Улица А́льберта (; историческое русское название Альбертовская) — улица в центре Риги, соединяет улицы Стрелниеку и Антонияс. Длина улицы — .

История Улица Альберта была заложена в честь 700-летия города и названа именем основателя Риги Альберта фон Буксгевдена. Улица Альберта была построена за 2 годаОдыня Т. Ключи от Риги газета Суббота, 11.09.2008 — № 37. Улица Альберта считается жемчужиной югендстиля. Памятниками архитектуры признаны 8 домов. Большая часть домов на улице Альберта построена по проектам Михаила Эйзенштейна. В Латвийской ССР улица носила имя комсомольца Фрициса Гайлиса (1911—1933).

Застройка д. 1 — был построен архитекторами Генрихом Шелем и Фридрихом Шеффелем в 1901 году. Дом занимает угловой участок на пересечении с улицей Антонияс. Дом был отреставрирован в 2009 году. Во время обучения в Латвийском университете в доме проживала известная латвийская эссеистка и писательница Зента Мауриня. В этом доме, в квартире № 1, во второй рижский период проживал общественный деятель и журналист, отец Елены Сергеевны Булгаковой и Ольги Сергеевны Бокшанской Сергей Маркович Нюренберг, а потом его вдова Александра Александровна, которую навещала Ольга Сергеевна.

д. 2а — здание было построено в 1906 году по проекту архитектора Михаила Осиповича Эйзенштейна, занимавшего пост начальника отдела дорожного движения губернской управы. Был доходным домом Богуславского. Считается последним домом Эйзенштейна, выполненным в стиле декоративного модерна. Здание характеризует необычная примета — ложный этаж, который является наиболее эффективным проводником солнечного света (солярный культ очень много значил в архитектурной концепции модерна), а также служит для размещения дополнительных декоративных элементов. В то же время он был просто необходим, исходя из общего эстетического принципа равенства фасадов, которые должны были располагаться на одной линии.

Над входами в здание можно увидеть две женские скульптурные фигуры (условные оперные певицы) с факелами, одетые в «мокрые одежды», модные на рубеже XIX и XX веков. В то же время скульптурные изображения являются символами очищения и неограниченной силы огня. Во внутренний двор ведёт широкий проход. Входы обрамляют два сфинкса, зарисованные Сергеем Эйзенштейном в десятилетнем возрасте. Также заслуживает внимания взаиморасположенность четырёх уровней-стихий, плавно переходящих друг в друга, на которые архитектор условно разделил фасад здания: земля — вода — огонь — воздух, а также цветовой контраст между серым облицовочным материалом и красным кафелем (уровень «огня»).

В доме с 1909 по 1915 год прошли первые годы жизни Исайи Берлина, которому суждено было стать философом с мировым именем, основоположником нового направления философской мысли. Лучший друг Рандольфа Черчилля, встречавшийся с Анной Ахматовой в послевоенном Ленинграде. Отец дал ему фамилию своего приёмного деда, владельца нескольких мануфактур.

С 1916 по 1930 год дом принадлежал латвийской домовладелице по фамилии Лубе. В это время в здании функционировали школа акушеров и родильная клиника, в которой работал доктор Юрьян. В одной из квартир проживал оперный певец Йослевич со своей супругой.

д. 2 — здание было построено архитектором Эйзенштейном в 1906 году. Сперва было доходным домом богатого рижского домовладельца Богуславского, после революционных событий перешло во владение госпожи Лубе. Здание отличает умеренная декоративная составляющая и подчёркнутая вертикальность (как в случае с соседним зданием); также заслуживает внимания параметрическая игра архитектора с арочными изображениями и оконными проёмами.

В здании располагалась квартира генерального консула Бельгийского королевства в Латвийской республике Рема, а также канцелярские помещения бельгийского диппредставительства. В одной из квартир проживал судья-юрист Салминьш со своей супругой, писательницей Аидой Ниедре. В доме также проживал известный латвийский архитектор межвоенного и советского периодов Сергей Николаевич Антонов со своей супругой, актрисой Ольгой Антоновой. Квартире № 1 в этом доме суждено было стать последним пристанищем рижского публициста, адвоката и краеведа Сергея Марковича Нюренберга (ум. 24.10.1933), отца Елены Сергеевны Булгаковой, жены М. А. Булгакова, и Ольги Сергеевны Бокшанской, секретаря МХАТ и личного секретаря В. И. Немировича-Данченко.

д. 3 — год постройки и автор неизвестны. В доме проживал рижский архитектор Пауль Мандельштам, приехавший в Лифляндию из небольшого населённого пункта Жагаре на территории современной Литвы. В настоящее время в здании располагается жилая резиденция посла РФ в Латвии.

Создателем д. 4 также был архитектор Михаил Эйзенштейн. Строил он его для своего хорошего друга — заместителя председателя губернского суда Андрея Лебединского, который выкупил несколько садово-огородных участков на этой улице после 1901 года — до этого территория принадлежала главному садоводу города Тимму. Дом был готов в 1904 году. Реставрация состоялась уже в новейший период и была завершена в 2008 году.

Здание отличает богатая архитектурная характеристика: в первую очередь обращают на себя внимания два колоритных стукковых льва, повёрнутых хвостами друг к другу — символы неразрешимого противоречия и непрекращающейся борьбы, в которой не суждено достичь консенсуса. Эти скульптурные фигуры могут быть интерпретированы как обозначения непреходящей битвы между двумя как бы взаимоисключающими составляющими жизни Эйзенштейна-старшего — между хаотичной неупорядоченной повседневностью и внутренней духовной жизнью архитектора. Фасад выполнен в светлой цветовой гамме, белый цвет символизирует упорядоченность, гармонию, идеальное устройство.

Планировка центрального фасада здания отличается безукоризненной симметрией в композиции. Важным декоративным элементом, украшающим верхний этаж над «змеевидным» балконом, является компактно расположенный в стратегическом центре маскаронный горельеф с изображением трёх медуз (отсылка к известному сюжету из античной мифологии).

Также на фасаде можно наблюдать три разных типа окон, применённые архитектором Эйзенштейном при планировке здания: на первом этаже проектировщик использовал «промышленное» окно в виде фабричной формы, что позволило указать на стремление модерна к восприятию последних достижений в области технического прогресса (а также акцентировать значимый мотив вечного строительства и развития). На втором этаже можно наблюдать характерное для ар нуво окно, которое в научной сфере обозначается «одна треть», поскольку одновременно освещает три комнатных пространства, а в эстетико-журналистской концепции получило стойкое обозначение «почковидное окно», поскольку по форме напоминает этот внутренний орган. Его основная функция — демонстрация устремлённости к освещению, следование основным принципам солярного культа. Наконец, третий вариант оконного проёма (достаточно часто воспроизводимый в модерне) — окно в форме замочной скважины, в прагматическом плане олицетворяет стремление домовладельца к сохранению неприкосновенности частной жизни. Надвратное изображение — женский крылатый маскерон — древний восточный мотив, направленный на олицетворение вечного цикличного возрождения, непознанной, непостижимой мудрости и просвещённости, тайного человеческого и божественного знания (этот мотив можно часто встретить на фасадах зданий рижского и европейского модерна).

В здании проживал первый президент Латвийской Академии наук (с 1946 по 1951 год), академик-агроном, один из лучших специалистов Латвийской ССР в области животноводства Паулис Леиньш (об этом свидетельствует мемориальная доска с правой стороны фасада). С противоположной стороны находится другая памятная доска, посвященная самому зодчему.

В одной из квартир проживал известный певец Латвийского оперного театра Виктор Стотт со своей женой. В другой квартире долгое время до своей смерти проживал известный лифляндский врач, филантроп, разработчик нескольких новых методов курортного лечения Михаил Михайлович Максимович. Способный ученик Жана Мартена Шарко, основатель всероссийски известной лечебницы на территории за современным юрмальским концертным залом «Дзинтари», Максимович сохранил хорошие отношения с представителями эпатажной богемы Серебряного века, самым видным из которых был Валерий Яковлевич Брюсов, отдыхавший у Максимовича в зимний сезон 1913 года, чему и посвятил короткое стихотворение. Благодаря Максимовичу у многих раненых солдат Первой мировой войны появился шанс на бесплатное квалифицированное лечение. Такой же шанс появился и у многих беднейших жителей рижского Московского форштадта, для которых Максимович открыл благотворительную лечебницу.

Старейший дом на улице Альберта — д. 5. Его построил архитектор Фридрих Шеффель в 1900 году. В этот дом после Великой Отечественной войны переехала вдова общественного деятеля и журналиста С. М. Нюренберга Александра Александровна, здесь у неё бывала её младшая дочь Елена Сергеевна Булгакова.

д. 6 — доходный дом действительного статского советника Андрея Павловича Лебединского. Этот участок был им выгодно приобретён в числе трёх остальных за 70 рублей. Сразу же после удачно оформленной покупки Михаил Осипович Эйзенштейн приступил к строительству здания. В 1904 году дом был готов и пригоден для жилья. Здание в архитектурно-декоративном плане выигрывает за счёт искусно смоделированного ощущения контраста от причудливого сочетания красного кирпича и зелёного облицовочного материала. Под балконами, выполненными в соответствии с прагматико-эстетической концепцией модерна (в основу концепции положена кривизна линий), спрятаны лица поющих женщин-медуз.

Над входом — изящный горельеф с изображением инфернального мужского маскерона с шаловливо-лукавым выражением лица, колеблющегося в выборе между двумя женщинами (женские маскероны окружают его слева и справа). По одной из версий, этим провокационным рельефом Эйзенштейн спародировал образ жизни своего почтенного архитектурного оппонента, исследователя рижской старины доктора Вильгельма Неймана. Возможна также интерпретация голов как трёх возрастных этапов в жизни человека.

В межвоенный период в здании располагался зал собрания еврейской студенческой корпорации «Хасмонеи».

Некоторое время в одной из квартир этого дома проживал латвийский оперный певец Адольф Кактиньш, который в юности вынужден был подрабатывать помощником каменщика из-за нехватки средств и необходимости прокормить семью. Именно он своим громовым голосом будоражил окрестности (ария Риголетто) после окончания строительства «неуклюжего эклектиозавра» (как дотошные журналисты тут же окрестили Художественный музей на Николаевской), в котором сам принимал деятельное участие.

д. 7. Необарочное строение, архитектор Герман Отто Хилбиг (1860—1939 год), экспериментатор в области эклектичного направления в городском зодчестве, автор церкви Павла в конце улицы Авоту.

д. 8. Считается первым зданием инженера-архитектора Эйзенштейна на этой улице. Строительство практически было закончено в 1903 году, тем не менее дом начал функционировать как доходный лишь с 1908 года. В начале 2010 года была завершена реставрация здания. Здание отличает нарядный, богато и симметрично декорированный эркер, пилястры увенчаны женскими маскеронами, аллюзивно отсылающими к мотивам египетской мифологии; неоднократно приходилась слышать разговорное название для этого дома — «саркофаг».