Никола́й Никола́евич Банты́ш-Каме́нский (, Нежин, Российская империя — , Москва, Российская империя) — русский , и , с 1800 года управляющий Московским главным архивом. Подготовил к печати и обнародовал многие древнерусские памятники и международные договоры. Отец историка Д. Н. Бантыш-Каменского.

Ранние годы Из молдавского дворянского рода. Сын вывезенного в Россию в детстве молдавского дворянина Николая Константиновича Бантыша (1703—1739) от брака с Анной Зертис-Каменской, дочерью малороссийского помещика Степана Константиновича Зертис-Каменского, переводчика восточных языков при гетмане Мазепе.

Рано лишился отца. Начальное образование получил от своей матери, затем учился в Нежинской греческой школе. По приглашению брата матери, епископа Переяславского и Дмитровского Амвросия, продолжил образование в Киево-Могилянской академии (1745—1754), затем в Славяно-греко-латинской академии (1754—1758). В свободное время в эти годы занимался чтением латинских писателей с учителем низших латинских классов Петром Егоровичем Левшиным. В 1758—1762 годах слушал лекции в открывшемся Московском университете (вместе с Потёмкиным, Марковым, Булгаковым), где слушал лекции по физике, математике, истории и французскому языку. За оказанные успехи произведён в звание университетского студента. В 1760 году был направлен в Санкт-Петербург для работы по переводу на русский язык первой части «Истории Петра Великого» Вольтера.

Архивная служба Указом Екатерины Великой от 31 декабря 1762 года зачислен актуариусом в Московский архив Государственной Коллегии иностранных дел. 27 марта 1766 года определён на должность помощника управляющего Архивом коллежского советника, историографа Герхарда Фридриха Миллера; под его руководством разбирал и описывал древние акты, хранившиеся без присмотра в сырых подвалах. В том же году написал первую научную работу — "Историческое показание о времени соцарствия и о форме титулов Царевны Софии Алексеевны.

Великий князь Николай Михайлович называет Бантыш-Каменского «архивным тружеником, фанатиком своего дела». В течение 52-х лет он изо дня в день в холодных помещениях древних палат «в пыльной атмосфере перебирал, пересматривал и отряхал бесчисленные рукописи». Вследствие неблагоприятных условий работы к 1780 году практически потерял слух.

Николай Бантыш едва не погиб во время чумного бунта 1771 года вместе с дядей, который был растерзан разъярённой толпой. В память о покойном родственнике (к тому времени занимавшем московскую архиепископскую кафедру), Бантыш принял его фамилию и стал именоваться Бантыш-Каменским. Это происшествие обратило на него внимание екатерининского правительства, однако молодой учёный из любви к своему архиву отказывался от всяких повышений, которые потребовали бы от него перемены работы. В частности, отказался он от места обер-секретаря в коллегии иностранных дел, которое предлагал ему вице-канцлер граф Остерман.

Бантыш-Каменский оказывал неоценимую помощь в подборе источников всем крупным историографам своего времени, от И. И. Голикова до Н. М. Карамзина. Только по прошествии двадцати лет работы в архиве, 7 ноября 1783 г., он был назначен вторым управляющим архивом, чему способствовал лестный отзыв Миллера о нём, который тот передал управлявшему коллегий иностранных дел графу Н. И. Панину.

Руководство Московским архивом Живший духом в дали веков и помнивший ужасы бунта 1771 года, Бантыш-Каменский отличался крайним консерватизмом. Он с беспокойством следил за обстановкой в стране и мире, видя всюду «якобинцев» и «язву» революции. Даже московский Английский клуб казался ему подозрительным. Для погружённого в фолианты отшельника было, как он писал, «удивительно, что не хотят люди спокойно жить и стопам предков своих следовать».

Это мировоззрение сближало его с Павлом I, в правление которого буксовавшая долгое время карьера Бантыша получила новый импульс. «За труды и ревность к пользе службы» 24 сентября 1799 г. он был произведён в действительные статские советники. 9 мая 1800 г. назначен управляющим московским архивом Коллегии иностранных дел, пожалован в тот же день почётным командором ордена св. Иоанна Иерусалимского за препровождённые им к графу Ростопчину (управлявшему в то время Коллегией иностранных дел) для государя два портрета императора Петра III.

2 января 1801 года получил от императора Павла бриллиантовый перстень за присылку креста, сделанного по повелению царя Алексея Михайловича и хранившегося вместе с другими церковными вещами в архиве.

22 сентября 1802 г. награждён орденом св. Владимира 3-й степени. После этого по поручению канцлера гр. А. Р. Воронцова занимался сочинением и составлением «Выписки из конференций иностранных министров, находившихся при российском дворе». Посылая графу А. Р. Воронцову «Акт о российско-императорском титуле», препроводил также «Дипломатическое собрание дел между Российским и Китайским дворами», написанное ещё в 1792; рукопись посвятил Александру Павловичу. Государь пожаловал ему за это бриллиантовый перстень.

По получении печатного экземпляра «Истории об унии» государь пожаловал Н. Бантыш-Каменскому бриллиантовый перстень. В 1808 г. избран членом Российской академии.

С 20 августа 1812 г., получив записку от начальника Москвы перед вторжением Наполеона в столицу, занимался упаковкой архива — уложил важнейшие дела в 305 сундуков и коробов. 23 августа выехал вслед за архивными бумагами во Владимир, затем в Нижний Новгород. Дом его в Москве «со всем добром и с книгами» и подмосковная усадьба были уничтожены при оккупации французами.

25 января 1813 года с архивом вернулся в Москву и, приютясь во флигеле архива, продолжал по-прежнему ходить в архив «для того только, — говорил он, — чтобы среди этой сокровищницы восстановлять упадающее здоровье, а с ним погасающую жизнь».

Последний труд — приготовление к напечатанию «Государственных грамот и договоров», прежде им описанных и приведённых в хронологический порядок, из которых первая часть издана в свет под его надзором в 1813 г.

20 января 1814 г. скончался на 77-м году жизни. Похоронен в Донском монастыре близ могил дяди-архиепископа и младшего брата Ивана (1739—1787, попечитель Воспитательного дома).

Мемуарные свидетельства По оценке великого князя Николая Михайловича, как историк Бантыш-Каменский «витал в мире царей, архиереев, бояр и посланников», поэтому не проявлял никакого интереса к истории «подлого» народаРусские портреты XVIII и XIX столетий. Издание Великого князя Николая Михайловича. Выпуск IV. Портрет № 221.. Отшельническая жизнь среди столбцов и фолиантов не могла не отозваться на его характере. Мемуары бывших «архивных юношей», служивших под началом Бантыша, рисуют его сварливым нелюдимом. Вот, к примеру, свидетельство Вигеля:

Оглохший от холода и пыли архивной, «старый семинарист, белый монах, светский архиерей» казался подчинённым «всегда сердитым, озабоченным и ворчавшим»; «молнии его взглядов из-под тучи бровей сверкали, как меч Дамоклеса», пугая архивных юношей, тогда как с уст его летели по адресу этих франтиков, явившихся в этот архив лишь для получения чина, «краткие, энергические бранные слова». Впрочем, «дальше ругательства и брани тиранство его не простиралось», и подчинённый легко мог к нему подслужиться, хотя бы исправив свою скоропись и начав «в угождение ему прямить литеры по-старинному».

Семья

Жена — Мария Ивановна, урождённая Купреянова (1755—1788), дочь владимирского помещика.

Дети: Анна (1775—1852), похоронена рядом с отцом; Дмитрий (1788—1850), известный историк, тобольский (1825—1828) и виленский (1836—1838) губернатор; Владимир (ок.1778—1829); 29 декабря 1828 года заточён в тюрьму Спасо-Евфимиевского монастыря за мужеложство, 22 января 1829 года скончался и был похоронен в монастырском садуПругавин А. С. Монастырские тюрьмы в борьбе с сектантством. — М., 1905. — С. 53.; Екатерина.

Научная и издательская деятельность 1766 — составил по поручению Миллера для императрицы Екатерины II шесть обстоятельных рукописных трактатов о разных вопросах историко-дипломатического характера. 1780, 1781 и 1784 — составил «Дипломатическое собрание дел между российским и польским дворами, с самого оных начала по 1700 г.» в 5 томах; этим сочинением впоследствии руководствовался историограф Н. М. Карамзин. составил «Дневную записку» (в тринадцати томах) всем делам, входящим и исходящим в коллегии иностранных дел с 1727 по 1738 г., и известие о хранящихся в архиве бумагах, составленное в систематическом порядке. составил «Дипломатическое собрание дел между Российским и Китайским государствами, с 1619 по 1792»; труд был отправлен в Коллегию иностранных дел, оставлен без внимания. 1794 — по поручению императрицы составил подробные сведения об униатах. 1797 — окончил описание дел «Греческих духовных и светских лиц, Китайского двора, Молдавии и Валахии». 1798 — описал «Дела о въездах в Россию иностранцев». 1799 — составил «Реестр и описание малороссийских и татарских дел». составил «Сокращённое дипломатическое известие о взаимных между российскими монархами и европейскими державами посольствах, переписках и договорах, хранящихся государственной Коллегии иностранных дел в московском архиве, с 1481 по 1800 г.» в 4-х томах. написал «Акт о российско-императорском титуле» составил «Выписку из конференций иностранных министров, находившихся при российском дворе». составил «Выписку из всех конференций бывших в России иностранных министров дворов: австрийско-цесарского, английского, гишпанского, Голландских штатов, датского, прусского, французского и шведского, с 1742 по 1762 г.». 1805—1809 — описал дела турецкого двора, пограничных с Польшею, сербских, славянских и других соседних с ними народов, а также азиатских. 1808 — составил «Реестр делам бывшей между Россиею и Пруссиею войны с 1756 по 1763 гг.» 1809—1810 — описал дела царствования императрицы Елисаветы Петровны с 1742 по 1762 гг. составил «Алфавит всем входящим и исходящим делам архива, с 1720 по 1811 гг.» (94 книги архивных дел).

Издал множество учебных книг, в которых нуждались духовные семинарии: латинские буквари (напечатаны в Москве — 1779, 1780, 1783, 1784, 1786 и в Лейпциге, 1786) и латино-французско-русские прописи (Москва, 1779, 1781, 1783, 1784, 1786, 1788, 1791). Кроме того, издал: Латинскую грамматику; Греческую грамматику Варлаама Лащевского; Еврейскую краткую грамматику Фроша; Риторику Бургия; Латинскую философию Баумейстера; Богословие Феофана Прокоповича в 3-х томах; латинскую «Фразеологию» Вагнера; «Богословие» Феофилакта Горского, епископа переяславского, на латинском языке; «Богословие» Иакинфа Карпинского, на латинском языке.

Занимался переводами, большинство из которых утрачены в 1812 г. вместе с собранием писем.

Участвовал в различных изданиях и научных предприятиях: «Древняя Российская Вивлиофика», «Географический словарь Российского государства», «Деяния Петра Великого» Голикова и других. Подарил архиву 30 рукописей, в том числе: «Летописец Ростовский», известный под названием Архивского, которым руководствовался Карамзин, «Степенная книга российской истории», «Псковский летописец», «Иерархия российская» Адама Селлия и др.

В 1821 г. по указанию императора Александра Павловича были изданы на казённый счёт сочинения Н. Н. Бантыш-Каменского: «Собрание дел польского двора» в 5 томах, «Китайского» в 2-х томах.

Избранные труды Латинская грамматика: В пользу российскаго юношества тщательно и ясно с российским переводом расположенная. — И при третичном издании исправленная и умноженная Николаем Бантышем-Каменским. — Москва: Унив. тип., у Н. Новикова, 1783. — VIII, 392 с. Отрывок из российской истории мало кому известный: С 1598—1613 года. — Петроград: В типографии Императорскаго Воспитательнаго дома, 1817. — , 200 c.

Бантыш-Каменский Н. Н. Московские письма в последние годы Екатерининского царствования. От Н. Н. Бантыш-Каменского к князю А. Б. Куракину // Русский архив, 1876. — Кн. 3. — Вып. 11. — С. 255—284; Вып. 12. — С. 385—413.

ISBN 5-93646-092-4

учебная литература

Переводы, подготовка к изданию