Ви́ктор Алексе́евич Екимо́вский (12 сентября 1947, Москва, СССР — 6 января 2024, там же, Россия) — советский и российский композитор, музыковед и музыкально-общественный деятель: секретарь Союза композиторов России, член Правления Союза московских композиторов, с 1996 года Председатель Ассоциации современной музыки, организатор конференций и фестивалей («Страсти по поставангарду», «Музыка русского зарубежья», «К 10-летию Ассоциации современной музыки»), консультант на мастер-классах (Иваново — 1983—1984, Кишинёв — 1998, Македония — 2001, Москва-Руза — 2003—2010). Заслуженный деятель искусств Российской Федерации (2003).
Виктор Екимовский имел пожизненную репутацию «неукротимого новатора» и сторонника экспериментов. Он один из самых исполняемых современных композиторов и один из виднейших представителей отечественной композиторской школы, сформировавшейся в конце XX столетия и продолжающей активную деятельность в XXI веке. Произведения композитора пользуются широким признанием российской и зарубежной публики, их исполняют известные отечественные и европейские солисты, ансамбли и оркестры.
Биография Виктор Екимовский родился в московской семье, не имевшей отношения к музыке, хотя оба родителя имели высшее образование: отец был военным, а мать — медиком. Музыкальные занятия Виктор начал с шести лет, в Детской музыкальной школе № 2 Фрунзенского района Москвы (ныне ДМШ имени Вано Мурадели). В музыкальную школу родители отдали не потому, что у ребёнка проявились какие-то особые таланты, но в семье сочувственно относились к музыке. С первых классов у Виктора сложился «комплекс отличника». Четвёрки в дневнике приводили к психологическим травмам, а сам по себе «дух музыки» почти полностью сводился к нудным упражнениям Майкапара и Черни. При том ребёнок обладал абсолютным музыкальным слухом, а потому отдушиной для него были только уроки сольфеджио. К шестому классу школы созрело решение бросить музыку, и тогда только твёрдая воля родителей и первые попытки сочинительства (1960 год: фортепианные пьесы «Полька», «Ноктюрн» и песенка «Лыжная прогулка») заставили Виктора продолжить обучение и закончить музыкальную школу. Спустя год после окончания музыкальной школы, Екимовский поступил в Гнесинское училище. Первое знакомство с творчеством Сергея Прокофьева заставило более серьёзно отнестись к сочинительству. Со второго курса училища Екимовский начал посещать факультативные занятия по композиции. Закончив Гнесинское училище с красным дипломом и получив отрицательный отзыв приёмной комиссии Консерватории, Виктор Екимовский затем поступил в Гнесинский институт на историко-теоретико-композиторский факультет — по воле случая, в класс Арама Хачатуряна. Уважение к учителю очень скоро испарилось из-за его крайне отсталой эстетики и консервативных музыкальных вкусов. Уже тогда Виктора Екимовского от прочих студентов отличала живейшая склонность к экспериментам, хотя ещё робким. Знакомство с музыкой Веберна, Пендерецкого, Лютославского, Онеггера приводит к творческому кризису и пересмотру позиций. 1967-1969 год проходят под знаком медленных размышлений и вызревания «новой музыки». «Диссидентом от искусства я стал гораздо раньше <…> Первые идеологические трения с моим композиторским начальством возникли в том же 1969 году. Оно и неудивительно, ведь именно этот год знаменует наступление качественно иного этапа в моей творческой биографии. В музыкальном мышлении Екимовского произошёл, наконец, долгожданный и можно сказать революционный переворот: мне привиделись новые идеи, послышались новые средства, и открылась новая техника. Другими словами, я ВЫШЕЛ К НОВОЙ МУЗЫКЕ. Этот выход был документально зафиксирован новой стартовой нумерацией, а для пущего эффекта — и качественно иным жанровым определением новых творений: отныне они будут называться композициями.<…> К первым произведениям „композиционной“ эры я сразу предъявил жёсткое и обязательное требование: каждое из них должно обладать новой и оригинальной конструктивной идеей, основанной, по возможности, на экспериментальных музыкальных средствах». В этих словах в сжатой форме содержится творческое лицо и авторское кредо композитора Екимовского на оставшуюся жизнь. Творческий кризис был пройден. К концу 1969 года список «новых композиций» насчитывал уже четыре номера. Первый авторский концерт Екимовского состоялся 3 декабря 1970 года в Камерном зале Гнесинского института. На нём были исполнены Композиции 1,2,5 и 7. К этому же времени относится и начало более серьёзных занятий музыковедением. «Поначалу музыковедение было для меня чем-то вроде игры: если я узнавал что-либо новое и интересное из бесконечного мира музыки, мне хотелось своими знаниями с кем-нибудь поделиться <…> Потом отношение стало серьёзней. Видимо, жажда получения настоящих профессиональных навыков и привела меня к мысли о музыковедческом классе, тем более я видел совершенно уникального педагога, у кого можно было многому научиться — Константина Константиновича Розеншильда (к счастью, он от меня не отказался, хотя студентов-дипломников брал крайне редко)». Именно Розеншильд впоследствии и подтолкнул Виктора Екимовского к основной теме его музыковедческих исследований (и диссертации) — Оливье Мессиану… Несомненно, нужно было обладать большой смелостью и мужеством, чтобы в обстановке всеобщего осуждения мессиановского формализма начала 1970-х годов, отважиться на дипломную работу об этом заведомо «порочном композиторе». В данном случае рисковали оба: и студент, и его научный руководитель. Защита диплома прошла на «отлично», хотя в день сдачи экзамена Розеншильд очень нервничал и слёг с инфарктом. Спустя 8 лет Виктор Екимовский посвятил учителю свою (первую в СССР) монографию о Мессиане. В 1983 году Екимовский защитил в Ленинградской консерватории диссертацию на звание кандидата искусствоведения по теме «Оливье Мессиан. Проблемы эстетики и стиля» (научный руководитель Г. Т. Филенко). // Grove’s Dictionary of Music & Musicians 2001, Yekimovsky (Музыкальный словарь Гроува)
Однако далеко не всё так гладко получилось с дипломом композиторским. Экзаменационной комиссии Екимовский представил своё алеаторическое сочинение «Sublimations» или «Переходы» (один из первых опытов в СССР, наряду со Шнитке, Пяртом и Сильвестровым). Разумеется, что «недопустимое по стилю» сочинение (и вместе с ним студент Екимовский) не было допущено к исполнению симфоническим оркестром и выпускному экзамену. Наскоро написав «взамен» отвергнутой другую, впрочем, ничуть не менее экспериментальную Композицию 9 («Лирические отступления» с коллажами из музыки Малера, Барбера, Брамса и Чайковского), Екимовский рисковал ничуть не меньше. И только рекомендательная записка Хачатуряна из больницы и его заступничество на экзамене (не хотел портить выпуск) спасла положение. Негласная «композиторская субординация» не позволила раздражённым композиторам-преподавателям пойти против воли корифея советской музыки. Получив отличную оценку на экзамене 12 июня 1971 года, Екимовский, тем не менее, (в качестве реванша) не получил рекомендации в аспирантуру.
Отработав по распределению два месяца в музыкальном училище города Орла, Виктор Екимовский отслужил один год в армии по призыву (потерянное время), затем снова вернулся в Орёл и преподавал там ещё полгода. Затем три года преподавал в ГИТИСе, одновременно подрабатывая на радио (делая радиопередачи «Музыкальный глобус»). К началу 1974 года снова начали появляться «Композиции» и понемногу разворачиваться концертная деятельность Екимовского. Именно этим годом датировано его знаменитое «Balletto» (произведение в жанре инструментального театра) для дирижёра и ансамбля (Композиция 14) — впервые «показанное» Марком Пекарским, очень скоро оно стало одним из самых исполняемых сочинений Екимовского, (за 35 лет выдержало более 150 представлений). Благодаря поддержке Альфреда Шнитке и Эдисона Денисова, а также телефонному звонку Арама Хачатуряна, в 1974 году Екимовскому (опять не без сложностей и скандала) удалось вступить в Московское отделение Союза композиторов.
Три ленинградских года (1975-78) были посвящены написанию диссертации по Оливье Мессиану и восполнению внутренних культурных пробелов. Екимовский много читает: Гессе, Кафка, Булгаков и, главное: Фрейд и Ницше. Главная «Композиция» этих лет «Иерихонские трубы» для 30 медных инструментов. В качестве отклика на внутренний диалог с Ницше чуть позже будет написано «Вечное возвращение» («Die ewige Wiederkunft»). В 1979 году по следам диссертации появилась книга о Мессиане (была издана на восемь лет позднее) и «Бранденбургский концерт» (Композиция 28). Концерты и исполнения произведений в эти годы можно пересчитать по пальцам. И только начиная с 1980 года, публичная картина постепенно начала изменяться. Екимовского исполняют с каждым годом всё чаще и шире. Среди городов, где проходили его концерты: Ленинград, Москва, Свердловск, Новосибирск, Баку, Тбилиси, Ереван, Таллин, Вильнюс и «даже» Белград. Одновременно понемногу нарастали и проблемы с официальными композиторскими организациями. За Екимовским прочно закрепилась репутация «формалиста первого разряда» и консервативное противодействие его концертам нередко приводило к отмене многих гастролей, выступлений или записей. Вместе с тем, пользуясь лабиринтами «эпохи застоя позднего социализма» Екимовскому иногда удавалось даже получать министерские заказы на музыку. Также он оформил своими сочинениями несколько кукольных спектаклей и мультфильмов для взрослых. Число опубликованных к тому времени музыковедческих работ перевалило за 40, а в 1987 году выходит из печати долгожданная монография о Мессиане. С 1984 года Виктор Екимовский начинает вести творческие семинары для молодых композиторов. В разных концах страны появляются люди, называющие себя его учениками.
1980-е годы прошли под знаком «верности авангарду» и непрерывному новаторству. Почти каждый опус Екимовского необходимым образом представляет собой «индивидуальный проект». Наиболее значительные сочинения этого времени: «Мандала» (1983), исполненная и записанная в Югославии, «В созвездии Гончих Псов» (1986). Но не только противодействие академических и советских кругов было помехой на пути признания. Всё поколение Екимовского, словно бы запоздав родиться на 10-15 лет, оказалось в тени «великой троицы», своих предшественников советского музыкального авангарда. "Мой пример никоим образом не следует считать исключительным — уверен, что все мои коллеги также тихо бродили вдоль глухого денисово-шнитке-губайдулинского забора. Притом, что многие достижения этой бродячей молодой поросли, говоря объективно, были вполне сравнимы с достижениями мэтров. <…> Но ничто не вечно под луной — самые стойкие оловянные солдатики дождались-таки своего часа, когда волею судеб в середине 90-х годов Денисов оказался в Париже, Шнитке в Гамбурге, а Губайдулина в Аппене. <…> В отсутствие «великих» быстро зацвели Вустин, Раскатов, Тарнопольский, Каспаров, перепало что-то и на мою долю. Правда, я зацвёл чуть раньше, и если быть точным, то с 1993 года, а ещё точнее — с московской премьеры фортепианой «Лунной сонаты». Началом своей «большой известности» сам Екимовский считает 16 ноября 1993 года, когда на концерте в рамках фестиваля «Московская осень» была исполнена его «Лунная соната». Через день в Коммерсантъ-DAILY появилась статья: «Джульетта Гвиччарди отвергла Бетховена. А полюбила бы она Виктора Екимовского?» Особенно характерным и удивительным кажется не ослабевающий с возрастом творческий поиск и желание непрерывных «перемен». Именно в эти годы окончательно складывается репутация Екимовского, как «одного из самых ярких представителей „левого“ экспериментального крыла российской музыки». Начиная с 1991 года Виктор Екимовский входит в число широко исполняемых в Европе современных российских композиторов. В 1993 году во Франции вышел его первый авторский диск.