По́дданство — политико-правовая односторонняя связь физического лица и монарха.
Для науки российского права характерно разделение (сложившееся в результате особенностей языка) понятий «гражданство» и «подданство». Подданство ранее было характерно для большинства государств с монархической формой правления. Если под подданством понимается связь физического лица с монархом (и, соответственно, институтами короны), то под гражданством понимается более широкая связь непосредственно с государством, а не его главой.
В прочих языках указанные термины могут обозначаться одним словом. Так, под английским «citizenship» в зависимости от контекста может пониматься как гражданство, так и подданство, в то время как термины «citizen» — «гражданин» и «subject» — «подданный» чётко различаются. Вместе с тем иностранные языки могут обладать специфическим разделением видов гражданства, отсутствующим в русском языке: например, английское «citizenship» (в большинстве случаев более узкое понятие) и «nationality» (как правило, более широкое понятие). При этом разделение понятий на широкое и узкое не универсально и может объясняться историко-политическими особенностями развития той или иной страны (например, гражданин Великобритании (то есть непосредственно Соединённого Королевства, коронных владений и заморских территорий) — «British citizen», под категорию «British nationals» попадают лица, входящие в категорию «British citizen», граждане государств Содружества и британские подданные; в то же время для широкого термина «гражданство Европейского союза» применяется термин «citizenship»).
Этимология и употребление терминов в разных языках Русское «подданный, подданство» заимствовано в XVII веке из польского «poddany, poddanstwo». В свою очередь польское слово является калькой латинского subditus, где sub — это «pod», dit — «dan», us — «y»Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. — : Прогресс, 1987. — Т. III. — С. 296.Шанский Н. М. и др. Краткий этимологический словарь русского языка. — : Просвещение, 1975. — С. 347.Свиридова М. Н. Этимологический словарь современного русского языка. — : Аделант, 2014. — С. 276.. Латинское subditus означает буквально «покорённый». Слово «подданный» имело значение «подвластный хозяину, господину», изменившийся в «подданный государства». От него было образовано существительное «подданство» с суффиксом -ств-о и означало «принадлежность лица к постоянному населению государства», в разговорном значении «гражданство»Цыганенко Г. П. Этимологический словарь русского языка. — : Радянська школа, 1989. — С. 310—311.. В русском языке известен в виде «подъданьныи», что не исключает его праславянское происхождениеШапошников А. К. Этимологический словарь современного русского языка. — : Флинта; Наука, 2010. — Т. 2. — С. 147..
Следует иметь в виду, что до XVIII века в Русском царстве при письменном обращении к царю служилым людям следовало именовать себя «холоп твой». По указу Петра I от 1 марта 1702 года следовало «На Москве и во всех городах Российского царства царевичам и боярам и окольничим и думным и ближним и служилым и иноземцам и купецким и чернослободским и всякого чину людям писать в челобитных... Вашего Величества нижайший раб». Такое требование сохранялось до указа Екатерины II от 1786 года, в котором говорилось «...в присылаемых же к ее величеству письмах и реляциях или донесениях, по окончании оных, вместо всеподданнейшего раба, подписывать просто: всеподданнейший, или верный подданный; а равным образом в патентах, присяжных листах и во всех прочих бумагах, где до сего слово раб включаемо было, вместо онаго употреблять имя: подданный». Между тем, например в Германии, термины «Staatsbürger» и «Staatsangehürige» (гражданин), а также наименование жителей немецких земель в соответствии с их национальностями (баденец, баварец, пруссак и т.п.) постепенно вытесняли понятие «Untertan» («подданный»).
Британские подданные
Британскими подданными (British subjects) в соответствии с Актом о гражданстве 1981 года признаются определённые категории лиц, не являющихся ни гражданами Великобритании, ни гражданами Содружества.
В англоязычных странах принято разделять понятия «citizenship» и «nationality», то есть просто гражданство и гражданство в более широком смысле. Исторически понятие «citizenship» означало связь с определённой местностью, а «nationality» — в целом с государством. В настоящее время для нужд британского права британскими гражданами в узком смысле (British citizens) признаются физические лица, имеющие связь непосредственно с Великобританией, то есть лица, населяющие Великобританию, Нормандские острова и остров Мэн, а также Британские заморские территории (до 2002 года их население было гражданами Британских заморских территорий, после указанной даты большинство приобрело статус британских граждан, хотя в ряде случаев статус граждан британских заморских территорий сохранился, к примеру, у граждан британской заморской территории Военная база Акротири и Декелия на Кипре). Указанные категории лиц, вне зависимости от того, проживали ли они на территории Евросоюза в 1973—2020 годах (непосредственно Великобритания до Брексита, а также заморская территория Гибралтар) либо вне его пределов (Нормандские острова, остров Мэн, британские заморские территории, кроме Гибралтара), являлись гражданами Евросоюза. Что касается британских граждан в широком смысле (British nationals), то ими признаются как указанные категории лиц (британские граждане в узком смысле), так и граждане британских заморских территорий, а также граждане государств-членов Содружества, граждане Ирландии, находящиеся на службе в государственных органах, учреждениях, организациях Великобритании.
Подданство Российской империи В период Империи отечественное право окончательно вырабатывает юридическую конструкцию подданства — современный аналог института гражданства. Вместе с тем вплоть до 1917 г. в России не существовало единого акта, регулировавшего отношения гражданства — подданства.
В условиях абсолютной монархии подданство выступало в качестве предпосылки индивидуального сословного статуса (состояния) конкретных лиц. В Российской империи, например в XVII — начале XVIII века, подданство определяло состав лиц, находящихся под государственной властью монарха. Одновременно оно было предпосылкой юридической связи отдельных групп населения с государством через установление статуса российских подданных на основе принадлежности к сословию.
Правосубъектность подданных определялась через объём прав и обязанностей. Российские подданные составляли ранжированное по сословиям (состояниям) общество как объект попечения власти. При этом выделялись «природные русские подданные», к которым относились лица, принадлежавшие к одному из сословий, установленных государством, а также рождённые русскими подданными дети (происшедшее от русского подданного лицо, несмотря на место его рождения, считалось подданным); инородцы — все лица нерусского происхождения (башкиры, казахи, калмыки, самоеды, буряты, якуты и пр)., проживавшие на восточных и северо-восточных территориях России, находившиеся под властью российского императора с сохранением действия родового управления и обычного права и имевшие определённые привилегии (от ряда сборов, воинской повинности, отдельных видов уголовного наказания и т. д.).
В определённой мере под властью российского монарха (в подданстве) находились на территории российской империи и иностранцы, которыми по сословному законодательству признавались «все вообще подданные других держав, не вступившие в подданство России». Их положение регулировалось различными отраслями внутригосударственного права и международными договорами. Иностранцы при определённых условиях могли принять российское подданство (натурализоваться), и будучи причисленными к одному из сословий, получить права состояния российского подданного. Важное значение имела процедура принятия присяги на верность монарху.
Российское право до XVIII века не содержало норм, которые бы чётко определяли, кто является российским подданным и кто — иностранцем.
Натурализация российскому праву той эпохи была неизвестна. Указ 1700 г. (без месяца и числа) отождествлял «крещение Православныя Христианския веры» с «выездом на имя Великаго Государя в вечное холопство».
«Вполне очевидно, что, при таких условиях, — указывал В. М. Гессен, — господство в Московской Руси территориального начала (juris soli) при определении подданства фактом рождения является, по самому существу своему, невозможным. Дети, рождённые на территории московского государства от иноземцев, остаются иноземцами до тех пор, пока они остаются иноверцами. Место рождения никакого значения не имеет».
Указ Петра I 1721 г. предусматривал возможность приобретения иностранцами поместий и вотчин не в результате крещения, а путём принесения присяги на «вечное подданство Российскому Государю». Впервые присяга на подданство как способ натурализации получает правовое закрепление в манифесте 1721 г., призывавшем пленных шведов к вступлению в русское подданство. Вступление в подданство должно было быть добровольным, причём вступающий должен был показать, «чем он честно пропитать себя чает». В тексте присяги не было прямого указания на вечный характер подданства. Однако уже сенатский указ от 27 августа 1747 г. «О клятвенном обещании иностранцев, желающих присягать на вечное подданство России» вводил момент вечности в текст присяги: «Аз нижепоименованный, бывший поданный, обещаюсь и клянусь Всемогущему Богу, что я Всепресветлейшей… Государыне… хощу верным, добрым и послушным рабом и вечно подданным с моею фамилией быть и никуда… за границу не отъезжать и в чужестранную службу не вступать». Текст этот оставался неизменным и в последующих указах: от 8 марта 1762 г. и 6 июля 1793 г. В соответствии с указами от 12 декабря 1796 г. и 18 апреля 1801 г. присягающий, не называя себя рабом, обещал тем не менее «верным, добрым, послушным и вечно подданным с моею фамилией быть». Текст этот перешёл, в конечном счёте, и в Свод законов.
Этим же указом были впервые признаны допустимыми смешанные браки также при условии вступления иностранца в вечное подданство России. Это условие было подтверждено указом от 26 августа 1833 г.
Истории русского права известен только один акт, признающий за рождением на русской территории определённое влияние на подданство. Так, согласно ст. 61 главы I Регламента об управлении Адмиралтейства и Верфи от 5 апреля 1722 г. «кто из иностранцев и их детей пожелают учиться в Адмиралтействе какого мастерства, те должны прежде присягу учинить в вечное фазальство, а без того их не принимать. Иноземцы считаются те, которые приехали из иных государств и вступили в службу. А которые породились в России и приняли службу, те, яко россияне, почтены имеют быть». Этот текст полностью воспроизводит и Регламент об управлении Адмиралтейств и Флотов от 24 августа 1765 г. Текст этих документов свидетельствует о том, что не само по себе рождение в России, а поступление иностранца на государственную службу влекло за собой приобретение российского подданства.