Нестяжа́тели — монашеское движение в Русской православной церкви конца XV — первой половины XVI веков, появление которого связано со спором о монастырском землевладении, против которого они выступали. В этом вопросе им противостояли иосифляне, однако спор между ними не исчерпывается вопросом о монастырских вотчинах и вообще имущественными вопросами: различия во взглядах касались отношения к раскаявшимся еретикам, отношении к поместному (национальному) и общецерковному преданию, ряду других вопросов. Данный спор, окончившийся победой иосифлян, имел большое значение для Русской церкви.
Значение полемики о монастырских имуществах выходит за рамки вопросов монашеской аскезы. Многие исследователи, в частности Нина Синицына, рассматривают нестяжательство не только как аскетическую норму, но и как этический принцип, характерный для русского менталитета и развивавшийся под влиянием старчества: «Значение проповеди нестяжания как составной части монашеского аскетического идеала — в её влиянии на „мирское“ общество, на такую черту русского национального менталитета, как отношение к собственности и к использованию чужого труда»Синицына Н. В. Типы монастырей и русский аскетический идеал (XV—XVI вв.) // Монашество и монастыри в России XI—XX вв. — С. 143..
Сами нестяжатели, как и иосифляне, судя по сохранившимся документам, почти не использовали этот термин. Известны два случая употребления этого слова в данном смысле: Максим Грек в 1520-х годах написал диалог, в котором о монастырских богатствах спорят «Нестяжательный» и «Любостяжательный»; нестяжателем назвал опального князя Вассиана (Патрикеева) сосланный новгородский инок Зиновий Отенский, выступая с критикой против него. Лишь в конце XIX века этот термин был введён в употребление; он устоялся и стал привычен. Однако следует учесть, что личное нестяжательство иноков крупных общежительных монастырей (в том числе и Иосифо-Волоцкого) было, пожалуй, радикальнее, чем скитских монахов, так как имущество в общежительном монастыре является общим, и это исключает необходимость личного имущества, в скиту же по самим условиям жизни наличие в личной собственности каких-либо предметов — неизбежно, поэтому ряд авторов (Николай Никольский, Яков Лурье, Екатерина Романенко и др.) высказываются за условность термина «нестяжатели».
Нестяжание как монашеский обет Нестяжание (произвольная нищета) — один из трёх монашеских обетов, которые даются при постриженииКроме обета нестяжания постриженник даёт ещё обет безбрачия и обет послушания.. Монах, уповающий на Царство Небесное, странник в этом мире, поэтому он отрицается не только от земных богатств, но даже от минимального имущества«О трёх обетах монашества: девстве, нестяжании и послушании».. Гарантии его безопасного существования не в обильных запасах, а во Христе. В Нём монах обретает лучшее и нетленное богатство:
«Имуществом, богатством, сокровищем инока должен быть Господь наш Иисус Христос», — пишет святитель Игнатий (Брянчанинов)Свт. Игнатий (Брянчанинов). «О нестяжании».. Склонный же к стяжательству монах «в имуществе видит средства уклониться от влияния превратностей». Но «делается сердце вещелюбца жёстким и чуждым всякого духовного ощущения».
«Нестяжание есть отложение всех житейских забот, отчуждение печали», — пишет преподобный Иоанн ЛествичникИоанн Лествичник. Лествица. Слово о пользе удаления от мира..
В ответе богатому юноше Христос говорит ему:
В словах Господа не завет, а совет: «Если хочешь быть совершенным…», и есть выбор. Однако огорчённый юноша не решается сделать его, так как:
Нестяжание — это не простая моральная заповедь, а условие совершенства, к которому должен стремиться инок. Тогда он становится гражданином Царства Небесного. Однако одного отказа от обладания имуществом недостаточно. Истинное нестяжательство состоит в отчуждении сердца от всего земного. Пристрастие ко всему вещественному оказывается хуже обременённости обширным имением.
Монастырское землевладение на православном востоке
Безусловно, проблема монастырского хозяйства, обременяющего братию не свойственными монахам заботами, была не нова, и обнаруживается, прежде всего, в Византии. Византийские монастыри с древнейших времён обеспечивались значительными земельными пожалованиями, которые предназначались для содержания многочисленного монашества империи. Значительный рост монастырского землевладения наблюдается в эпоху македонской династииИменно в эту эпоху была крещена Русь.. В XIV веке, во времена подъёма сербской государственности, активно раздаёт монастырям земли сербская знать. Особыми привилегиями пользуются крупные афонские монастыри: сербский Хиландар и русский Пантелимонов. Принимали земельные пожертвования и монастыри на Руси, в том числе Киевский Печерский монастырь преподобного Феодосия. Это обычная практика в государствах, в которых знать православная. Однако такое привилегированное положение влечёт за собой ряд неприятных моментов, связанных с обмирщением монашествующих. Поэтому голоса против крупного землевладения монастырей раздавались и на востоке. В частности, активно против значительного монастырского землевладения выступал архиепископ Фессалоник Евстафий Солунский. Он требует ограничения монастырского землевладения, как наносящего большой вред тем, кто на словах решил принять иноческий образ. Малым монастырям вообще не стоит иметь земли. Монастыри должны быть лишены независимости. Подчиняться монастыри должны своим епархиальным владыкам с одной стороны и светской власти с другой. Ибо в монастырях, которые не подчинены светским надзирателям, монахи вынуждены сами заниматься делами и «вместо псалтыри держат в руках весы несправедливости и фальшивые монеты; их пальцы приспосабливаются к обману крестьян»Каждан А. П. Византийский публицист XII века Евстафий Солунский // Византийский временник. — 1968. — Т. 29. — С. 67-68.. Скорое почитание солунского владыки на Афоне и в Македонии говорит о популярности его взглядов среди монаховЕвстафий умер в конце XII века. Примеры его почитания известны с начала XIV века. Это фрески кафоликона монастыря афонского Ватопед, относимые к 1312 году, и фрески монастыря Святого Георгия в Старо-Нагоричино в Македонии.. Начавшееся в начале XIV века «монашеское возрождение», связанное с именем преподобного Григория Синаита, по-новому поставило вопрос о целях монашеской жизни и, соответственно, о монастырских имуществах. По меньшей мере, неизвестны факты владения землёй парорийских обителей преподобного Григория или Килифаревского монастыря преподобного Феодосия Тырновского, ученика Григория Синаита.
В рамках настоящей статьи важен взгляд на монастырское землевладение одного из представителей этого движения ученика преподобного Феодосия Тырновского, Киевского митрополита Киприана, занимавшего кафедру русской митрополии в конце XIV — начале XV века. В ответах на вопросы, данные, очевидно, игумену Серпуховского Высоцкого монастыря Афанасию, Киприан пишет: «Села и люди держати иноком, не предано есть святыми Отци». Однако «послежде по малу въ разслабление прииде вещь, и начаша манастыре те и скиты держати села и стяжания». «А еже сего страшнейши, яко повнегда черньцам начатии селы властоватись, и мужеъ и женвмъ судити, часто хождения въ них творити и о нихъ печаловатися. <…> Но аще бы мощно, сице: бытии селу подъ манастыремъ, еже николиже черньцу не бытии въ немъ, но мирянину некоему богобоязниву приказати и тому печаловатися бы о всякыхъ делех; въ манастырь же бы готовое привозилъ житом и иными потребами». «Пагуба черньцем селы владети…»Акты Исторические Том 1 № 253. с. 479—480. Послание митрополита Киприана игумену Афанасию.,— заключает святитель. Иными словами, святитель утверждает, что владение сёлами не заповедано отцами церкви, но этот обычай утвердился по немощи, «расслаблению». Инокам не стоит самим заниматься управлением хозяйством, которое доставляет им многие соблазны, а привлекать для этих целей благочестивых мирян. В другом документе митрополит последовательно отстаивает церковные имущества. В настольной грамоте Новгородскому Архиепископу Иоанну, Киприан определяет: «А что погосты и сёла и земли и воды и пошлины, что потягло к церкви Божьи, или купли, или кто дал по души памяти деля, а в то ни один христианин не вступается, а кто вступится, того не благословляют божественные правила»Акты Исторические том 1 № 7. с. 16. Документ из рукописи «Иосифа Волоколамского о новгородских еретиках и послания митрополитов Киприана и Фотия во Псков»..
Особенность монастырского быта на Русском Севере
На деле устроителям обителей приходилось сталкиваться не только с духовными искушениями, но и со вполне материальными проблемами. Климатические условия Русского Севера сильно отличаются от более тёплых, плодородных и густонаселённых земель юга. Область Заволжья и Вологодского края имеют неплодородные земли, сырой холодный климат, короткий сельскохозяйственный период и, соответственно, редкое население. Прокормиться за счёт одной только милостыни, которая поступала в монастырь крайне нерегулярно, было невозможно. Это, по мнению Н. К. Никольского, Е. В. Романенко и ряда других исследователей, делало неизбежным вотчинное хозяйство любого крупного русского монастыря. Прокормиться примитивным рукоделием в суровых условиях было довольно сложно, и зачастую насельники вновь устроенных монастырей попросту голодалиТакой пример есть в житии преподобного Антония Сийского, Диодора Юрьегорского.. Николай Никольский первым, с практической стороны, обратил внимание на невозможность нестяжательского идеала в условиях Русского Севера: «Для многолюдной общины здесь был неизбежен вотчинный быт. Чтобы выполнять неопустительно все иноческие обязанности, которые предписывались общежитиям, … необходимо было монастырю предоставить обработку земли крестьянам, а самому сделаться хозяином вотчинником…»Христианское чтение : журнал. — 1907. — № 8. Ч. 1. — С. 159.. Никольский на основании деловых бумаг Кириллова монастыря пришёл к выводу, что и преподобный Кирилл не только не выступал против приобретения населённых земель, но и сам приобретал их. Сохранились 24 купчие, подписанные рукой самого преподобногоНикольский Н. К. Общинная и келейная жизнь в Кирилло-Белозерском монастыре в XV и XVI веков и начале XVII. — 1910. — С. 11.. Приобретали земли и преемники преподобного игумены Христофор, Тихон и Кассиан.
Вассиан Патрикеев, а впоследствии и либеральные историки, утверждали, что Кирилл Белозерский земель не приобретал. Основание для таких утверждений давало и житие преподобного Кирилла, написанное Пахомием Логофетом. Известные случаи отказа преподобного Кирилла от сёл связаны не с принципиальным их отрицанием, а с большой удалённостью предлагаемых вкладов, что предполагало бы долгие отлучки монахов из монастыря и погружение их в мирскую жизньХристианское чтение : журнал. — 1907. — № 8. Ч. 1. — С. 162..
Следует заметить, что в том же XV веке монастыри северных (ещё независимых Новгородских) земель почти на 100 лет дольше прочих русских епархий продолжали ориентироваться на довольно свободолюбивый Студийский уставПентковский А., преподаватель МДА. Литургические реформы в истории Русской Церкви и их характерные особенности // Журнал Московской Патриархии. 2001. — № 2. — С. 72-80., согласно которому монахам дозволялось самовольно избирать себе игумена и изгонять его из монастыря, либо самим уходить в мир с оставлением всех монашеских обетов; ослаблялись посты, сокращались утомительные богослужения и т. п. Только после присоединения новгородских земель к Великому княжеству Московскому, на Русском Севере окончательно утвердился общий для всего православия строгий Иерусалимский устав.
Отношение к монастырским имуществам преп. Нила Сорского