«Дата Туташхиа» (в оригинале ) — эпический исторический роман грузинского писателя Чабуа Амирэджиби, написанный в 1973—1975 годах и переведённый автором на русский язык в 1976 году. Роман рисует широкую панораму дореволюционного грузинского общества. Его главный герой, Дата Туташхиа, носящий имя героя языческой грузинской мифологии Туташхи, задаётся целью искоренить зло и улучшить мир, что приводит его на путь конфликта с законом и государством и превращает в изгнанника, абрага. Роман выдержал несколько изданий в Грузии и в СССР, и переведён на ряд европейских языков.
В 1977 году на киностудии «Грузия-фильм» по мотивам романа снят советский многосерийный фильм «Берега».
Структура Роман состоит из четырёх частей. Каждой части предшествует эпиграф — глава из грузинского языческого мифа о духовном поиске бога Туташхи. Этот миф — своего рода каркас, придающий бытовым и историческим событиям библейский масштаб. Основное повествование построено как собрание записок и рассказов графа Сегеди, начальника кавказской жандармерии конца XIX — начала XX века. Граф не просто рассказчик, а внимательный наблюдатель и аналитик. Он пытается понять, что движет двумя братьями, и постепенно сам оказывается втянут в их спор. Через его записки и свидетельства самых разных людей — священников, крестьян, интеллигентов, разбойников, жандармов — вырисовывается объёмная картина эпохи. Среди рассказчиков:
Дигва Зазуа — кривой пономарь, клепотес, работавший с Датой на Кубани; Алексей Снегирь — кубанский мальчишка, которого Дата спас от голодной смерти; Коджи Ториа — врач-гельминтолог, в юности наблюдавший Дату в лазарете; Никандро Килиа — полицмейстер, пытавшийся поймать абрага; Беглар Гвалиа — гуртовщик, знавший Дату с детства; Роберт Хаплани — студент, восемь месяцев служивший тайным агентом; Шалва Тухарели — революционер, сидевший с Датой в Ортачальской тюрьме; Саломе Базиерашвили — послушница монастыря, знавшая настоятельницу Ефимию; Шалва Зарандиа — приёмный брат Мушни и Даты.
Эта полифония — не просто приём. Она создаёт эффект мозаики, где истина складывается из противоречивых свидетельств, а читатель сам должен решить, кто прав.
Сюжет Дата и его сестра Эле рано осиротели. Их взял в свою семью дьячок Магали Зарандиа — человек простой, но удивительно образованный. В доме Магали и его жены Тамар воспитывались трое приёмных детей (Дата, Эле и Шалва Гогниашвили) и двое своих — Мушни и Константин. Это был дом «любви и добродетели», где детям прививали честность, трудолюбие и сострадание. Именно здесь закладываются нравственные основы обоих братьев — Даты и Мушни, похожих как близнецы. Дата растёт смелым, гордым и справедливым. В девятнадцать лет он смертельно ранит поручика Андриевского, который позволил себе недостойное поведение по отношению к его сестре Эле. С этого момента Дата вынужден скрываться. Так начинается его жизнь абрага — благородного разбойника, который, по грузинскому обычаю, уходит в леса и горы, чтобы избежать преследования властей. В бегах Дата не просто прячется — он борется со злом. Он защищает бедных, наказывает насильников и грабителей, помогает гонимым. Его слава растёт; народ слагает о нём легенды, жандармерия сбивается с ног, но поймать его не может. Дату окружают верные друзья: кузнец Малакиа Нинуа, гуртовщик Беглар Гвалиа, слепой Мордухай, абраги Мосе Замтарадзе и Биляль Занкша. Однако постепенно Дата начинает замечать, что его благородные поступки нередко приводят к обратному результату — спасённые им люди сами становятся насильниками, а те, кому он помог, предают его. Зло, которое он вырубает в одном месте, прорастает в другом — и часто в ещё худшем виде.
Один из ключевых эпизодов — история Дигвы Зазуа на Кубани. Дата работает клепотесом, помогает семье Будары — нищим переселенцам. Будары разживаются, но становятся жадными и злыми. Будариха изменяет мужу, хлысты избивают Будару, а Дигва теряет глаз. Дата уходит, поняв, что добро, брошенное в дурную почву, не даёт плода. Другой эпизод — лазарет Мурмана Ториа. Дата и Мосе Замтарадзе скрываются у доктора. В лазарете четверо больных — Чониа, Квишиладзе, Кучулориа и Варамиа. Они голодают. Замтарадзе тайно покупает им еду. Наевшись, больные начинают ссориться, делить, подозревать друг друга. Квишиладзе избивает Кучулориа, Чониа крадёт еду. Варамиа, единственный честный, остаётся голодным. Дата наблюдает за этим и говорит: «Все от набитого брюха. Они обречены». Третий эпизод — духан Дуру Дзигуа. Дата и студент Ираклий Хурцидзе становятся свидетелями того, как разбойники Бодго Квалтава, Куру Кардава и Каза Чхетиа совращают пятнадцатилетнюю Кику. Они предлагают ей деньги за то, чтобы она разделась. Дата сначала не вмешивается, но когда Кику готова подчиниться, стреляет в монеты. Дуру, отец Кику, погибает от рук разбойников. Дата уходит, уводя их лошадей. Кику сходит с ума и умирает. После этих событий Дата отворачивается от людей. Он перестаёт вмешиваться в чужие дела. Он говорит Мосе Замтарадзе: «Нет на свете человека, достойного участия и помощи. Так я теперь думаю». Он живёт один, работает, избегает людей. Но это не приносит ему покоя. Духовные искания приводят его к новым выводам: зло нельзя победить ни добром, ни насилием, если не изменить самого человека. И Дата вновь вступает в борьбу — теперь уже с ещё большей решимостью.
После долгих лет скитаний Дата на время объявился в Тифлисе под именем Арзнева Мускиа, лазского дворянина. Он жил открыто, не прячась — и это была не беспечность, а расчёт: пусть жандармерия видит, что он не боится. Здесь он сблизился с адвокатом Ираклием Хурцидзе, женщиной Нано Тавкелишвили-Ширер и её двоюродным братом Элизбаром Каричашвили. Однажды Ираклий привёл своих новых друзей в ресторан Гоги — хромого хозяина, который умел покорять сердца с первого взгляда. Ресторан был полупустым, и за одним из столов уже сидели Элизбар, цензор Сандро Каридзе и адъютант военного коменданта Вахтанг Шалитури — человек злой, заносчивый и пьющий. Элизбар затащил их за свой стол. Сначала всё шло мирно. Элизбар произнёс тост о любви и красоте, о том, что грузинский стол похож на грузинскую песню: все поют на разные голоса, но сливаются в хоре. Но Шалитури, раздражённый присутствием незнакомого лаза, встрял и заявил, что то, что разрушено враждой и злом, можно восстановить только враждой и злом. Враг пришёл, всё разрушил, хочет тебя извести, и ты должен ненавидеть, убивать и истреблять, пока враг не поймёт, что овчинка выделки не стоит. Только так можно спастись. Ненавистью и жертвами. Гоги, подошедший к столу в этот момент, возразил, что даже такая ненависть под силу только любви. Сандро Каридзе, бывший цензор, человек образованнейший, взял слово и произнёс речь о том, что государство держится на любви, а не на ненависти. Пока у Грузии была историческая миссия — быть форпостом христианства, сдерживать кочевников, связывать торговые пути — человек отдавал народу и государству всё. Но миссия иссякла. Византия пала, торговые пути ушли, Грузия превратилась в арену междоусобиц. И тогда нравственность начала распадаться. Народ потерял любовь к вольности, к стране, к государству. Осталось только стяжательство. И здесь прозвучало то, что запало Дате в душу глубже всего. Каридзе сказал, что присоединение к России решило многие острые проблемы грузинской жизни. Грузин освободили от войн, от набегов горцев, от страха истребления,и даже от налогов. Эта передышка была необходима. Но она несла свою закономерность: грузин, привыкший за свою историю к ответственности перед человечеством и перед своей страной, остался без смысла жизни. От него теперь ничего не требовали, абсолютно ничего. И народ стал похож на пущенное в луга стадо, у которого есть только одно дело — щипать траву. Шалитури, разъярённый тем, что его не слушают, вызвал лаза на дуэль. Дата отказался, сказав, что это было бы бессовестно с его стороны, потому что у него слишком большие преимущества. Шалитури швырнул в него вино. Дата выхватил пистолет, Гоги выстрелил в подброшенную чашу — и попал. Шалитури, чтобы доказать свою храбрость, приставил револьвер к виску и нажал курок. Выстрела не произошло. Он сел и начал есть. Нано была в шоке и сказала, что всё потому, что люди не знают, для чего живут и для чего умирают.
Через несколько дней граф Сегеди явился к Ираклию Хурцидзе домой — не как шеф жандармов, а как гость. Это был не арест, а разговор. Сегеди хотел понять, что за человек Дата Туташхиа, прежде чем решить, представить его к помилованию или нет. Дата не стал убегать. Он сказал Сегеди, что если бы удрал на глазах у него из этого дома, то втянул бы своих друзей в свою жизнь и обрёк бы их на визиты жандармов. Он живёт в Тифлисе почти полтора месяца, и жандармы могли арестовать его где угодно. Для этого не нужно ни особого усердия, ни таланта. Но разве он не понимает, что ему ещё надо будет ускользнуть от вооружённых людей? Семь из десяти шансов — его, а три всё-таки их. Сегеди рассмеялся. Он оценил и ум Даты, и его спокойствие. После долгого разговора он подписал ордер. Помилование было условным: Дата должен был жить мирно, не нарушать закон, не вмешиваться в дела абрагов. Он согласился и вернулся домой, к сестре Эле. Казалось, всё наладилось. Дата взялся за хозяйство, помогал Эле, жил тихо. Но это длилось недолго. Он не мог смириться с несправедливостью. И когда в очередной раз он увидел, как унижают человека, он снова взялся за оружие. Так начался его второй уход в абраги.
Тем временем двоюродный брат Даты, Мушни, делает карьеру в жандармерии. Он «не может иначе» — его нравственность абсолютна, и он служит государству, даже если считает его несовершенным. Мушни умён, проницателен, хладнокровен. Он раскрывает сложнейшие дела, создаёт систему распространения слухов, вербует агентов. Начальник кавказской жандармерии граф Сегеди восхищается им и видит в нём «Македонского от жандармерии». Но у Мушни есть одно уязвимое место — брат-абраг. Сначала он добивается для Даты помилования. Дата выходит из лесов, возвращается к мирной жизни, но вскоре вновь уходит в абраги — не может смириться с несправедливостью. Тогда Мушни уговаривает его сдаться властям и сесть в тюрьму. Дата соглашается — ради брата, чтобы не мешать его карьере. В тюрьме Дата ведёт себя достойно. Он участвует в Ортачальском бунте — одном из самых ярких эпизодов романа. Вместе с революционерами Фомой Комодовым, Шалвой Тухарели, Класионом Квимсадзе, Амбо Хлгатяном, Петром Андращуком и другими он организует восстание. Арестанты захватывают тюрьму, создают «Ортачальскую демократию», избирают парламент, издают воззвания, отбивают атаки жандармов. Дата помогает, но держится в стороне от политики. Он говорит: «Я хочу научиться делать добро. А вы пока не знаете, как это делается». Бунт подавлен. Многие погибают. Класион Квимсадзе умирает от туберкулёза. Дата выживает и выходит на свободу.