Атланти́да (, ) — мифический остров, известный по описаниям в диалогах Платона «Тимей» и «Критий» (со ссылкой на Солона). Атлантида также упоминается в сочинениях и комментариях Посидония, Страбона и Прокла. По выражению Роберта Кэрролла, «вера в Атлантиду как древнюю и великую цивилизацию является всего лишь рядом подстрочных примечаний к Платону».
В платоновском мифе остров Атлантида располагался за Геракловыми столпами (Гибралтарским проливом) в Атлантическом океане. Царства, располагавшиеся на острове, населяли потомки бога Посейдона, которые приступили к завоеванию Ойкумены. Нападение атлантов было отражено древнейшими афинянами, после чего царь богов Зевс наслал на Атлантиду землетрясение и наводнение, от которых остров погрузился на морское дно. Платон приводил и дату катастрофы — за 9000 лет до Солона, который якобы узнал эту историю от египетских жрецов. В историографии XIX—XXI веков сложилось единогласное мнение, что сказание об Атлантиде — образец политического мифа. Он был создан Платоном для иллюстрации противоположных типов государства: нравственно и социально здорового аристократического «государства разума» (Афины) и нездоровой, развращённой богатством и роскошью тиранической Атлантиды.
В Античности отношение к платоновскому мифу было различным: перипатетики отрицали его, неоплатоники давали Атлантиде аллегорическое истолкование. После Козьмы Индикоплова атланты почти тысячелетие не упоминались в средневековой комментаторской традиции. Даже основатель и глава флорентийской Платоновской академии Марсилио Фичино не задавался вопросом об историчности Атлантиды. Вновь интерес к сюжету об Атлантиде проявился в эпоху Возрождения, отчасти под влиянием Конкисты. Фрэнсис Бэкон использовал образ далёкого острова в просвещённой утопии «Новая Атлантида» (1627), отождествляя Атлантиду с Америкой. Популяризации мифа способствовали трактат «Подземный мир» Афанасия Кирхера (1664) и трёхтомная «Атлантика» Олафа Рудбека (вышла в 1679—1698). Со второй половины XIX века образы Атлантиды широко использовались авторами утопической, авантюрной и фантастической литературы (Пьер Бенуа, Алексей Толстой, Александр Беляев, Артур Конан Дойль, Гарри Гаррисон); одновременно началось последовательное историко-филологическое изучение платоновских диалогов. Американский политик Игнатиус Доннелли стал у истоков псевдонаучной традиции рассмотрения Атлантиды как «праматери» древнейших цивилизаций Старого и Нового Света, а её гибели — как следствия космической катастрофы: столкновения Земли с кометой или астероидом, приведшего к концу ледникового периода. Данная традиция была продолжена на более высоком уровне советским химиком Николаем Жировым. В работах Елены Блаватской и её последователей (Рудольф Штейнер, Джеймс Чёрчвард, Николай Рерих) была заложена оккультистская и мистическая трактовка Атлантиды как древнейшей цивилизации, связанной с высшим (божественным, иногда внеземным) разумом. Атлантида является популярным объектом изображения в культуре и искусстве.
В честь Атлантиды назван астероид (1198) Атлантида, открытый 7 сентября 1931 года немецким астрономом Карлом Райнмутом в Гейдельбергской обсерватории.
Платоновский миф в Античности, Средневековье и Новом времени
Атлантида Платона
Имя «Атлантида» Имя мифического острова — Атлантида — в древнегреческом оригинале означает «дочь Атланта» или «Земля Атланта». Платон объяснял, что и море, и остров получили название «Атлантический» в честь Атланта, первого царя этой страны — старшего из пары близнецов, рождённых смертной Клейто от Посейдона. Остров Атлантида () может ассоциироваться с описанным в «Одиссее» (1.48—54) островом, где властвовала дочь Атланта, и садом Гесперид, ассоциируемым с этим же персонажем, подпирающим небо. Хотя у Геродота (IV.184) упоминается гора Атлас и живущее подле неё племя атлантов, Платон не ссылался на это сообщение
Платоновский миф
Все сведения об Атлантиде содержатся у Платона в двух диалогах: «Тимей» и «Критий». Диалог «Тимей» посвящён платоновской физике, изложение ведётся от имени Тимея из Локр, о котором известно только то, что сообщается в самом диалоге. Источники, которые определяют идеологию Тимея как пифагорейство, — позднего происхождения. Однако предание об Атлантиде вложено в уста афинского политического деятеля Крития, который услышал миф от своего девяностолетнего деда и тёзки, тоже Крития, который получил его от Солона, который, в свою очередь, воспринял предание со слов жрецов богини Нейт (египетское имя Афины). Как и во всех диалогах Платона, действующим лицом является Сократ, но в «Тимее» и «Критии» его роль невелика, и он находится на заднем плане. Точное время действия диалогов определить невозможно, так как упоминаемые события и персонажи не могли находиться в одном месте в одно и то же время.
Содержательно «Тимей» связан с диалогом «Государство»: в этом сочинении Сократу приписываются рассуждения об идеальном государственном устройстве. «Тимей» начинается с того, что Сократ подытоживает «вчерашний» диалог о государстве и резюмирует основные его положения. Пожаловавшись на абстрактность и схематичность полученной картины (19 c), философ выразил желание
Французский историк Пьер Видаль-Наке отмечал, что вводную часть «Тимея» нельзя считать в полном смысле обобщением учения «Государства», так как там перечисляются почти все базовые сюжеты: «военная специализация „стражей города“, запрет золота и серебра, равенство мужчин и женщин, общность женщин и детей — всё, кроме темы управления города философами». Кроме того, действие «Государства» начинается на празднестве Бендидий, тогда как действие «Тимея» происходит во время Панафинейских игр. Диалог «Критий», с теми же участниками, служит непосредственным продолжением «Тимея» и целиком посвящён рассказу Крития о древнейших Афинах и Атлантиде. При этом, однако, происхождение сведений объясняется совершенно иначе: не воспоминаниями о рассказе Крития-старшего, а собственноручными записями Солона со слов жрецов, которые якобы хранились у старого Крития и поныне хранятся у его внука. Этот диалог обрывается на полуслове, вызывая ещё с древности споры, имелся ли где-либо и когда-либо полный текст.
В текстах Платона («Горгии», «Протагоре», «Пире», «Федре», «Федоне», и других) содержится множество авторских мифов, демонстрирующих исключительное многообразие формы. История Афин и Атлантиды, однако, выделяется тем, что преподносится как действительное историческое повествование, основанное на подлинных документах. Смысл рассказа Крития таков: за девять тысяч лет до времён Крития и Солона, то есть до VI—V веков до н. э., Афины были наиболее славным, могущественным и добродетельным государством. Главным их соперником была Атлантида. «Этот остров превышал своими размерами Ливию и Азию, вместе взятые». На нём располагалось «удивительное по величине и могуществу царство», владевшее землями до Египта и Европой до Тиррении (запад Италии). Все силы этого царства были брошены на порабощение Афин. Афиняне встали на защиту своей свободы во главе эллинов; и, хотя все союзники им изменили, они одни благодаря своей доблести и добродетели отразили нашествие, сокрушили атлантов и освободили порабощённые ими народы. Вслед за тем, однако, произошла грандиозная природная катастрофа, в результате которой за одни сутки погибло всё войско афинян, а Атлантида погрузилась на дно морское.
В «Критии» древнейшие Афины были населены добродетельным народом, создавшим идеальное общественное устройство. На Акрополе вокруг святилища двух богов-основателей, Афины и Гефеста, расположены общие жилища и казармы стражей. Афинам противопоставлена надменная и могущественная Атлантида. Родоначальником атлантов был бог Посейдон, сошедшийся со смертной девушкой Клейто, чьё имя связано со «Славой». Клейто произвела на свет десять божественных сыновей во главе со старшим, Атлантом; между братьями Посейдон разделил остров: девятеро стали архонтами, старший же, Атлант, — царём всего острова, как и его потомки. Центральная равнина острова простиралась в длину на 3 тысячи стадиев (540 км), в ширину — на 2000 стадиев (360 км), центром острова являлся холм, расположенный в 50 стадиях (около 9 километров) от моря. Посейдон обнёс его тремя водными и двумя сухопутными кольцами; атланты же перекинули через эти кольца мосты и прорыли каналы, так что корабли могли по ним подплывать к самому городу или, точнее, к центральному острову, имевшему 5 стадиев (чуть менее километра) в диаметре. На острове возвышались храмы, выложенные серебром, золотом и орихалком и окружённые золотыми статуями, роскошный царский дворец; кроме того, были заполненные кораблями верфи и другие сооружения. Платон уделяет очень много места описанию неслыханного богатства и плодородия острова, его густонаселённости, цветущего природного мира (там обитали даже слоны).
До тех пор, пока атланты сохраняли божественную природу, они пренебрегали богатством, ставя превыше него добродетель; но, когда божественная природа выродилась, смешавшись с человеческой, они погрязли в роскоши, алчности и гордыне. Возмущённый этим, Зевс задумал погубить атлантов и созвал совещание богов. На этом текст «Крития» обрывается.
Политический миф Платона Философ и филолог Е. Г. Рабинович следующим образом резюмировала «бесспорные» намерения Платона при написании триады диалогов «Государство» — «Тимей» — «Критий». Во-первых, философ полагал вполне возможным политическое возрождение греческих полисов на Сицилии, что позволит переселить на остров часть балканских греков. Во-вторых, на процветающем острове Платон рассчитывал построить политический организм, живущий по законам «Государства». По мнению Е. Рабинович, для современников IV века до н. э. платоновский проект был намного менее утопическим, чем для последующих поколений: обедневшие граждане балканских полисов становились воинами-наёмниками по всему Средиземноморью, традиционное крестьянское ополчение уже не могло противостоять профессиональным наёмным армиям. Создание наследственного воинского сословия освобождало от военной службы основную массу граждан, а сословие «стражей» теоретически обладало профессионализмом наёмников и гражданским духом ополченцев и могло эффективно оборонять гражданскую общину. Контрольный совет старцев-философов ограничивал власть народного собрания, однако в реальности Платон полагал, что коллективные органы власти хотя и обладают законностью, но не способны эффективно действовать в условиях кризиса. Государство должно возглавляться полубожественным монархом, хотя его основные функции более всего напоминают жреческие. Описанная в «Тимее» космология позволяет утверждать, что смерть учителя — Сократа — знаменовала для Платона конец очередного космического цикла и он во главе своей Академии был готов в буквальном смысле своими руками начать новый цикл процветания. Пра-Афины, описанные в «Критии», представляют собой наглядную иллюстрацию к «Государству». Платоновскому полису (основать который в исторической ситуации IV века до н. э. можно было только на Сицилии) предстояло сыграть ту же роль, что и пра-Афинам в войне с Атлантидой. Под Атлантидой могли пониматься как ослабленная Персия, так и усиливающаяся Македония. Для грядущего космического противоборства идеальный город должен обладать внутренней стабильностью и надёжной обороной.