Facelift () — дебютный студийный альбом американской рок-группы Alice in Chains, выпущенный в 1990 году.
Группа Alice in Chains была основана гитаристом Джерри Кантреллом и вокалистом Лейном Стейли в 1987 году в Сиэтле. В 1989 году группа подписала контракт с крупнейшей звукозаписывающей компанией Columbia Records и начала работу над дебютным альбомом. Продюсером пластинки стал Дэйв Джерден, известный по работе с Rolling Stones и Jane's Addiction.
В июле 1990 года вышел мини-альбом We Die Young, а 21 августа 1990 года — полноформатный студийный альбом, получивший название Facelift. В поддержку альбома были выпущены синглы и видеоклипы на песни «We Die Young» «Man in the Box», «Bleed the Freak» и «Sea of Sorrow», а группа отправилась в многомесячный концертный тур по США и Европе, выступая на одной сцене с Extreme, Игги Попом, Megadeth, Slayer и Anthrax. Музыкальные критики тепло приняли альбом, отметив влияние хеви-метала 1970-х и окрестив Alice in Chains «Black Sabbath девяностых».
В 1991 году клип «Man in the Box» попал в активную ротацию на телеканале MTV, что принесло Alice in Chains широкую популярность и привело к росту продаж альбома. Альбом Facelift достиг 42-го места в чарте Billboard 200, а сингл «Man in the Box» поднялся на 18-е место в хит-параде наиболее популярных рок-песен США. К 11 сентября 1991 года было продано более копий Facelift и диск получил «золотой» статус, а 4 марта 1997 он стал «дважды платиновым» с двумя миллионами проданных копий.
Facelift стал первым коммерчески успешным альбомом сиэтлской рок-сцены 90-х. Вслед за ним на вершинах хит-парадов оказались альбомы Nirvana, Soundgarden и Pearl Jam, сделав гранж частью музыкального мейнстрима. По прошествии многих лет Facelift считается классикой хеви-метала и гранжа, одним из наиболее успешных дебютных альбомов в истории рок-музыки, а «Man in the Box» — одной из лучших рок-песен девяностых.
Предыстория
Создание группы
1987 год был сложным периодом в жизни американского гитариста Джерри Кантрелла. Его мать недавно умерла, и ему было негде жить. Весной 1987 года он присоединился к группе Gypsy Rose, но вскоре ушёл из-за конфликта с вокалистом. Однако он не отчаивался и решил создать собственный коллектив. Первым он пригласил знакомого вокалиста Лейна Стейли, чья глэм-группа Alice N’ Chains распалась незадолго до этого. Совместными усилиями удалось убедить присоединиться к ним барабанщика Шона Кинни и басиста Майка Старра. Музыканты обосновались в сиэтлском клубе Music Bank, где снимали репетиционные помещения и жили многие начинающие сиэтлские рокеры. Через пару дней начинающую группу случайно услышал местный продюсер, искавший в Music Bank талантливых артистов для предстоящего концерта. В репертуаре коллектива было всего несколько композиций, но и этого хватило, чтобы договориться о первом выступлении.
В начале 1988 года Кантрелл и Стейли продолжали выступать сразу в двух группах. Стейли продолжал репетировать со старыми знакомыми из Alice N’ Chains Джеймсом Бергстромом и Роном Холтом, назвав свою команду 40 Years of Hate. Коллектив Кантрелла сменил целый ряд названий: Mothra, затем провокационное Fuck и, наконец, Diamond Lie. Чтобы заставить Лейна бросить свою вторую группу, музыканты пошли на хитрость, объявив о поисках нового вокалиста и пригласив на прослушивание несколько заведомо непроходных кандидатов. При этом Джерри нарочито радовался результатам, заставив Лейна почувствовать, что его могут вскоре заменить. Нехитрый трюк удался, и вокалист согласился покинуть 40 Years of Hate, сосредоточившись на выступлениях в Diamond Lie.
Первые демозаписи Решив проблемы с составом, участники группы начали сочинять и репетировать собственные песни. Группа арендовала микроавтобус, чтобы перевезти инструменты и оборудование в небольшую студию в деревянном доме в Иссакуа, где записали своё первое демо, получившее название Treehouse Demo. В него вошли собственные песни «I Can’t Have You Blues», «Social Parasite» и «Whatcha Gonna Do», написанная Стейли ранее «Queen of the Rodeo», а также кавер-версию песни Дэвида Боуи «Suffragette City».
Первый концерт Diamond Lie прошёл в Кейн-холле Вашингтонского университета 15 января 1988 года. Во время 40-минутного выступления прозвучали собственные песни, а также каверы Hanoi Rocks и Дэвида Боуи. В газете City Heat был опубликован отчёт, написанный журналисткой Дженни Бендел. Она же через несколько месяцев помогла группе составить первый промо-пакет для рассылки в звукозаписывающие компании, состоявший из кассеты с песнями, фотографии и биографии начинающего коллектива.
Промо-кассета Diamond Lie попала в руки Рэнди Хаузера, занимавшегося организацией выступлений местных музыкантов. Хаузер даже не слушал запись, забросив её в ящик у себя дома. Через месяц на кассету случайно наткнулся A&R-менеджер Atlantic Records Ник Лофт и заинтересовался группой. На кассете не было подписи, поэтому Хаузер даже не сумел назвать исполнителя. Позже он вспомнил, что получил кассету от подруги Шона Кинни и сестры Майка Старра Мелинды, и встретился с музыкантами в Music Bank. Было решено, что Хаузер станет менеджером группы. Ник Лофт порекомендовал отказаться от названия Diamond Lie. Лейн Стейли вспомнил о названии своей предыдущей группы Alice N’ Chains, так появилось окончательное название — Alice in Chains.
В июле 1988 года группа собиралась перевыпустить свою демозапись в более хорошем качестве, но студийная сессия едва не сорвалась. За день до назначенной даты состоялся крупнейший в штате Вашингтон полицейский рейд, в результате которого в соседнем с Music Bank помещении обнаружили большое количество марихуаны. Клуб оцепили, и никто не мог забрать своё оборудование. Джерри Кантрелл, после нескольких часов переговоров с полицией, сумел вернуть аппаратуру. На следующий день музыканты приступили к работе в London Bridge Studio, принадлежавшей Рику Парашару и его брату Раджу. Запись заняла около недели и стоила Хаузеру семь тысяч долларов. Группа работала по ночам, чтобы сэкономить на студийном времени, иначе услуги обошлись бы значительно дороже.
Контракт с Columbia Records
После полицейского рейда клуб Music Bank закрыли, поэтому Alice in Chains пришлось переехать в частный дом, находившийся в районе аэропорта в округе Такома. Музыканты едва сводили концы с концами, но продолжали репетировать, готовить новый материал и выступать для местной публики. К лету 1989 года у Alice in Chains сформировалась устойчивая репутация, их песни постоянно звучали на местном радио и всё шло к подписанию контракта с одним из крупных лейблов. Кроме того, вместо угодившего в тюрьму за распространение наркотиков Хаузера делами группы стала заниматься Сьюзан Силвер, работавшая также с Soundgarden. Запись попала в руки Дона Айнера, президента лейбла Columbia Records, стремившегося восстановить свои позиции на рынке хард-рок музыки. Переговоры длились около восьми месяцев и завершились подписанием договора 11 сентября 1989 года. Сделку выгодно отличало то, что Alice In Chains полностью сохраняли права на все существующие или будущие песни, хотя обычно половина прав уходила лейблу. Интересы группы в переговорах представляли адвокат Мишель Энтони и A&R-менеджер Ник Терцо.
Подписание контракта с CBS Records означало, что группе предстояло выпустить дебютный альбом. Продюсером стал Дэйв Джерден, наиболее известный по пластинке Nothing’s Shocking Jane’s Addiction. Имея за плечами опыт работы с Rolling Stones над пластинкой Dirty Work, Джерден сосредоточился на поиске и продвижении в мейнстрим молодых музыкантов, исполняющих альтернативный рок. Он в числе многих получил копию демозаписи Alice in Chains от Ника Терцо, рассылавшего кассету знакомым менеджерам. По словам Джердена, все отказывались работать с группой, потому что искали «вторых Guns N’ Roses», группу с высоким вокалом. Однако сам Джерден вырос на музыке семидесятых и предпочитал глубокие, блюзовые голоса, поэтому сразу оценил потенциал Alice in Chains. Джерден встретился с музыкантами в Лос-Анджелесе после их выступления в клубе, поговорил с Джерри Кантреллом, и они сразу нашли общий язык. Лидер группы согласился, чтобы Джерден продюсировал их запись.
Запись альбома
Запись песен Чтобы написать ещё несколько песен, группа вернулась в Сиэтл и дополнительно записала два демо. Дюжина композиций из этих черновиков легла в основу материала для дебютного альбома. Бюджет составлял около 150—250 тысяч долларов. По словам Кантрелла, музыканты хотели сохранить «угрюмую ауру, которая была следствием задумчивой атмосферы и духа Сиэтла», вследствие чего решили использовать хорошо известную местную студию London Bridge Studio Рика Парашара. Компанию продюсеру Дэйву Джердену составил звукоинженер Ронни Шампань. Работа началась в декабре 1989 года. Джерден и Шампань впечатлились тем, что, в отличие от большинства начинающих групп, Alice in Chains пришли в студию полностью готовыми к записи. К тому времени у Джерри Кантрелла были готовы демоверсии всех его песен, где он лично исполнил все гитарные партии, написал и запрограммировал партии барабанов, а также придумал вокальные гармонии. Оставалось только внести завершающие штрихи, поэтому Кантрелл не сомневался, что всё пройдёт без каких-либо трудностей.
Запись прошла очень гладко, потому что песни были тщательно продуманы заранее. Большинство партий из демокомпозиций остались без изменений, за исключением дополнительных аранжировок. Дэйв Джерден вспоминал, что он записывал несколько дублей каждой композиции, обычно от пяти до десяти, и отмечал понравившийся вариант в блокноте. Затем он слушал песни заново и составлял конечный результат из лучших дублей на основании своих заметок. Осложняло задачу то, Alice in Chains не использовали синхродорожку, поэтому темп песен мог меняться в процессе исполнения. В таких случаях Джерден брал наиболее подходящий дубль и подстраивал под него остальные.
Ударные
За полтора месяца до начала записи Шон Кинни сломал руку. Руководитель Columbia Дон Айнер настаивал на замене, но музыканты были непоколебимы. Чтобы не терять время, в студию временно пригласили барабанщика Mother Love Bone Грега Гилмора, но после нескольких репетиций отказались от затеи. Стиль Гилмора не подходил Alice in Chains, он играл недостаточно мощно и громко. По другой версии, Шона Кинни заменил сессионный барабанщик Мэтт Чемберлен. В конце концов Кинни не выдержал, снял гипс и сел за ударную установку самостоятельно, за три недели до предписанного врачами срока. Каждый удар вызывал у него боль и заставлял стонать, но зато группа вернула своё звучание.
На студии London Bridge Studio использовались микшерный пульт Neve 8048, содержавший микрофонный предусилитель и эквалайзер 1081, а также катушечный магнитофон Studer A800, поддерживавший 16- и 24-дорожечную запись. Джерден и Шампань предпочитали использовать 16 дорожек, выделяя бас-гитаре и ритм-гитаре по одной дорожке, а всё остальное отдавая ударным. Установку окружили целой группой микрофонов: для бас-бочки использовался вокальный микрофон M-88, в трёх метрах позади барабанщика на уровне пояса стоял Neumann M-49, над головой — Neumann U-87, сверху и снизу рабочего барабана — Shure SM-57, а для закреплённых и напольных том-томов — Sennheiser MD-421. Кроме того, было решено попробовать записать барабаны так, как они бы звучали во время живого выступления. Специально для этого арендовали трёхполосную акустическую систему, обычно используемую на концертах. Два микрофона U-87 и один M-49, установленные на уровне головы слушателей в отдельной комнате, записывали воспроизводимый звук, который впоследствии комбинировался с сигналом с микрофонов с ударной установки, чтобы усилить ощущение глубины помещения.
Бас