрения марксизма и оправдать основные положения конфуцианской этики, Лян Шумин снова оказался «объектом критики».
В 1975 закончил последнюю книгу — «Сознание и жизнь». Последние его годы прошли спокойно. Книги снова стали издавать, он был включён в постоянный комитет НКПСК. В 1987 Академия китайской культуры провела международную конференцию, посвященную его философии. Лян Шумин похоронен в уезде Цзоупин, где активно работал в 30-е годы.
Философия Лян Шумин — один из наиболее известных китайских философов XX века, создатель новой для истории китайской мысли концепции исторического развития отдельных культур и их типологии. Он впервые рассмотрел китайскую культуру во взаимодействии с культурой всего человечества. Его типология культур представляет собой результат взаимодействия традиционной китайской мысли с западноевропейской философией.
Можно выделить три произведения Лян Шумина, где наиболее полно изложены постулаты его типологии культур — «Культуры Востока и Запада и их философии» (1921), «Основы китайской культуры» (1949) и «Сознание и жизнь» (1984 — во всех трёх случаях указаны даты публикации, а не написания).
В философии Лян Шумина история рассматривается как последовательная смена преобладания трёх культур с разными доминантами. Формирование этих доминант обусловлено выбранным в данной традиции основным объектом человеческого познания (для Запада, в частности, это закономерности «вещей и событий», для Китая — закономерности «эмоций»). По мнению Лян Шумина, для западноевропейской культуры наиболее важным было интеллектуальное постижение закономерностей материального мира и покорение природы, китайская культура опиралась в своём развитии на разум (в терминах европейской философии это понятие ближе, скорее, к нравственной интуиции или практическому разуму). Главным стремлением в рамках индийской культуры был поиск неподвижной изначальной основы бытия.
Почти всю свою жизнь Лян Шумин был ревностным апологетом конфуцианства (в XX столетии оно действительно нуждалось в защите, начиная со времён «Движения за новую культуру»). Это вполне сочеталось с его патриотическими устремлениями. Самостоятельную ценность китайской культуры и её особую историческую миссию, по Лян Шумину, следует искать через сопоставление культур Китая и стран Западной Европы.
Его историософия построена на основе трёхчленной прогрессистской модели истории. Первый период истории — период господства западной культуры, решающей вопросы преодоления внешней среды и способной только к механическому регулированию жизни общества. Именно она породила науку и демократию. Следующий период истории, по Лян Шумину, должен был начаться/начался в XX веке. К этому времени западная культура, как он полагал, исчерпала себя, и перед человечеством встал следующий вопрос, о том, как добиться преодоления внутреннего личностного и социального хаоса, а также согласованного взаимодействия общества и природы. В связи с этим он предсказывал наступление длительного периода природной и социальной гармонии, соотнесённого с распространением влияния китайской культуры. Последним периодом истории, по Лян Шумину, будет время господство индийской культуры, обращённой к постижению основ жизни. Исторический процесс должен завершиться уходом человечества в нирвану (здесь Лян Шумин повторяет Чжан Тайяня).
«Жизнь» (шэнмин, шэнхо) была базовым понятием культурологической концепции Лян Шумина на всем протяжении её эволюции. С самого начала для него и в философии, и в реальности была важной позиция человека по отношению к жизни. Человеческая жизнь в его философии, кроме того, — важная онтологическая категория.
На взгляды Лян Шумина повлияла философия школы вэйши, на основе которой он строил свою теорию познания. В соответствии с этим учением внешний мир и само «я» являлись вторичным порождением сознания, с чем Лян Шумин был согласен. Первоначально он пользовался заметной частью терминологического аппарата вэйши, но впоследствии выработал ряд замещающих понятий. В основе мироздания, согласно концепции, изложенной в «Культурах Востока и Запада и их философиях», лежит воля. Воля представляет собой некоторую силу — субъективное сознание, находящееся в непрерывном движении. Её инструменты — это семь чувственных сознаний. Если продолжать употребление терминов вэйши, сама воля оказывается близка к восьмому сознанию — алаявиджняне. Воля в своём движении стремится к удовлетворению, которое возможно далеко не всегда. Воля как субъект имеет две стороны: это «сложившееся я» (дух, сознание) и «нынешнее я». Для стремящегося вперед «нынешнего я» «сложившееся я», оно же — доступный нашим чувствам материальный мир, предстает как препятствие, которое необходимо преодолеть. Борьба ведется не только с материальным миром (тогда победа возможна), но и в заведомо безнадёжных случаях — с другими сознаниями, а также с законами причинности. (Есть исключения: человек свободен от вечной борьбы, когда он занят эстетической деятельностью или литературным творчеством, например).
Процесс борьбы — это и есть жизнь, но в узком смысле слова. В широком смысле слова жизнь представляет собой безличную длительность событий, а точнее — длительность их образов. Вселенная постоянна, поскольку смена образов непрерывна. Таким образом, космос построен на жизни. То, что на раннем этапе своего творчества Лян Шумин называл жизнью «в широком смысле слова», можно было назвать и движением, и сменой образов. «В узком смысле слова» понятие жизни как удовлетворения или неудовлетворения воли также служило для определения культуры и выведения его на онтологический уровень: культура есть способ жизни народа, а жизнь… и пр. Однако выдвинутая Лян Шумином в это же время концепция внутренней жизни не вполне согласуется с вышеупомянутыми определениями. По его мнению, человек должен прислушиваться к своей внутренней жизни, для чего он и одарен интуицией; «наша внутренняя жизнь сообщается с внешним миром только через окно интуиции». Здесь и коренится одно из важнейших различий западной и восточной философии: первая стремится лишь к знанию, а восточная — к жизни. Эта концепция впоследствии стала важным элементом его интерпретации жизни как таковой.
В «Культурах Востока и Запада…» Лян Шумин даёт трёхчленную общую схему мироздания: в основе всего лежит пустота, «таковость», истинная суть — здесь нет жизни; затем располагается сфера длительности образов и субъективной борьбы — сфера жизни; и на периферии — внешний материальный мир. Намек на возможное дальнейшее развитие философской мысли Лян Шумина можно увидеть в том, что он говорит о китайской философии: она посвящена внутренней жизни и говорит не о бытии, а об изменении. Он всегда заявлял: надо следовать той истине, которую ты сейчас понял, и претворять её в жизнь. Незадолго до написания «Культур Востока и Запада…» он оставил религиозный буддизм и обратился к конфуцианскому мировоззрению. На своём дальнейшем пути к конфуцианству он стал заниматься теми вопросами, которым и была посвящена, по его мнению, вся китайская и особенно конфуцианская философия — проблемам взаимодействия людей, нравственной интуиции и мира в его метаморфозах.