«Сорок первый» — советский немой художественный кинофильм режиссёра Якова Протазанова, снятый в 1926 году по мотивам одноимённой повести Бориса Лавренёва. Фильм вышел на экраны в марте 1927 года и был положительно принят зрителями и критиками.

Сюжет Гражданская война. По белым пескам пустыни Каракумы движется, преследуемый белыми, умирая от жажды, отряд красноармейцев во главе с комиссаром Евсюковым. На боевом счету у лучшего стрелка отряда Марютки сорок убитых белогвардейцев. Командир отряда решает прорваться к Аральскому морю и воссоединиться там со своими. В последнем бою по захвату каравана взят в плен белый поручик-аристократ Говоруха-Отрок, направленный с дипломатической миссией от Колчака к Деникину. Марютка могла его застрелить, но впервые промазала. Чтобы быстрее ценный пленный попал в штаб, Евсюков приказывает Марютке отконвоировать его на парусной лодке. Ей дано указание: офицер ни в коем случае не должен живым попасть к белым. Во время шторма они вынуждены причалить к необитаемому острову. Там у них завязываются любовные отношения. Во время объятий на горизонте показывается белогвардейский корабль. Говоруха-Отрок подаёт сигнал, стреляя из винтовки. За ним отправляется лодка. Повинуясь революционному долгу, Марютка убивает любимого.

В ролях Ада Войцик — Мария (Марютка) Филатовна Басова, стрелок красноармейского отряда Иван Коваль-Самборский — Вадим Николаевич Говоруха-Отрок, поручик Иван Штраух — Арсентий Евсюков, комиссар

Съёмочная группа Яков Протазанов — режиссёр Борис Лавренёв, Борис Леонидов — сценаристы Пётр Ермолов — оператор Юлий Райзман — ассистент режиссёра Яков Уринов — помощник режиссёра Сергей Козловский — художник

Создание После окончания Гражданской войны её участник Борис Лавренёв написал объёмное произведение. На основе рукописи (1600 собственноручно отпечатанных на машинке страниц) он создал несколько произведений: «Ветер», «Рассказ о простой вещи», «Сорок первый», «Седьмой спутник». Многие из них были экранизированы советскими кинематографистами. Протазанова заинтересовала повесть «Сорок первый». После выхода фильма на экраны он писал: «Повесть эта острая, значительная сама по себе, представляла весьма ценный материал для сценария своей внутренней психологической динамикой, правдивой, увлекательной, не банальной». Несмотря на читательский успех, некоторые критики усомнились в твёрдости идеологических устоев героини, полюбившей белого офицера, а самого писателя назвали «попутчиком».

Съёмки были запланированы в прикаспийских пустынях. Первоначально роль белогвардейского поручика Говорухи-Отрока была поручена Анатолию Кторову, но тот не смог поехать в далёкую командировку в Азербайджан, так как был занят в театре. В итоге эту роль получил Иван Коваль-Самборский, ранее сыгравший в фильме Протазанова «Его призыв». На роль красноармейки Марютки была принята Вера Марецкая, но она отказалась, так как была беременна. Съёмочная группа просмотрела множество претенденток, но по разным причинам они не подошли. Когда Протазанов вместе с оператором Петром Ермоловым и Иваном Штраухом собрались уезжать из Москвы в Баку, то режиссёр поручил подобрать актрису своему ассистенту Юлию Райзману. Тот остановил свой выбор на студентке ВГИКа Аде Войцек. Актриса впервые встретилась с режиссёром в Баку, и он одобрил выбор ассистента.

Ада Войцик вспоминала, что режиссёр детально прорабатывал с актёрами сцены, рассказывал, чего от них добивается: «Протазанов объяснял нам технику кино и процесс творчества, он посвящал нас даже в тайны операторской съёмки — например, зачем мы ждём, пока тень ляжет определённым образом, или почему оператор Ермолов использовал тот или иной объектив». Актрисе очень тяжело далась последняя сцена, где её героиня стреляет в любимого и после этого плачет навзрыд над его телом. Протазанов хотел, чтобы это прошло максимально натурально и слёзы были настоящие. Она очень боялась этого момента, ей было очень страшно разочаровать режиссёра, но неожиданно для себя разрыдалась без всяких ухищрений. Всё прошло очень удачно и режиссёр остался доволен. После съёмки сцены актриса не могла успокоиться и много всхлипывала.

Приём и критика Замечания против содержания фильма выразили в Главреперткоме, но его смог отстоять Анатолий Луначарский, причём для этого понадобилось решение коллегии. В итоге в драму не было внесено никаких изменений. Фильм вышел на экраны 4 марта 1927 года и имел зрительский успех. После этого, с возражениями против не согласованного с ним сценария, выступил Лавренёв. Больше всего ему не понравился образ героини. Его открытое письмо было опубликовано 22 марта 1927 года в «Вечерней Красной газете». 8 марта 1927 года фильм обсуждался в Обществе друзей советского кино. Было высказано несколько замечаний. Так, логичность фильма была поставлена под сомнение. Например, офицер мог легко сбежать из плена, но не сделал этого. Один из рабкоров заявил: «Тема картины — что человек всегда остаётся человеком, вернее, животным. Борьба ещё не кончилась. И сейчас отвлекать темы кино с социологии на физиологию вредно». Луначарский продолжал защищать фильм, он назвал его «изумительным» и «шедевром» советского кино.

Михаил Арлазоров в биографии Протазанова отмечал, что фильм имел успех у зрителей: «И не удивительно. Тема революции была передана в нём поразительно точно, человечески правдивыми чувствами». Режиссёр Георгий Данелия считал фильм Протазанова удачнее чухраевской экранизации: «развёрнутая картина, с хорошими батальными сценами». Массовые сцены в этой ленте, по его мнению, отлажены качественнее, чем у Сергея Эйзенштейна. Позитивно оценивал картину и режиссёр Геннадий Полока, подмечая психологическую точность взаимоотношений персонажей Войцик и Коваль-Самборского. В «Истории советского кино. 1917—1967» фильм назвали высокопрофессиональным, лучшей экранизацией произведений Лавренёва в 1920-е годы. Киновед Мирон Черненко отнёс драму к числу важнейших советских историко-революционных фильмов (ещё до появления термина). «Значение „Сорок первого“ в истории нашего кинематографа определяется не только мастерством режиссуры, яркостью актёрской игры, достоверностью операторской работы, безукоризненностью монтажа и даже не глубиной сценарного письма. Значение это заключается в том, что Протазанов увидел возможность трагедии в жанре, трагедию вроде бы исключавшем априори».

Примечания

Литература

Категория:Советские фильмы о Гражданской войне в России Категория:Фильмы СССР 1926 года Категория:Экранизации произведений Бориса Лавренёва Категория:Фильмы Якова Протазанова Категория:Немые фильмы СССР Категория:Фильмы студии «Межрабпом-Русь» Категория:Чёрно-белые фильмы СССР Категория:Фильмы-робинзонады Категория:Экранизации повестей