Государственный переворот 1973 года в Афганистане осуществил Мухаммед Дауд, свергнувший своего двоюродного брата Захир-шаха и упразднивший монархию.

В ночь с 16 на 17 июля в Афганистане произошёл антимонархический переворот. Его возглавил двоюродный брат и зять короля Мухаммед Дауд, получивший в западной прессе ещё до описываемых событий прозвище «красного принца».

В Кабуле, войска во главе с Дауд Ханом и начальником автобронетанкового управления генералом Абдул Карим Мустагни свергли монархию. В перевороте активную поддержку Дауд Хану оказали левые офицеры и государственные служащие из фракции «Парчам», в том числе полковник ВВС Абдул Кадир Дагарваль. Король Захир Шах решил не принимать ответных мер и 24 августа официально отрёкся от престола. Афганистан провозглашён республикой"Afghanistan - Daoud's Republic, July 1973 - April 1978". countrystudies.us..

Предпосылки Король Захир Шах занял престол в ноябре 1933 годаMiddle East Annual Review. Middle East Review., (1975), p. 83., а его двоюродный брат Дауд Хан занимал пост премьер-министра с 1953 по 1963 год. Дауд Хан имел напряжённые отношения с королём, что было связано с его авторитарным стилем руководства, вызывающим раздражение монарха и его двораEdwards, David (2 April 2002). "Before Taliban: Genealogies of the Afghan Jihad". University of California Press. ISBN 978-0520228610. . После того, как Дауд Хан был освобождён с должности премьер-министра в 1963 году, по новой конституции, принятой в следующем году - членам королевской семьи было запрещено занимать политические должностиDil, Shaheen F (June 1977). "The Cabal in Kabul: Great-Power Interaction in Afghanistan". American Political Science Review. 71 (2): 468–476. doi:10.1017/S0003055400267397..

Ударной силой заговорщиков явилась армия, а точнее та её часть, которую составляли представители леворадикальной оппозиции и патриотически и националистически настроенные офицеры — сторонники М. Дауда. Он приобрёл многих своих приверженцев в армии в 1953—1963 годах, когда был премьер-министром и министром национальной обороны. В организационное ядро его сторонников, сформировавшееся к середине 60-х годов на почве отрицания монархии, вошли начальник автобронетанкового управления Главного штаба афганской армии генерал Абдул Карим Мостагни, бывший начальник штаба 15 танковой бригады полковник Гулям Хайдар Расули (перед переворотом находился в отставке), полковник Гулям Сарвар, преподаватель тактики на офицерских курсах «А» майор Мухаммад Сарвар Нуристани и некоторые другие офицеры сухопутных войск и ВВС.

Однако группа военных-сторонников М. Дауда (в основном старших офицеров), хотя и обладала обширными связями в «верхах», фактически не имела в своих руках войск, чтобы подобрать «валявшуюся» у их ног государственную власть. Батальоны и роты, прежде всего в столице и её окрестностях, находились в руках молодых, прогрессивно настроенных, левых офицеровГанковский Ю.В. "История вооруженных сил Афганистана. 1747—1977". М.: Наука, Главная редакция восточной литературы, (1985), стр. 164-169.. Но и они в одиночку ничего не значили, так как не имели в своих рядах признанного в общенациональном масштабе лидера, который был бы способен не только взять на себя руководство антимонархическим выступлением, но и своим авторитетом нейтрализовать после захвата власти сильные в стране и армии консервативные круги. Роль общенационального лидера не могла в то время выполнить и Народно-демократическая партия Афганистана в результате своей организационной разобщённости и малочисленности.

Таким лидером на этом этапе политической борьбы в Афганистане, несомненно, являлся Мухаммад Дауд — опытный, энергичный и дальновидный политик, признанный авторитет в отстаивании национальных прав зарубежных пуштунов, снискавший в 50 — начале 60-х годов широкое признание среди афганской общественности как автор и последовательный проводник независимого внешнеполитического курса, как зачинатель и руководитель политики «руководимой экономики», заметно продвинувшей страну по пути национального капитализма. С учётом указанных политических реалий левые сделали ставку в вопросе свержения монархии на М. Дауда, а последний — на радикально настроенное, левое офицерство в армииСлинкин М.Ф. "Государственный переворот 1973 г. в Афганистане". Культура народов Причерноморья, № 10. (1999)..

Первые тайные контакты между группировкой М. Дауда и молодой военной оппозицией состоялись, видимо, в начале 70-х годов. После достигнутого согласия были разработаны в условиях глубокой конспирации несколько вариантов переворота, намечавшегося первоначально в 1972 г., а затем зимой 1973 года. Однако все они по разным причинам не были реализованы. Только весной 1973 года была предпринята первая попытка переворота. В соответствии с его планом мятежные танки вышли из гарнизона Пули-Чархи и почти достигли окраины столицы, но были неожиданно остановлены и возвращены обратно по распоряжению А. К. Мостагни, усомнившегося в последний момент в успехе предпринятой акции. Тем не менее этот выход танков за пределы гарнизона и их передвижение в сторону столицы вызвали подозрение властей. Началось официальное расследование, в ходе которого были выявлены некоторые нити заговора и причастные к нему офицеры. Вскоре министерство национальной обороны дало согласие на их арест и привлечение к суду за государственную измену. Однако окончательное решение этого вопроса было задержано до возвращения короля из Англии и Италии, куда он 25 июня вылетел на лечение и отдых. Кстати, вместе с ним в Англию вылетел и генерал Абдул Вали, командовавший в то время Центральным корпусом. Но 5 июля он спешно возвратился домой, что было связано с обнаружившейся угрозой устоям монархии. Прибыв в Кабул, он стал активно раскручивать маховик следствия.

Над участниками антимонархической военной оппозиции нависла реальная угроза провала и физического уничтожения. Данное обстоятельство заставило их ускорить осуществление задуманной операции, хотя они и отчётливо понимали, что идут на большой риск. Дело в том, что монархия в это время всё ещё располагала значительными средствами для защиты существовавших порядков. Как стало известно заговорщикам, наиболее влиятельные представители дворцовой аристократии в вооружённых силах, в частности генерал Абдул Вали, чувствуя приближение «взрыва» в армии, готовились, в свою очередь, с помощью верных им армейских и жандармских формирований совершить превентивный верхушечный переворот (что, кстати, подтвердил при аресте отец генерала Абдул Вали — маршал Шах Вали)Anwar R. The Tragedy of Afghanistan: A First-hand Account. — London: Verso, 1988. — P.260., установить в стране режим военной диктатуры, физически расправиться с гражданской и военной оппозицией и таким образом спасти монархический строй. Как представляется, при существовавшем тогда раскладе сил в армии между противоборствующими сторонами успех данного замысла мог быть вполне очевидным, если бы двор нанёс упреждающий удар. Однако антимонархически настроенные офицеры, опередив защитников монархии на несколько дней в выступлении, захватили инициативу в свои руки и обеспечили этим во многом свой перевес и победу.

Переворот Государственный переворот, возглавленный М. Даудом, начался с блокирования и захвата королевского дворца и взятия под стражу членов династии, включая наследного принца Ахмад Шаха и маршала Шах Вали. Одновременно с этим были перерезаны все каналы связи, соединявшие членов правительства и высшее военное командование с воинскими частями, полицией и жандармерией (решающую роль в выполнении этой задачи сыграли военные специалисты вместе с членом НДПА капитаном Алим Джаном), и арестованы влиятельные гражданские и военные деятели (в их числе весь кабинет министров во главе с премьером Мусой Шафиком, некоторые руководители «группы АНБ»АНБ — Афганский национальный банк, созданный в 1933 году, являлся государственно-частным учреждением. В последующем на его основе образовалась могущественная в Афганистане финансово-торгово-промышленная «группа АНБ»., включая Г. С. Нашера, начальник штаба Центрального корпуса, министр обороны, начальник Главного штаба афганской армии, командующий жандармерией, командующий ВВС и ПВО, командиры 4 и 15 танковых бригад и др. Чуть позже был взят под стражу генерал Абдул Вали).

Были заняты правительственные учреждения и важные государственные объекты (почта, телеграф, телефон, банк, аэродромThe New York Times (July 18, 1973): "Afghan King Overthrown; A Republic Is Proclaimed".) и перекрыты все дороги, ведущие в столицу, блокированы части и штаб Центрального корпуса, которые могли быть потенциально использованы промонархически настроенными офицерами для защиты прежнего режима. Во всех этих операциях самое активное участие приняли танковый взвод роты охраны в королевском дворце под командованием лейтенанта Хабибуллы (именно он в половине первого часа ночи 17 июля первым вывел свои танки из дворца и блокировал подступы к нему, а также оказал поддержку батальону «коммандос», дислоцированному поблизости, в крепости Балахисар), офицеры и унтер-офицеры 4 и 15 танковых бригад, ВВС и ПВО, батальона «коммандос» (его выступление возглавил капитан Файз Мухаммад), полка связи, танкового батальона 7 пехотной дивизии в Ришхоре (пригород Кабула). Многие из офицеров-активных участников переворота (например, А. Кадыр, С.М. Гулябзой, Ш.Д. Маздурьяр, Файз Мухаммед, А.Х. Мохтат, М. Зия, П.Г. Вафадар) являлись членами и сторонниками НДПА, «группы Максуди» и других подпольных радикальных организаций в армии. По некоторым данным, в осуществлении государственного переворота приняли участие в общей сложности до тысячи офицеров, унтер-офицеров и подчинённых им солдат.

Утром 17 июля, после того, как успех переворота стал очевидным, по кабульскому радио выступил М. Дауд и объявил о ликвидации в стране монархического режима и провозглашении Республики Афганистан. Объясняя причины, побудившие армию к выступлению, он отметил, что в течение десяти лет, предшествовавших перевороту, экономическая, социальная и политическая сферы и система управления страной оказались в состоянии полного развала и что «давние и заветные чаяния народа были подменены лжедемократией, основанной с самого начала на личных и классовых интересах, обмане и кознях, лжи и лицемерии», в результате чего «демократия превратилась в анархию, а конституционная монархия — в деспотический режим». Поскольку, заявил он далее, «режим и государственный аппарат настолько разложились, что уже не поддавались какому-либо реформированию, … все патриоты, особенно патриотическая армия Афганистана, приняли решение положить конец этому прогнившему строю и вывести страну из бездны несчастий». Среди неотложных задач новой власти М. Дауд назвал «обеспечение безопасности и сохранение национального суверенитета Афганистана» и осуществление «коренных преобразований». Говоря о внешней политике, он сказал, что она будет строиться на принципах нейтралитета и неприсоединения, приверженности международному миру и традиционной дружбе со всеми народами планеты. При этом он подчеркнул, что у Афганистана не существует каких-либо нерешённых вопросов со странами мира, кроме пуштунской проблемы, которая составляет по его словам, «единственное политическое разногласие» в афганско-пакистанских отношенияхИслах-Анис. — 1973, 18 июля; Ды Урду Маджалла. — 1973. — № 1 (616—617). — С.3-6; President and Prime Minister M.Daoud’s Speeches of July 17 and August 23, 1973. — Kabul: Government Printing Press, 1973. — P.1-3..