Т-26 — советский лёгкий танк. Самый многочисленный танк Красной армии и финской армии к началу Великой Отечественной войны, а также армии Испанской Республики времён гражданской войны в Испании, второй по количеству выпущенных после Т-34 советский танк 1930-х — 1940-х годовМаксим Коломиец. Т-26. Тяжёлая судьба лёгкого танка. 2007. Введение. Создан на основе британского танка Vickers Mk E (также известного как «Виккерс 6-тонный»), закупленного в 1930 году. Принят на вооружение в СССР в 1931 году.
История создания
К началу 1930-х годов танковый парк СССР состоял в первую очередь из массового лёгкого танка непосредственной поддержки пехоты Т-18, а также разнотипных британских танков времён Первой мировой войны. Т-18 выполнил задачу насыщения РККА боеспособными и сравнительно современными танками, а также их освоения промышленностью. Однако характеристики Т-18, являвшегося глубокой модернизацией французского FT-17, уже к 1929 году не удовлетворяли требованиям Генерального штаба РККА. В конце 1929 года на заседании коллегии главного управления военной промышленности был сделан вывод о том, что в связи с отсутствием у советских танковых конструкторов должного опыта и неразвитостью промышленной базы сроки разработки советских танков и их заданные характеристики не выдерживаются, а созданные проекты не пригодны для серийного производства. В связи с этим 5 декабря 1929 года комиссией под председательством Наркома тяжпрома Г. Орджоникидзе принято решение об обращении к зарубежному опыту.
После ознакомления с опытными немецкими танками в ходе советско-германского сотрудничества, а также с танками других стран во время ознакомительной поездки начальника Управления моторизации и механизации РККА И. А. Халепского по США и странам Европы, начавшейся 30 декабря 1929 года, был сделан вывод об отставании уровня советских танков.
В 1930 году была создана закупочная комиссия под руководством И. А. Халепского и начальника инженерно-конструкторского бюро по танкам С. А. Гинзбурга, чьей задачей являлись отбор и закупка образцов танков, тракторов и автомобилей, пригодных для принятия на вооружение РККА. Прежде всего комиссия весной 1930 года направилась в Великобританию, считавшуюся в те годы мировым лидером в производстве бронетехники. Внимание комиссии привлёк лёгкий танк Vickers Mk E или «Виккерс 6-тонный» (), созданный фирмой «Виккерс-Армстронг» в 1928—1929 годах и активно предлагавшийся на экспорт. Комиссия планировала приобрести лишь по одному экземпляру нужной техники, но продавать одиночные образцы, а тем более с документацией, фирма отказалась, в результате было достигнуто соглашение о закупке малых партий танков, в том числе 15 Mk.E по цене 42 тысячи рублей в ценах 1931 года, с полным комплектом технической документации и лицензией на производство в СССР. Поставки танков должны были быть осуществлены с сентября 1930 по январь 1931 года. «Виккерс-Армстронг» предлагала несколько вариантов танка, в частности, «Модель A» с двумя одноместными башнями с 7,7-мм пулемётами «Виккерс» и «Модель B» с двухместной башней с 47-мм короткоствольной пушкой и 7,7-мм пулемётом, но советская сторона закупила только двухбашенные машины. В СССР Mk.E получил обозначение В-26 (Виккерс-26).
Сборка танков осуществлялась на заводах «Виккерс-Армстронг», в ней принимали участие и советские специалисты для ознакомления с технологией. Первый В-26 был отправлен в СССР 22 октября 1930 года, до конца года в СССР поступили ещё три танка.
В СССР первые из прибывших танков поступили в распоряжение «специальной комиссии по новым танкам РККА» под руководством С. Гинзбурга, задачей которой являлся выбор танка для принятия на вооружение армии. С 24 декабря 1930 года по 5 января 1931 года три В-26 подвергнуты испытаниям в районе Поклонной горы, на основании которых комиссией сделаны «довольно сдержанные» выводы. Но на состоявшейся 8 января — 11 января демонстрации двух танков перед представителями высшего командования РККА и Московского военного округа В-26 вызвал у них бурное одобрение и уже 9 января последовало распоряжение К. Ворошилова: «…решить наконец вопрос об целесообразности организации производства В-26 в СССР», а Гинзбургу было приказано представить Наркомвоенмору список отмеченных в ходе испытаний преимуществ и недостатков В-26 по сравнению с Т-19.
В докладе, представленном 11 января 1931 года, сделан вывод о надёжности и простоте трансмиссии и ходовой части В-26 и соответствии этих систем требованиям РККА, но также говорилось о том, что двигатель является неподходящим для установки на танк, а его конструкция не допускает повышения мощности традиционными методами форсирования. Среди преимуществ танка отмечались также хорошие оптические прицелы пулемётов и простая в производстве форма корпуса, среди недостатков — затруднённый доступ к двигателю и трансмиссии и невозможность проведения текущего ремонта двигателя в бою изнутри танкаНа серийном Т-18, как и на Т-19, доступ к двигателю был возможен из боевого отделения танка через люки в перегородке.. В целом отмечалось, что «…В-26, несмотря на рассмотренные недостатки, способен развить высокую скорость и манёвренность и является без сомнения лучшим образцом из всех известных в настоящее время образцов заграничных танков». В сравнении с Т-19 отмечалось, что по срокам выполнения и стоимости наиболее выгодным является освоение в производстве Т-19, менее — комбинированного танка, сочетавшего узлы Т-19 и В-26 и наименее — организация производства В-26 в неизменном виде. В общем выводе доклада говорилось о необходимости начать проектирование нового танка на основе конструкций Т-19 и В-26, с мотором, корпусом и вооружением от первого и трансмиссией и ходовой частью последнего, а также организации совместных испытаний Т-19 и В-26 для получения более полных результатов.
Свой проект предложила и ВАММ, которая после ознакомления с документацией на В-26 предложила приступить к проектированию танка с использованием конструкции корпуса британской машины, но с усиленным бронированием и двигателем «Геркулес» или «Франклин» мощностью 100 л. с., как более подходящим для условий производства в СССР. По результатам заседаний комиссии 16—17 января 1931 года выданы два технических задания: конструкторской группе С. Гинзбурга на создание гибридного танка, получившего название «Т-19 улучшенный» и ВАММ на создание «Танка малой мощности» (ТММ). Работы по обоим проектам продвигались, в частности, эскизный проект «Т-19 улучшенного» был принят уже 26 января того же года, но корректировку в планы внесла международная обстановка. Так, 26 января И. Халепский направил Гинзбургу письмо, в котором говорилось, что согласно данным разведки, ПольшаРассматривавшаяся в то время руководством СССР как наиболее вероятный военный противник. тоже ведёт закупку образцов «Виккерс» Mk.E и может, по оценкам руководства РККА, уже к концу текущего года с англо-французской помощью произвести более 300 танков этого типа, что дало бы польским танковым войскам преимущество. В связи с этим РВС РККА счёл целесообразным рассмотрение вопроса о немедленном принятии на вооружение В-26 в существующем виде. В результате, 13 февраля 1931 года РВС, заслушав доклад Халепского о ходе работ по новым танкам, постановил принять В-26 на вооружение РККА как «основной танк сопровождения общевойсковых частей и соединений, а также танковых и механизированных частей РГК» с присвоением ему индекса Т-26.
Запуск в серию и дальнейшее развитие
Начало производства Для производства Т-26 за отсутствием альтернатив был выбран ленинградский завод «Большевик», до этого занимавшийся выпуском Т-18. Позднее предполагалось подключить к производству и достраивавшийся Сталинградский тракторный завод. Рассматривался и Челябинский тракторный завод, тоже находившийся в процессе строительства. Проектными работами по подготовке производства, а впоследствии и модернизации танка, руководил С. Гинзбург. Первоначально заводу «Большевик» был выдан план на производство 500 Т-26 в 1931 году, позднее это число было сокращено до 300 с выпуском первого танка не позднее 1 мая, но и этой цифры достичь не удалось. Хотя завод ранее выпускал подобными темпами Т-18, новый танк оказался значительно сложнее в производстве. Весной 1931 года отдел завода, который состоял лишь из 5 человек, подготовил к производству и изготовил два эталонных экземпляра танка. К 1 мая были закончены рабочие чертежи, а 16 июня одобрен технологический процесс и начато изготовление оборудования для массового производства.
В июле 1931 года планировалось начать изготовление по временной технологии двух прототипов танков с корпусами из неброневой стали, с широким использованием импортных комплектующих. Машины были готовы в августе. Конструкция их в точности повторяла британский оригинал, отличаясь лишь вооружением, состоявшим из 37-мм пушки ПС-1 в правой башне и 7,62-мм пулемёта ДТ-29 в левой. В ходе производства сразу выявился ряд серьёзных проблем, при этом, хотя конструкторское бюро с самого начала работ неоднократно предлагало ввести в конструкцию доработки, направленные на упрощение технологии изготовления, все эти попытки пресекались высшим руководством. Больше всего проблем приносил двигатель танка, который, несмотря на кажущуюся простоту, требовал более высокой культуры производства, чем мог обеспечить советский завод — первое время считалось нормальным, если брак по двигателям составлял до 65 %. Кроме этого, Ижорскому заводу, поставлявшему корпуса танков, поначалу не удавалось из-за высокого процента брака наладить производство 13-мм бронелистов, в результате чего на значительной части корпусов вместо них применялись 10-мм. Но и 10-мм листы на поставляемых корпусах имели многочисленные сквозные трещины и на испытаниях пробивались 7,62-мм бронебойной пулей с дистанции 150—200 м. До ноября корпуса танков выпускались со сборкой полностью на болтах и винтах, чтобы обеспечить замену бронелистов кондиционными. В итоге на танках установочной партии двигатели фактически не работали, и передвигаться танки могли лишь при перестановке на них импортного двигателя с эталонного В-26.
Двухбашенные танки
В августе 1931 года началось изготовление установочной партии из 10 танков, отличавшихся от предсерийных башнями увеличенной высоты со смотровыми лючком и щелями в верхней части, более приспособленными для производства на доступном оборудовании. Но и на этих танках двигатели оказались неработоспособны, и добиться движения серийных танков своим ходом удалось только осенью того же года. Спешка с освоением производства привела к тому, что на заводе до 1934 года не было точно установленного технологического процесса, а стоимость танков почти вдвое превышала стоимость изготовленных в Великобритании В-26. К концу 1931 года были изготовлены 120 танков, но из-за низкого качества ни один из них сдать военной приёмке поначалу не удавалось. Лишь после длительных переговоров армия согласилась принять 100 танков, причём большинство из них условно. Даже полностью принятые военной приемкой 17 танков не имели вооружения. Впрочем, на танках двигатели заводу было предписано заменить, так как при работе под нагрузкой они «издавали множественные посторонние шумы и испытывали перебои». Примерно 35 танков из этой первой сотни имели корпуса и башни из не броневой стали. Впоследствии они должны были получить полноценную бронезащиту.