Умирающий и воскресающий бог — по мнению Джеймса Фрэзера и его последователей, широко распространённый мифологический архетип.
Согласно теории Дж. Фрэзера, изложенной им в книге «Золотая ветвь», образ умирающего и воскресающего бога (Осирис, Адонис) являет собой олицетворение сил природы, «умирающей» осенью и «воскресающей» с приходом весны ( также миф о Персефоне). Вариантом мифа является сюжет, согласно которому божество не гибнет, но уходит куда-то (нередко — в царство мёртвых, подобно Персефоне или Таммузу, то есть умирает символически), бесследно исчезает, а затем возвращается. Согласно обрядовой теории происхождения мифа Фрезера, все умирающие и воскресающие боги когда-то были реальными священными царями и обожествлёнными правителями, убитыми при первых признаках упадка плодородия в целях возрождения последнего. Постепенно ритуальное цареубийство сменилось жертвоприношениями.
Понятие «умирающий и воскресающий бог» встречается также в работах Джейн Эллен Харрисон.
Концепция отвергнута большинством современных исследователей, поскольку мифологии известны лишь «умирающие, но не воскресающие божества», либо «исчезающие на время, но не умирающие».
Описание и характеристика В качестве главного персонажа мифов, в особенности характерных для древних культур Средиземноморья, умирающий и воскресающий бог оказывается во вражде с драконом, хтоническим демоном или божеством, который олицетворяет деструктивные силы природы (Осирис и Сет, Балу и Муту, Инанна и Эрешкигаль и др.), или каким-либо вольным или невольным проступком вызывает гнев богини-матери либо собственной божественной партнёрши (Думузи — Инанна, Адонис — Артемида, Дионис — Гера и др.). В результате этой вражды бог — герой мифа гибнет (Осирис, Балу, Адонис, Аттис, Дионис и др.), исчезает (Телепинус, Деметра), получает временное поражение, теряет какой-то жизненно важный орган (Гор, сын Осириса, теряет глаз, хеттский бог грозы лишается глаз и сердца). На поиски этого бога или ему на помощь идёт сестра, мать, жена, реже — сын или какой-то иной родич. Этот персонаж находит бога, возвращает в его жилище или возрождает к жизни, при этом бог — один или чаще при их содействии такого помогающего персонаж убивает своего демонического противника (Балу убивает Муту и Йам-му, хеттский бог грозы при содействии Инары и Хупасияса — змея Иллуянку и др.). Воскрешённый или возвращённый бог восстанавливает прежний статус, иногда при этом становясь богом подземного царства (например, Осирис, земным субститутом которого оказывается Гор).
Для мифов об умирающих (или шире: исчезающих) и воскресающих (или возвращающихся) божествах характерна обычно природная, земледельческая семантика. Египетского Осириса обучила его жена-сестра Исида земледелию; он сам, будучи культурным героем, обучает земледелию и скотоводству людей; мифы отождествляли его с зерном ячменя или пшеницы, а смерть и воскресение этого персонажа — с отливами и разливами Нила. В шумерской мифологии Инанна была олицетворением земного плодородия, а её супруг Думузи, который обновляет мир в постоянной череде сезонов года, — производительных сил весны. Гибель Балу, божества бури, дождя и имеющего связь с дождём плодородия, ведёт к засухе и увяданию, а его воскресение приводит к расцвету в природе. В сюжетах об Адонисе, Аттисе, Деметре и Персефоне и подобных персонажах сообщается о неурожае, засухе и голоде, которые вызваны смертью или уходом бога, и соответственно о пробуждении природы от его появления.
Древние египтяне разыгрывали драму смерти и воскресения Осириса в ходе великого земледельческого праздника, приуроченного ко времени наибольшего разлива Нила. В культурах Месопотамии ещё в 3-м тысячелетии до н. э. в периоды весеннего или осеннего равноденствия через ритуал воспроизводили священный брак между Думузи и Инанной, который символизировал возрождение плодородия в природе. Основу соответствующей церемонии Тема составляла, видимо, и смерть и воскресение угаритского Балу. Хеттский миф, повествующий о борьбе бога грозы с драконом Иллуянкой входил в состав ритуальных текстов празднества , проводившегося в весеннее время и призванного отвратить засуху, которая могла настать после прекращения зимних дождей. Земледельческая основа была у культов Адониса, который распространился из Сирии по территории всего Средиземноморья, греческих дионисий, а также элевсинских мистерий, посвящавшихся Деметре и Персефоне и восходивших к празднику первого урожая. Постоянным их составляющим был ритуальный плач участников ритуала об умершем (или исчезнувшем) боге и последовавшем за этим оскудении земли. Таким образом, данные мифы являются основной разновидностью природных, календарных мифов. По мнению ряда исследователей, в них сохранял значение культовый образ Великой богини-матери, персонификации творческих сил природы, по мере развития аграрного общества и укрепления мужского пантеона она обычно уступала часть своих функций мужскому земледельческому божеству, такому как Осирис, Балу, Телепинус, Адонис, Дионис и др. и присутствует в календарных мифах в основном в качестве его матери, сестры, возлюбленной или жены.
Умирающий и воскресающий бог древних земледельческих культур Средиземноморья, соответствует ряду образов как архаических, так в более поздних культур: ср. умирающий и воскресающий зверь в палеоазиатских и многих других мифологических традициях. Прямое или косвенное отношение к мифам об умирающих и воскресающих богах имеют также ряд архаических ритуалов, включая умерщвление царя-колдуна в качестве акта земледельческой магии; убийство животного, которое отождествляется со змеем или водяным духом, в качестве части процедуры вызывания дождя; жертвование водяному демону девушки с целью обеспечить плодородие, а также большое число весенних обрядов.
Семантика мифа об умирающем и воскресающем божестве (сезонный цикл года сопоставлен с такими циклами, как солярный цикл дня, органический цикл человеческой жизни, периодическое столкновение сил «порядка» и «хаоса», регулярное обновление царской власти и др.), и его композиционная структура, которая восходит к архаической мифологической модели (герой уходит из обыденного мира — борется против потусторонних сил — побеждает их — овладевает объектом, который необходим, чтобы восстановить благополучия, — возвращается), обусловили близость его мифа, а иногда и естественный синкретизм с большим кругом астральных, космогонических, эсхатологических, инициационных мифов. В числе прочего, представление об умирающем и воскресающем божестве органично для группы мифов, которые связаны с суточным движением солнца и луны: переход от света к мраку или от мрака к свету они изображают в качестве результата борьбы солярного божества против хтонического чудовища, поражения этого божества и дальнейшей его победы: ср. египетский сюжет о Ра и Апопе. Ряд исследователей считает, что содержание и композиционные модели мифологических сюжетов об умирающих и воскресающих божествах повлияли на очень широкий круг мифов о героях (Геракл, Актеон, Орфей и Эвридика), сказок (например, на египетскую «Сказку о двух братьях»), религиозных легенд и представлений — например, его влияние заметно в евангельском рассказе о земной смерти и воскресении Иисуса Христа. Имеет место их связь также с сюжетными схемами классического эпоса. Эпический конфликт обычно вызывает или посягательство на благополучие героя со стороны сверхъестественного противника, который связан с хтоническими силами, или гнев на него в чём-либо оскорблённой богини. Повествуется о смерти героя или героини умирает, их похищении или временном исчезновении (Акхат, Энкиду, Сита, Брисеида, Елена, Одиссей, пандавы, Рама); сражении мужа, сестры, родичей против чудовищ и демонов (Гильгамеш против Хумбабой и Быка небес, Ахилл против Ксанфа, Одиссей против чудовищ моря, пандавы и Рама против ракшасов), оказываются в подземном мире (Гильгамеш, Одиссей, Рама), в этом противостоянии они едва не погибают (Гильгамеш, Ахилл, Одиссей, Рама, пандавы). В конечном итоге герои побеждают, соединяются и восстанавливают утерянное благополучие.
Исторические этапы развития культа Английский культуролог Джеймс Фрэзер в рамках своей теории выделяет ранние этапы развития культа умирающего и воскресающего божества: Земля и урожай является главной ценностью для земледельца. Поэтому понять, как воздействовать на этот процесс, было одной из главных составляющих мышления человека. Сначала выделяется «дух зерна» — сила плодородия, та которая и ведёт к урожаю. Обычно он мыслился остающимся в последних несжатых колосьях, при помощи манипуляций с которыми («завивание бороды», «последний сноп») земледелец пытался сохранить и возродить плодородную силу земли. «Дух зерна» с течением времени переходит в стадию Хозяина зерна, это уже не дух, но то, что им повелевает. Персонификация (Ярило, Кострома, Кострубонько). Это ещё не боги — им не поклоняются, и культ их носит временный характер (почитание чучела в определённый праздник). Обожествление — хотя аграрное происхождение его и не исчезло — празднование в честь них ещё сопряжено к земледелию, но уже и есть постоянное поклонение им (Персефона, Осирис и т. д.)
На основании этого Фрэзер выделяет и 5 стадий развития христианства Фрэзер Дж. Золотая ветвь. — : АСТ, 2003. — С. 417—502..
Также исторические этапы формирования представлений об умирающем и воскресающем боге как средоточии некоей сверхъестественной силы плодородия и плодовитости были выделены советским фольклористом В. Я. ПроппомПропп В. Я. Русские аграрные праздники. — СПб.: Терра, 1995. — С. 108—110.: древнейший этап: воплощением силы является дерево сила мыслится живущей в дереве воплощение силы, отделяемой от дерева, антропоморфизируется, приобретает облик человеческого существа антропоморфное существо получает имя и воплощается в виде чучела, о котором вспоминают только на время праздника существу начинают приписывать уже постоянное существование, оно обретает божественный статус (Осирис, Таммуз, Аттис и др.)
Советский религиовед С. А. Токарев так же, как и Фрэзер считает, что умирающие и воскресающие боги — земледельческие божества, духи растительности, смерть и воскресение которых — олицетворение земледельческого процессаТокарев С. А. Религия в истории народов мира. — М.: Политиздат, 1986. — С. 303—304, 325..
Советский фольклорист Е. М. Мелетинский относит миф об умирающем и воскресающем боге к календарным мифам. Он пишет: «календарные мифы (теснее всего связанные с земледельческими культами и в значительной мере ими порождённые) повествуют либо об исчезновении и возвращении, об убийстве и воскресении земледельческого бога, иногда с чертами царя-жреца, либо о борьбе мифических персонажей, персонифицирующих бесплодный и плодородный сезоны, либо о том и о другом вместе. Важный момент ритуала плодородия часто остаётся за пределами самого мифического рассказа»Мелетинский Е. М. Мифы древнего мира в сравнительном освещении .
Русский философ А. Ф. Лосев считал, что представление об умирающем и воскресающем боге появилось в эпоху матриархата. Оргиастический юный бог был одновременно и сыном, и любовником Великой матери-богини, ключевой фигуры в мифологии «зрелого матриархата»Теория о матриархате отвергнута современной наукой. (Без источника). Этот бог, по его мнению, был лишь придатком единой космической богини, этой «стихийно-чудовищной силы», управляющей решительно всем в миреЛосев А. Ф. Античная мифология в её историческом развитии. — М.: Учпедгиз, 1957. — С. 64-65..
Критика «аграрной» теории