Рой Чепмен Эндрюс (; 26 января 1884 — 11 марта 1960) — американский путешественник и натуралист, профессор, президент Американского музея естественной истории. Известен своими палеонтологическими экспедициями в Китай и пустыню Гоби в Монголии.
Биография
Детство и юность Рой Эндрюс родился 26 января 1884 года в маленьком промышленном городке Белойт на юге Висконсина, население которого к моменту его рождения составляло всего около 6 тыс. человек. Отец мальчика — Чарльз Эзра Эндрюс (Charles Ezra Andrews), оптовый поставщик аптекарских товаров родом из Индианы; мать — Кора Мэй Чапмен-Эндрюс (Cora May Chapman Andrews), домохозяйка. Единственная сестра Роя, Этелин Мэй (Ethelyn May), была старше его на 2 года.
Наклонности будущего исследователя и натуралиста проявились у Роя ещё в детстве: он увлёкся романами о Робинзоне Крузо, книгами и журнальными статьями о путешествиях и научных открытиях, и особенно скитанию по окрестным лесам и болотам. Рой подолгу проводил время на природе, пытаясь прокормиться лишь её дарами. В своей автобиографической повести он описывает это время следующим образом:
Я, как заяц, счастлив был только тогда, когда выбегал за порог дома. Оставаться в нём, как и до сих пор, было для меня пыткой. В любое время и при любой погоде: в дождь и солнце, безветрие и шторм, днём и ночью я был на улице, если только родители буквально не запирали меня внутри.
В 9-летнем возрасте Рой получил от отца дорогой подарок — дробовик, с которым с удовольствием охотился на оленей и диких птиц. Не рассчитывая только на помощь родителей, он рано начал зарабатывать себе на жизнь, помогая соседям по хозяйству. Где-то достав учебник американского натуралиста Уильяма Хорнадея, Рой самостоятельно выучился таксидермии и получил лицензию штата на коммерческое изготовление чучел — это умение особенно пригодилось ему позже для оплаты учёбы в колледже. Пару раз Рою удалось побывать в Филдовском музее естественной истории в Чикаго, после чего он твёрдо решил связать свою судьбу с естественно-научным музеем.
В 1902 году Рой получил аттестат о среднем образовании и сразу без труда поступил в местный , в котором проучился 4 года. Как и в школе, Эндрюс охотно изучал лишь литературу и естествознание, в то время как математика давалась ему с чрезвычайно большим трудом. Он также добился успехов в изучении английского и немецкого языков, экономики, археологии, истории и ораторского искусства. Участие в студенческом братстве Sigma Chi добавило опыта жизни в коллективе — работа ради общей цели способствовала подавлению эгоистических черт характера. Помимо учёбы, Рой продолжал охотиться — одна из поездок ранней весной чуть не стоила ему жизни. Каноэ, в котором Рой находился вместе со своим другом, перевернулось. В талой воде быстрого течения реки Рой сумел ухватиться за ветки торчащей из воды ивы и выбраться на берег, в то время как его компаньона свела судорога и он утонул.
Устройство на работу По воспоминаниям самого Эндрюса, пределом его мечтаний была работа в расположенном в Нью-Йорке Американский музей естественной истории. Поэтому, когда колледж посетил куратор отдела зоологии этого музея Эдмунд Ховей (Edmund Otis Hovey), Рой добился с ним встречи. Он показал профессору свою коллекцию чучел и рассказал о желании устроиться на работу в это учреждение. Ховей согласился передать просьбу директору музея Гермону Бумпусу (Hermon Carey Bumpus), но при этом предложил самому написать ему письмо. Ответ на письмо оказался стандартным — вежливый отказ с предложением при оказии в Нью-Йорке обращаться лично, однако Эндрюс принял его за чистую монету. Едва получив степень бакалавра искусств, он тут же отправился в финансовую и культурную столицу мира, даже отказавшись от выпускного подарка родителей — двухнедельной поездки в глухие леса на севере штата.
Диалог, состоявшийся в кабинете директора музея летом 1906 года, Эндрюс вспоминал потом многократно в своих публикациях. Бумпус, ещё раз выслушав рассказ Эндрюса, заявил, что в музее в настоящий момент вакантных должностей не имеется. — Но я не ищу должность, я просто хочу работать здесь. У вас должен же кто-нибудь мыть полы, почему бы этим не заняться мне? — Но человек с высшим образованием не может мыть полы! — Нет, я не говорю о любых полах. Музейные полы — совсем другое дело! Если позволите, я буду мыть их с любовью!
В результате Эндрюс был взят на работу ассистентом отдела таксидермии, которым заведовал его ровесник Джеймс Кларк (James L. Clark). В обязанности Роя на первом этапе входила разнообразная подсобная работа, в том числе и пресловутое мытье полов. Он также помогал Кларку в освоении нового метода изготовления чучел, разработанного Карлом Эйкли. Эндрюс и Кларк стали друзьями и даже жили в одной съёмной квартире.
Экспедиции, связанные с морской фауной Череда событий помогли Эндрюсу перейти в штат научных сотрудников музея, причём все они были связаны с животными, о которых он до сих пор не имел ни малейшего понятия. Спустя несколько месяцев после его трудоустройства у музея возникла проблема с установкой новой 23-метровой модели синего кита, и дирекция обратилась за помощью в отдел таксидермии. В последующие 8 месяцев группа рабочих под руководством Эндрюса подготовила «скелет» из металлических угольников, поверх которых были наложены деревянные рейки, после чего Кларк натянул поверх проволочную сетку и с помощью папье-маше создал иллюзию настоящего кита, с точностью воспроизведя мельчайшие анатомические детали. Эта работа провисела под потолком более 60 лет, пока в конце 1960-х годов в результате реконструкции зала не была заменена на более современную из стеклопластика.
Знакомство с китами
Ещё на стадии установки модели у руководства музея представилась возможность приобрести тушу другого кита — северного гладкого, убитого в районе местечка на Лонг-Айленде. На место были отправлены Кларк и Эндрюс с задачей сфотографировать и измерить морского гиганта, а также освежевать его скелет и ус. Туша лежала у самой кромки воды, и нанятой бригаде рыбаков, несмотря на 20-градусный мороз и порывистый ветер, за сутки удалось освободить от плоти лишь череп и несколько рёбер. Работу пришлось приостановить из-за начала сильного шторма, и когда спустя 72 часа Эндрюс с Кларком вновь смогли выйти на берег, всё тело животного было погружено в песок и на поверхности виднелись лишь верёвки с колышками, выполнявшие роль якорей. Несколько дней они вдвоём тщетно пытались вытащить останки — ледяная вода быстро заполняла углубления в песке и приходилось ежеминутно греть руки над костром. Рыбаки пришли на помощь лишь на четвёртый день, когда мороз сменился оттепелью.
На основании с трудом добытого экземпляра Эндрюс написал свою первую работу «Заметки о внешней и внутренней анатомии Balena glacialis Bonn» (), которую в начале 1908 года опубликовал научный бюллетень музея. Благодаря этой статье, а также предыдущим успешным проектам, весной того же года Эндрюс был переведён в отдел териологии и орнитологии, которым заведовал Джоэл Аллен.
Вскоре после перевода Эндрюс убедил Бумпуса отправить его в тихоокеанскую экспедицию, целью которой было бы изучение китов в их естественной среде обитания. Вооружённый блокнотом, биноклем, фотоаппаратом, измерительными и режущими инструментами, он с июня по сентябрь 1908 года сопровождал китобоев у берегов островов Ванкувер и Адмиралтейский, наблюдая за финвалами, кашалотами, горбатыми и синими китами. В результате экспедиции был собран обширный материал о характерном поведении животных, в том числе брачных ритуалах, рождении детёнышей и ухаживанием за потомством. В результате экспедиции впервые в истории были сделаны морские фотографии китов, а также произведены биометрические и поведенческие замеры. Благодаря этой экспедиции имя Эндрюса стало широко известно, его заметки с фотографиями появились в престижных печатных изданиях, таких как газета Нью-Йорк таймс и ежемесячный журнал .
Юго-Восточная Азия, 1909—1910 Не прекращая работу в музее, начиная с осени 1908 года Эндрюс начал брать классы в двух высших учебных заведениях Нью-Йорка: Колумбийском университете (курс зоологии) и Колледже терапевтов и хирургов ()В настоящее время — аффилированная с Колумбийским университетом медицинская школа Columbia University College of Physicians and Surgeons, а также читать лекции о китах, организованные Нью-Йоркской академией наук и местным департаментом образования. В университете курс эволюции млекопитающих вёл профессор Генри Осборн — сотрудник Американского музея естественной истории, только что принявший пост его президента. Обучение в колледже, сопровождавшееся углублённым изучением сравнительной анатомии в морге, едва не привело Эндрюса к продвижению по медицинской части. Очередной случай вновь вернул его на путь натуралиста-исследователя.
Осенью 1909 года государственная Комиссия по рыбным ресурсам и рыболовству США предложила Эндрюсу принять участие в организованной ей экспедиции по изучению фауны морской акватории у берегов острова Борнео и Голландской Ост-Индии (ныне — государство Индонезия). Специалисты рассчитывали получить информацию об обитающих в этих водах морских свиньях, и опыт Эндрюса в изучении китов пришёлся бы как нельзя кстати. Эндрюс воспринял это предложение как «приглашение в рай» — он был готов отправиться куда угодно, хоть на Северный полюс. Музей со своей стороны обязал Роя собрать коллекцию шкурок млекопитающих и птиц, которых он сможет добыть на берегу.
Путь в столицу Филиппин Манилу, где исследователя должно было подобрать научно-исследовательское судно «Альбатрос» (), лежал через Иокогаму, Шанхай и Гонконг, в которых Эндрюс останавливался на несколько дней. Особенно Эндрюсу запомнилась Япония, обычаи которой, а также район красных фонарей Ёсивара, он красочно описал в своей автобиографической повести. В Манилу «Альбатрос» должен был зайти лишь через несколько недель после того, как туда прибыл Эндрюс. Не желая терять времени, натуралист в сопровождении двух местных жителей высадился на необитаемом острове, на котором, по сведениям, гнездились экзотические птицы. Запаса еды и боеприпасов должно было хватить на 5 дней, по истечении которых капитан обязался забрать спутников с острова. Однако он не появился вовремя, и спутники Эндрюса забеспокоились. Сам Эндрюс чувствовал себя на месте Робинзона Крузо, книгу о котором мать в детстве перечитывала ему много раз. Когда закончилась еда и патроны, спутники сплели из пальмовых волокон сеть, которой ловили птиц и рыбу. Прибывший с опозданием на две недели капитан был вне себя от злости: он потерял время на ремонте двигателя и рассчитывал встретить истощённых голодом, а увидел хорошо отдохнувших людей, жаривших голубей с корешками.
Судно «Альбатрос», на котором Эндрюс провёл большую часть экспедиции, было оборудовано научной лабораторией, а также водочерпалками, тралами и сетями, и в первую очередь использовалось для вылова обитателей больших и малых глубин, главным образом рыб. За отсутствием морских свиней в обязанности Эндрюса входила рассортировка и классификация добычи на берегу. Основные работы проводились в морях Сулу, Сулавеси и Молуккском. Один раз на поверхность была вытащена фигура женщины с носа древнего корабля. Эндрюс довольно долго хранил её на палубе, но в конце концов вынужден был выбросить за борт из-за протеста капитанаВыбрасывая находку, Эндрюс прикрепил к ней свинцовую табличку со своими координатами и просьбой связаться с ним будущему владельцу.