Архиепископ Феофа́н (в миру Елисе́й, по другим сведениям — Елеаза́р Цере́йский, после смерти родителей взял фамилию своего дяди Прокопо́вич; 8 (18) июня 1680, Киев, Русское царство — 8 (19) сентября 1736, Санкт-Петербург, Российская империя) — русскийГайденко П. П. Декарт Рене // Большая российская энциклопедия: научно-образовательный портал — URL: https://bigenc.ru/c/dekart-rene-01cca8/?v=7635573 . - Дата публикации: 27.06.2023 и украинский политический и духовный деятель, богослов, писатель, поэт, математик, философ, переводчик, публицист, универсальный учёный. Писал на русском, польском и латинском языках. Ректор Киевской академии (1710—1716), архиепископ Псковско-Великолукский и Нарвский (1718—1725), архиепископ Новгородский (1725—1736).
С 25 января 1721 года — первый вице-президент Святейшего правительствующего синода (и по смерти Стефана Яворского — его фактический руководитель), с 15 июля 1726 года — первенствующий член Синода Православной Российской церкви; проповедник, сподвижник Петра I.
Детство и образование Родился в Киеве 18 июня 1681 года в семье мелкого торговца, предположительно выходца из Смоленска; имена родителей неизвестны. Об отце ничего не известно, носил фамилию матери. Оставшись в раннем возрасте сиротой, был взят на воспитание дядей по материнской линии — Феофаном Прокоповичем, ректором Киево-Братской коллегии и наместником Киево-Братского монастыря. Образование получил в Киево-Могилянской академии; совершенствовал свои знания во Львове и после перехода в униаты обошёл пешком всю Европу. Посещал университеты в Лейпциге, Халле, Йене.
В 1701 году в Риме поступил в прославленную тогда иезуитскую коллегию св. Афанасия, учреждённую для греков и славян.
Прослушав в этой коллегии полный курс, приобрёл значительные знания в исторических, богословских и философских сочинениях, а также в древнеклассической литературе и своими выдающимися способностями обратил на себя внимание папы Климента XI, но не захотел остаться в Риме и в 1704 году вернулся в Киев.
Преподавательская деятельность в Киеве Вернувшись в Киев и снова обратившись в православие, он стал преподавать в Киево-Могилянской академии сначала поэтику, потом риторику, философию и наконец, богословие. По всем этим предметам он составил руководства, отличавшиеся от других подобных изданий того времени ясностью изложения и отсутствием схоластических приёмов.
Будучи преподавателем поэтики и удовлетворяя обычаю, требовавшему сочинения драматических представлений для школьной сцены, написал трагикомедию «Владимир», посвящённую гетману Мазепе, в которой, изображая победу христианства над язычеством и осмеивая жрецов, как поборников суеверия и невежества, выступил горячим защитником просвещения и сторонником начатой уже императором Петром Великим решительной борьбы со старыми народными предрассудками.
По случаю Полтавской победы 1709 года сочинил панегирическую проповедь, которая была по приказанию Петра переведена на латинский язык самим автором.
В 1711 году был вызван в царский лагерь во время Прутского похода, а по возвращении оттуда сделан игуменом Братского монастыря и ректором Киево-Могилянской академии.
Продолжая свою преподавательскую деятельность, издал ряд популярных рассуждений, диалогов и проповедей о различных богословских вопросах. Все эти сочинения отличаются живым и остроумным изложением и стремлением к критическому анализу. Несмотря на полученное в юности католическое образование, Феофан являлся заклятым противником всего католического в науке и жизни и поклонником новой европейской науки, созданной Фрэнсисом Бэконом и Рене Декартом; он решительно выступал с резким, принципиальным отрицанием всякого авторитета духовенства как учительского сословия, требуя свободного, критического отношения ко всем научным и жизненным вопросам и опровергая старую теорию о первенстве духовной власти над светской и вообще о первенстве духовенства над всеми прочими сословиями.
В Петербурге В 1716 году царём Петром I был вызван в Санкт-Петербург.
Здесь Феофан сначала выступил в качестве проповедника-публициста, разъясняя действия власти и доказывая необходимость преобразований, а также осмеивая и сатирически обличая её противников. Из этих проповедей особенно замечательны слова о царском путешествии за границу и «Слово о власти и чести царской» (1718), посвящённое доказательству необходимости для России неограниченного самодержавия, причём проповедник особенно вооружался на «богословов», полагавших, что власть духовная выше светской.
Феофан Прокопович проповедовал цезаропапизм, утверждая, что император (даже языческий) есть видимый Глава церкви, «понтифекс», в доказательство чего в июле 1721 года им был издан трактат под названием «Розыск историческии, коих ради вин, и в яковом разуме были и нарицалися императоры римстии, как язычестии, так и християнстии, понтифексами или архиереами многобожнаго закона; а в законе христианстем, христианстии государи, могут ли нарещися епископи и архиереи, и в каком разуме» (1721). Идеология цезаропапизма Феофана стала де-факто идеологией Православной Российской Церкви в Синодальный период (1721—1917). Присяга для членов Святейшего синода гласила: «<…> Исповѣдую же с клятвою крайняго Судію Духовныя сея Коллегіи быти Самаго Всероссійскаго Монарха Государя нашего Всемилостивѣйшаго. <…>».
2 июня 1718 года Феофан был рукоположен во епископа Псковского и Нарвского, фактически пребывая в Петербурге, и с этого времени становится главным помощником Петра Великого в делах духовного управления. Через его руки проходят, им составляются или, по крайней мере, редактируются все важнейшие законодательные акты по делам церкви; по поручению царя он пишет предисловия и толкования к переводам иностранных книг, учебники, богословские и политические трактаты и проч. Им составлен «Духовный регламент» (1721), «Слово похвальное о флоте российском», «Слово о власти и чести царской» (1718), написаны предисловие к Морскому уставу (1719), краткое руководство для проповедников, «Объявление» о монашестве (1724), трактат о патриаршестве, «Первое учение отроком», рассуждения о браках с иноверцами, о крещении, о расколе, подробный комментарий к «Уставу о престолонаследии» под заглавием: «Правда воли монаршей во определении наследника державы своей» (1722) и мн. др. Феофан выступал также как поэт, автор силлабических виршей («За Могилою Рябою» — о Прутском походе, посвящение Антиоху Кантемиру, эпиграммы).
При учреждении в январе 1721 года Святейшего синода (Духовной коллегии) Феофан стал его первым вице-президентом (и по смерти Стефана Яворского — его фактическим руководителем), с 15 июля 1726 года — первенствующий член Синода.
Пётр нередко делал Феофану подарки: лично сам подарил ему несколько деревень, дарил значительные денежные суммы. В Петербурге Феофан выстроил себе обширное подворье на левом берегу реки Карповки (Карповское подворье).
В то время, как представители великорусской церковной партии и старшие иерархи из киевских учёных, руководителем которых был Стефан Яворский, в своих воззрениях на отношения светской власти к духовной, а также и в некоторых богословских вопросах, склонялись к католическому учению, Феофан стоял на точке зрения, близкой к убеждениям протестантских богословов, среди которых он имел немало друзей и почитателей.
В частности, Феофан Прокопович признавал Бога как основу всего сущего, но одновременно он считал, что «материю нельзя никогда ни создать, ни разрушить, ни уменьшить, ни увеличить»Замалеев А. Ф. История русской философии. (§ Киево-Могилянская академия и восточнославянский перипатетизм), поскольку она развивается на почве собственных, заложенных природой, закономерностей. Он отвергал взгляды, по которым материя не имеет собственного существования, называл учение Платона «сказкой», а его же учение об идеях — пустым бредом, так как считал, что ничто не возникает из ничего и мир является материальным. Материя едина и во льве, и в камне, и в человеке. Возникновение и уничтожение, «круговорот небес», движение элементов, активность и застылость, другие состояния и возможности вещей происходят благодаря движению, которое является основой всегоІгор Шаров. 100 видатних імен України. — К.: АртЕк, 2004. — С. 334. ISBN 966-505-218-7.
С был архиепископом Великого Новгорода и Великих Лук.
Его политические убеждения, основой которых была теория так называемого «просвещённого абсолютизма», всецело разделялись Петром I. При таком положении дела многочисленные враги Феофана не имели возможности ему вредить. По смерти Петра обстоятельства изменились: ему пришлось выдержать ожесточённую и опасную борьбу, отражая обвинения уже не столько богословского, сколько политического характера. Но сумел искусно воспользоваться обстоятельствами вступления на престол императрицы Анны и стать во главе той партии «среднего чина людей», которые разрушили замыслы «верховников» подачей государыне известной челобитной о восстановлении самодержавия.
Благодаря своему деятельному участию в этом событии, вновь приобрёл прочное положение при Дворе и в Синоде — и обрушился на своих старых врагов, полемику с которыми на этот раз повёл уже не столько в литературе, сколько в застенках Тайной канцелярии. Жертвы мстительности Феофана исчисляются сотнями, в том числе многие архиереи: Феофилакт (Лопатинский), Георгий (Дашков), Игнатий (Смола), Сильвестр (Холмский-Волынец), Варлаам (Вонатович).
В Новгороде для совершения богослужений и рукоположения ставленников с 1734 года держал своим «споспешником» выехавшего из Грузии епископа Иосифа (Хвабулова), ни слова не понимавшего по-русски.
Прежний горячий защитник реформы, действовавший во имя интересов просвещения, в котором он видел единственный залог блага России, Феофан теперь, при изменившихся условиях русской жизни, хотя и старается ограждать результаты реформы от посягательств реакции, но по существу своей роли официального проповедника-публициста обращается из деятеля прогрессивного в строгого консерватора и становится панегиристом, оправдывающим существующий порядок даже и в тех случаях, когда он противоречил его собственному идеалу.
Феофана Прокоповича принято считать автором тезиса о триедином русском народе, концепция которого впоследствии стала официальной государствообразующей в Российской империи, и о самодержце Великой, Малой и Белой Руси.
Скончался на своём Карповском подворье в Петербурге 8 сентября 1736, произнеся при кончине своей слова: «О главо, главо! разума упившись, куда ся приклонишь?». Тело его было перевезено в Новгород и 20 сентября архиепископом викарным Иосифом погребено в южной стороне Софийского собора, подле тела Новгородского митрополита Иова.
Его богатая библиотека в 1742 году была передана в открывшуюся Новгородскую духовную семинариюВерховской П. В. Библіотека Новгородской духовной семинаріи и ея сокровища. — Варшава: Тип. Варшавского учебного окр., 1913. — 10 с..
Как писатель и теоретик литературы
Трагикомедия Феофана «Владимир» в русской культуре породила настоящую традицию, полемика с которой определила творческое развитие таких писателей и драматургов, как Яков Княжнин, Фёдор Ключарёв, Михаил Херасков, Андрей Муравьёв и Александр Грибоедов.
Выступал Феофан и как теоретик литературы и ораторского искусства. Составленные им «Поэтика» (1705) и «Риторика» (1706—1707) популяризировали теоретиков античности, Возрождения, барокко. Прокопович признавал искусство, утверждённое определёнными правилами и наставлениями, но поддерживал и принцип правдоподобия. Порицал Феофан «буйство» слога, «темноту» стиля, неумеренное употребление тропов и фигур. Кроме трагедии и комедии, Феофан допускал промежуточный драматический жанр — трагедокомедию. До Ломоносова он предлагал в «Риторике» различать три слога: высокий, средний и низкий. Все эти идеи Феофана предваряли будущий классицизм, утверждение которого на русской почве связано с именами Кантемира, Тредиаковского, Ломоносова и Сумарокова.