Би́тва при Дьенбьенфу́ () — сражение между французскими войсками и армией Объединённого национального фронта Льен-Вьет, произошедшее в марте—мае 1954 года. Считается решающим сражением Первой Индокитайской войны, определившим поражение французских колониальных войск в регионе.

Стратегическая ситуация К 1953 году события Индокитайской войны стали складываться неблагоприятно для Франции. Успехи французских сил конца 1940-х — начала 1950-х не смогли сломить боевой дух Вьетминя, сражавшегося за независимость Вьетнама. В ходе военной кампании 1952—1953 годов вьетнамские силы сумели захватить значительные территории сопредельного Лаоса вплоть до Луангпхабанга, использовавшиеся для снабжения и переброски войск в обход французских укреплений на территории Вьетнама. В 1953 году французские силы начали укреплять оборонительные рубежи в районе Ханоя с целью подготовки наступательных операций в Северном Вьетнаме.

В мае 1953 года премьер-министр Франции Рене Мейер назначил Анри Наварра Верховным комиссаром Французского Индокитая. Мейер поставил Наварру единственную задачу — создать соответствующие военные условия для «почётного политического разрешения вопроса» Индокитайской войны, то есть получить более выгодные условия для будущих переговоров с представителями Вьетнама. Из Парижа в Сайгон был откомандирован адмирал Жорж Кабанье с инструкциями для Наварра: не предпринимать никаких масштабных шагов, оставив дальнейшее урегулирование индокитайской проблемы на усмотрение политиков. Однако у Наварра было свое представление о сложившейся обстановке: 2 ноября он принял решение создать укрепленную опорную базу в долине Дьенбьенфу в 280 км к западу от Ханоя, недалеко от границы с Лаосом. Заместитель Наварра, генерал-майор Рене́ Коньи́ считал необходимым сосредоточиться на обороне дельты Красной реки, но в итоге неохотно согласился с новым планом Наварра.

Согласно военному историку Филиппу Дэвидсону, по прибытии Наварр был шокирован существующей обстановкой в войсках: среди офицеров доминировали пораженческие настроения, они были готовы вернуться на родину «не победителями и героями, но ещё хотя бы не окончательно битыми». Их мало волновали проблемы, с которыми столкнутся их сменщики. Не было никакого генерального плана ведения войны с момента смерти предыдущего Верховного комиссара Латра, все действия носили характер ответных и оборонительных мер.

К началу очередной военной кампании войска Вьетминя создали угрозу прорыва в Лаос, который французы обязаны были защитить любой ценой, иначе их влияние в этом регионе оказалось бы подорвано, тем более, что в предыдущие периоды ДРВ уже показала, что может выставить на этом направлении значительные силы, которым гарнизоны в Лаосе ничего не могли противопоставить.

Получив общее представление о положении в регионе и обозначив наиболее критические места, Наварр определил, что необходимо устранить угрозу окончательного захвата Лаоса Вьетминем. Для этого он предложил разработанную полковником Бертье концепцию «ежа» () на основе опыта предыдущей французской оборонительной операции, в ходе которой защитники укреплённой базы в долине Нашан реки Да при поддержке авиации и снабжении по воздуху успешно отразили несколько атак противника и нанесли вьетнамским силам значительные потери. В соответствии с этой концепцией было предусмотрено создание недалеко от границы с Лаосом укреплённой авиабазы, способной выдержать штурм и служить опорным пунктом для группировки войск, способной наносить удары по коммуникациям противника вглубь Северного Вьетнама и Лаоса, что позволило бы отрезать вьетнамские войска от линий снабжения и тыловых служб, находящихся в Лаосе. Французское командование надеялось, что повторение успешного сценария битвы в долине Нашан в более крупных масштабах вынудит командующего Вьетминем Зяпа сконцентрировать вокруг укрепленного района большие силы и в конце концов пойти на штурм, который планировалось отразить за счёт технического превосходства французской артиллерии, авиации и танков.

Создание укреплённого района

Подготовка операции Местом для создания базы была выбрана долина у селения Дьенбьенфу, близ которого имелся полевой аэродром, построенный в годы Второй Мировой войны японской армией. Однако французскими стратегами не были учтены ряд критических отличий между Дьенбьенфу и Нашаном. Во-первых, в Нашане французская артиллерия заняла очень выгодные позиции на окружающих высотах, что позволило простреливать всю долину и оказывать отличную поддержку войскам, отражающим наступление противника. Зяп учёл этот опыт и в Дьенбьенфу его войска захватили большинство высот и разместили там свои артиллерийские батареи. Французская разведка недооценила количество артиллерии у противника, которой оказалось вчетверо больше чем французской. Во-вторых, Зяп учёл неготовность своих войск в боях за Нашан и перед битвой за Дьенбьенфу потратил несколько месяцев на наращивание сил в регионе, усиление войск артиллерией и зенитными орудиями. Зяп уделил особое внимание разведке и контрразведке — к моменту начала битвы вьетнамцы знали расположение всех артиллерийских расчётов французов, а их собственные артиллерийские позиции были хорошо замаскированы, и французы даже не смогли оценить количество и расположение артиллерии противника. В-третьих, в Нашане из-за слабых противовоздушных сил Вьетминя воздушное снабжение французской базы никогда не прерывалось. В Дьенбьенфу взлётная полоса, необходимая для взлёта и посадки транспортных самолётов, была разрушена массированным огнём артиллерии в первые же дни битвы, а сброс подкреплений и боеприпасов с воздуха страдал из-за эффективной работы вьетнамских зенитных орудий.

Имея перед собой задачу защитить Лаос, Наварр, тем не менее понимал, что данная задача невыполнима: тактика манёвренной войны была невозможной в джунглях Вьетнама, выстраивание оборонительных линий недостижимо из-за нехватки войск, размещение гарнизонов в городах Лаоса и снабжение их по воздуху было неосуществимо из-за больших расстояний между Ханоем, Луангпхабангом и Вьентьяном. Наварр считал стратегию «ежа» единственно осуществимой исходя из доступных ресурсов, хотя и понимал, что она является «посредственным решением».

Против выбора Дьенбьенфу высказывались и другие французские офицеры, в числе которых были полковник Жан-Луи Нико (командующий транспортной авиацией), генерал-майор Рене́ Коньи́, генералы Жан Жиль и Жан Дешо (командующие наземными и воздушными войсками в предстоящем десанте на Дьенбьенфу), отмечавшие, что выбор Дьенбьенфу может привести к новой битве при Нашане, но в гораздо более тяжёлых условиях. Наварр отмёл возражения и наметил операцию по захвату плацдарма десантом 20 ноября 1953 года.

Между тем, в Париже уже обсуждали детали по началу переговоров с Хо Ши Мином, так как перемирие, недавно подписанное на Корейском полуострове, развязывало руки китайским силам для переброски войск в район Вьетнама. Успех операции в Дьенбьенфу мог сделать вьетнамскую сторону более сговорчивой. На очередном совещании было решено отправить во Вьетнам контр-адмирала Кабанье, которому было поручено узнать мнение Наварра, когда лучше начать переговоры. Кроме того, контр-адмиралу предстояло сообщить главнокомандующему в Индокитае, что дополнительной помощи из Франции не будет, и что придётся проводить планирование операции исходя из того, что есть на данный момент в распоряжении Наварра. Прибыв в Сайгон 20 ноября, Кабанье в личной встрече поинтересовался, когда следует начинать переговоры с Вьетминем — сейчас или после результатов операций военных? В ответ Наварр сообщил, что по его мнению, к весне 1954 года ситуация для Франции улучшится, и поэтому с переговорами следует повременить. Также он продемонстрировал полученное донесение о том, что парашютисты уже находятся на пути к Дьенбьенфу.

Уже в ходе французской операции по захвату плацдарма, 29 ноября 1953 года шведская газета «Экспрессен» опубликовала интервью с Хо Ши Мином, который в одном из ответов сообщил, что готов идти на переговоры о заключении перемирия с французским правительством при условии, что оно будет готово обсуждать вопрос о признании независимости Вьетнама. Это интервью ошеломило западных лидеров, считавших, что затягивание переговоров о перемирии в интересах вьетнамцев. Заявление Хо Ши Мина говорило о том, что появился новый и неизвестный фактор в балансе сил в Индокитае, и лишало смысла любые долгосрочные программы французов и вьетнамцев по навязыванию мира на своих условиях. Наоборот, теперь противники получили дополнительный стимул одержать решительную победу как можно скорее.

Захват плацдарма французским десантом

Операция по захвату плацдарма под кодовым названием «Castor» началась 20 ноября 1953 года в 10:35. В течение трёх последующих дней в район Дьенбьенфу высадилось 9000 парашютистов, распределённых по трём зонам высадки — «Natasha» (к северо-западу от Дьенбьенфу), «Octavie» (к юго-западу) и «Simone» (к юго-востоку). Силы Вьетминя, находившиеся в Дьенбьенфу, не смогли дать отпор десанту. К концу ноября было высажено шесть парашютных батальонов, и французские силы смогли полностью захватить район высадки.

Зяп разгадал замыслы французов и предположил, что в зависимости от натиска вьетнамских сил, Наварр вряд ли будет расширять масштаб операции и постарается укрепиться в Дьенбьенфу и Лайтяу, чтобы дать генеральное сражение или отведёт силы назад в дельту. Поэтому Зяп решил, что первоочередной задачей должно стать создание максимальной угрозы для Дьенбьенфу и Лайтяу, для чего отдал приказ 148-му полку и 316-й дивизии атаковать Лайтяу, а 308-й, 312-й и 351-й ускоренным маршем выступать из Вьет-бака к Дьенбьенфу. Эти приказы были перехвачены французской радиоразведкой. Исходя из предположений разведки, Наварр ошибся, предположив, что Вьетминь не сможет перебросить достаточные силы для штурма Дьенбьенфу и поддерживать их достаточно долгое время. Выступление 316-й дивизии заставило Коньи отдать приказ об эвакуации гарнизона Лайтяу в Дьенбьенфу, на что и надеялся Зяп. Во время перехода весь гарнизон был практически полностью уничтожен: из 2100 человек добраться до Дьенбьенфу смогло только 185.

С декабря 1953 года под командованием полковника Кристиана де Кастри началось расширение взлётно-посадочной полосы и оборудование полевых укреплений, основой которых стали семь фортов полевого типа, получивших собственные имена Anne-Marie (северо-запад), Béatrice (северо-восток), Claudine (юг), Dominique (северо-восток), Huguette (запад), Gabrielle (север), Isabelle (юг).

В общей сложности были построены 49 опорных пунктов, укреплённые огневые точки, оборудованы окопы и траншеи полного профиля, установлены проволочные заграждения и минные поляСоветская военная энциклопедия. / ред. Н. В. Огарков. том 3. М., Воениздат, 1977. стр.276.

Выбор командующего Дьенбьенфу в лице Кристиана де Кастри оказался в итоге неудачным. Де Кастри был сторонником мобильной войны и атак в духе кавалерийских рейдов времён XVIII века. Тогда как более подходящим для будущих боёв оказался бы командующий, хорошо сражавшийся в условиях траншейных войн времён Первой мировой.

Общая численность гарнизона Дьенбьенфу составляла 14,5 тысяч человек. Здесь находились 17 пехотных батальонов, три артиллерийские части, подразделение сапёров, отдельный танковый батальон (десять танков M24) и авиация — на аэродроме Дьенбьенфу базировались шесть самолётов-разведчиков и шесть истребителей, выполнявшие роль штурмовиков. Ещё 7 тысяч военнослужащих находилось в районе Дьенбьенфу. С учётом отрядов «местных сил», укомплектованных представителями местных племён, общая численность французских сил в Дьенбьенфу достигала 15 094 человек.

Помимо подразделений французской регулярной армии, в состав гарнизона Дьенбьенфу были включены части французского Иностранного Легиона, а также колониальные части, сформированные из алжирских арабов (Tirailleurs algériens), вьетнамцев и тайцев.