Политический Красный Крест (также Революционный красный крест) — общее название ряда правозащитных организаций, оказывавших помощь политзаключённым в Российской империи, Советской России и СССР.
Политический Красный Крест был впервые создан народницами А. И. Корниловой, и Л. И. Корниловой и Л. В. Синегуб в середине 1870-х годов для помощи арестованным участникам хождения в народ. В 1881 г. была создана первая формальная организация ПКК — Красный Крест Народной воли. Он получил своё название в честь Международного Красного Креста, помогавшего больным и раненым военнослужащим. До революции 1917 г. организации ПКК были нелегальными и наряду с юридической и материальной помощью заключённым занимались организацией побегов. Они помогали арестантам и ссыльным вне зависимости от их партийной принадлежности и взглядов. Большую роль в ПКК играли женщины — революционерки, курсистки или просто родственницы заключённых.
После разгрома Народной воли были созданы Общество помощи политическим ссыльным и заключённым, Бюро петербургских организаций Политического Красного Креста и Группа помощи политическим узникам Шлиссельбурга. К началу XX в. сеть организаций ПКК сложилась в Сибири: в Иркутске, Красноярске, Тобольске, Томске и Тюмени.
Ряд организаций ПКК, собиравших деньги для российских заключённых, действовали в 1910-е в Европе и США. Из них крупнейшими были Парижский комитет помощи политкаторжанам Веры Фигнер и Краковский союз помощи политическим заключённым Сергея Багоцкого.
После Февральской революции, освободившей политических заключённых, ПКК занялся поддержкой бывших каторжан и ссыльных. Но с приходом к власти большевиков и возобновлением политических репрессий ПКК вернулся к прежней деятельности. В 1918 г. был создан Московский Политический Красный Крест, в 1922-м его сменило общество «Помощь политическим заключённым» (Помполит) во главе с Е. П. Пешковой. Помполит действовал легально и выступал посредником между заключёнными и их семьями, с одной стороны, и аппаратом ОГПУ — с другой. Он оказывал непосредственную помощь заключённым, ходатайствовал об освобождениях и о смягчении режима заключения в целом. Деятельность Помполита была фактически сведена на нет к середине 30-х, и в 1938 г. он был закрыт по распоряжению Николая Ежова.
В Российской империи
Первая, неофициальная организация Политического Красного Креста была создана в Петербурге в 1874—1875 гг. бывшими чайковцами Александрой и Любовью Корниловыми и Ларисой Синегуб, к которым присоединились Вера Фигнер и Ольга Буланова-Трубникова. ПКК был призван помогать арестованным участникам «хождения в народ». Организация состояла исключительно из женщин: они собирали деньги для заключённых, готовили еду для тех, кому требовалось усиленное питание, доставали книги и одежду. Это была неформальная и нелегальная деятельность, участницы часто помогали заключённым за свой счёт и рисковали арестом. Сёстры Корниловы, происходившие из очень обеспеченной семьи, все свои деньги передавали в Петропавловсĸую ĸрепость и в Дом предварительного заĸлючения в помощь арестованным.
В 1881 по инициативе народовольцев Юрия Богдановича и Ивана Калюжного было создано первое подобное общество с официальным статусом — Общество Красного Креста Народной воли. Название выбрали по аналогии с Международным Красным Крестом, занимавшимся помощью раненым и пленным военнослужащим, объяснив это тем, что политические заключённые являются «солдатами революции». Богданович совершил поездку по Сибири и завел в разных местах агентов сообщества. В ККНВ состояли В. Александрова, Л. Фигнер, Н. Субботина, Г. М. Гельфман, П. С. Ивановская, А. П. Корба, П. М. Богораз, А. В. Прибылёв и другие. Представителями «Красного Креста» за рубежом стали И. Л. Лавров и В. И. Засулич. С конца 1890-х годов в Петербурге действовало внепартийное Общество помощи политическим ссыльным и заключённым. Оно получало средства на свою деятельность от благотворительных концертов, литературных чтений и различных вечеров, а также добровольных сборов среди интеллигенции. С Обществом сотрудничали А. М. Коллонтай, Л. О. Дан, Е. Д. Стасова и Е. Н. Фигнер.
После поражения революции 1905-07 гг. помощью политическим заключённым занималось Бюро петербургских организаций Политического Красного Креста (председатель — Татьяна Богданович, казначей — Е. И. Бенуа). В этот период в организациях ПКК работали В. П. Абрамова, Е. К. Судзиловская, С. А. Иванова-Борейшо, Л. Я. Гуревич и А. Я. Бруштейн. Пожертвования собирала финансовая комиссия этой организации. Тюремная комиссия занималась помощью заключённым, ссыльным и их семьям, а также организацией побегов. Вера Калицкая вспоминала: В «Кресте» тогда работали многие общественные деятели: знаменитые адвокаты, защищавшие политических, писатели, издатели и их жены. Мы, молодые члены организации — курсистки, студенты, учительницы, — должны были обслуживать заключённых в тюрьмах. Закупали на деньги «Креста» большое количество продуктов, бельё, верхнее платье, иногда сапоги и тёплые вещи… Одной из самых активных организаций 1910-х годов была Группа помощи политическим узникам Шлиссельбурга. Она сложилась в 1908—1909 гг. вокруг Марины Лихтенштадт, у которой в Шлиссельбурге пожизненный каторжный срок отбывал сын. Председателем группы стал адвокат Яков Каплан. Кроме них, в группе состояли восемь человек: А. Я. Бруштейн, О. М. фон Фохт (или Фогт), Л. И. Браудо, А. А. Аристова, Е. В. Познер, О. С. Познер, М. А. Рысс и Ильина (имя неизвестно). Шлиссельбургская группа собрала достаточно обширную базу спонсоров, жертвовавших деньги как напрямую, так и различными обходными путями: участницы группы раздавали выращенные шлиссельбургскими заключёнными цветы в обмен на пожертвования, через подставных лиц закупали и потом перепродавали по завышенной цене продукцию арестантских мастерских и устраивали полуподпольные благотворительные концерты. На вырученные деньги закупались продукты, материальные ценности, книги для библиотеки, лекарства, лимоны и рыбий жир для больных, а также семена для выращивания овощей. Официальные передачи в Шлиссельбургскую тюрьму были запрещены, поэтому группа действовала через официально разрешённые благотворительные организации, такие как Доброхотная копейка или Тюремный комитет. По большим праздникам такие организации имели право устраивать денежные сборы на «улучшение праздничного стола арестантов», и Шлиссельбургская группа негласно присоединялась к таким пожертвованиям. Кроме того, с ними тайно сотрудничал тюремный доктор Е. Р. Эйхгольц, благодаря работе с которым смертность в тюрьме удалось сократить в 10 раз. Группа продолжала действовать до самой Февральской революции и освобождения шлиссельбургских заключённых.
В начале XX в. целый ряд «краснокрестных» организаций действовал в Сибири: в Иркутске, Красноярске, Тобольске, Томске и Тюмени.
Дореволюционные организации ПКК были нелегальными: наряду с материальной и юридической помощью политзаключённым они занимались организацией побегов из мест ссылки и тюрем. Они помогали заключённым вне зависимости от их партийной и идеологической принадлежности: так, народовольческий ПКК пытался организовать побег Сергея Нечаева из Петропавловской крепости, несмотря на то, что Народная воля не одобряла методов «Народной расправы». Из-за постоянного риска полицейского преследования сообщества ПКК много усилий тратили на конспирацию. Они нечасто могли объединяться и координировать действия и оставались сетью мелких независимых организаций.
Женщины играли в ПКК самую активную роль. Среди них было много матерей и сестёр заключённых, а также слушательниц Бестужевских и других женских курсов. Помимо организационной деятельности, важной их ролью было посещение тюрем под видом родственниц или невест. Такие «невесты» могли свободно передавать заключённым продукты и информацию, а взамен узнавать от них о перемещениях арестантов по этапу, новых арестованных и т. д. К. Чудинова писала:Тюремные «невесты» в жизни нашей подпольной работы играли очень большую роль, многие невесты потом становились жёнами освобождавшихся из тюрьмы товарищей. Невесты эти, целуясь со своими мнимыми женихами, ухитрялись передавать записки с воли и даже пилки для распиливания решёток при побегах, во всяком случае их роль очень большая в организации побегов и установлении связей с партийной организацией, с волей.После Февральской революции, освободившей политзаключённых, ПКК временно сменил сферу деятельности. Было создано «Общество помощи освобождённым политическим» — бывшим каторжанам и ссыльным помогали с лечением, устройством на работу и восстановлением в правах.
Общества ПКК за рубежом
В январе 1910 г. Вера Фигнер с единомышленниками (Д. А. Аитов, В. С. Гоц, М. И. Гольдсмит и Софья Шейнцис) основала в Париже Комитет помощи политическим каторжанам, который со временем стал одной из крупнейших организаций ПКК. Парижский комитет декларировал принцип беспартийности и оказывал помощь без различия вероисповедания и национальности. Вера Фигнер настояла на нескольких организационных ограничениях: помощь была направлена исключительно на одну категорию осуждённых — политических каторжан, «чтобы не распылять средства». Кроме того, комитет брал на себя ответственность за выбранные им каторжные тюрьмы и оказывал им помощь на регулярной основе, чтобы заключённые могли на неё рассчитывать.
Фигнер ездила по Европе с лекциями о русской каторге, агитируя за сборы в пользу российских каторжан. Ей удалось добиться значительного успеха и получить поддержку либеральной интеллигенции. К 1913 г. комитет Фигнер расширился и имел три больших отделения: Русское, Северное и Брюссельское. Кроме того, в 1912 г. по инициативе эсерки Веры Гоц при комитете была основана автономная секция, занимавшаяся помощью ссыльным: Парижский комитет помощи политическим ссыльно-поселенцам. С почина Фигнер организации политического Красного Креста начали появляться в различных европейских городах. В середине 1910 г. в Кракове Сергей Багоцкий создал Краковский союз помощи политическим заключённым. В отличие от Комитета Веры Фигнер, Краковский союз оказывал поддержку всем категориям политзаключённых. Важнейшим направлением деятельности Краковского союза были сбор и публикация материалов о жизни каторжан и ссыльных в Сибири. Данные публиковались в различных европейских изданиях и в собственном журнале «Wiezen Polityczny» («Политический заключенный») на польском языке. С 1914 г. начал издаваться также русскоязычный «Вестник каторги», который высылали в том числе в Сибирь.
Парижский комитет и Краковский союз были крупнейшими организациями ПКК за рубежом, и их налаженные связи с Сибирью позволили им стать посредниками между обществами ПКК в Европе и ссыльными и каторжанами в России. Большинство европейских групп ПКК пересылали собранные средства через них. Организации даже поделили между собой сферы влияния в Сибири: Парижский комитет взял на себя Иркутскую губернию и Забайкальскую область, а Краковский союз — Енисейскую губернию и Якутскую область.
Летом 1913 г. в Париже был создан Комитет интеллектуальной помощи политическим ссыльным и заключённым в России, занимавшийся сбором и пересылкой в Сибирь нелегальной литературы от различных политических партий.
В 1914 г. несколько швейцарских отделений ПКК объединились в Швейцарскую лигу Красного Креста под покровительством Швейцарской социал-демократической партии. С помощью Лиги предполагалось сделать работу обществ более согласованной и продуктивной. Лига также пользовались связями Парижского комитета и Краковского союза с русской ссылкой для перевода денег.
Лондонский комитет революционного Красного Креста помощи ссыльным и каторжанам, состоявший из пяти выборных от английских политических групп, организовывал сборы по всей Англии и действовал полностью самостоятельно, не обращаясь за помощью к Краковскому союзу или к Парижскому комитету.