Кроншта́дтское восста́ние или Кронштадтский мяте́ж — вооружённое выступление в марте 1921 года гарнизона крепости Кронштадт, экипажей кораблей Балтийского флота и жителей города против диктатуры РКП (б) и проводимой политики «военного коммунизма».
Событиям на острове Котлин предшествовали серьёзные внутренние проблемы советского государства: продразвёрстка и развал промышленности, а также политические разногласия в самой большевистской партии. Мятежный дух балтийских матросов, активно участвовавших в революционных событиях начиная с 1906 года и названных Львом Троцким «красой и гордостью русской революции», вновь проявился уже в феврале 1921 года — с принятием собранием команд линкоров «Севастополь» и «Петропавловск» резолюции, включавшей политические требования («Власть Советам, а не партиям!»), которая затем была поддержана на митинге в центре Кронштадта. После появления слухов о намерении советского руководства подавить восстание силовыми методами в крепости был создан Временный революционный комитет (ВРК), взявший всю полноту власти в городе. Восстание в Кронштадте приветствовали русские эмигранты, готовившиеся поддержать антибольшевистские действия матросов.
7 марта, после требования властей РСФСР о «немедленной и безоговорочной капитуляции» восставших — объявленных вне закона — части Красной армии пошли на штурм острова, закончившийся неудачей. Группировка была усилена новыми частями. При втором штурме большевистским войскам удалось, несмотря на значительные потери, взять крепость, после чего в городе начались массовые репрессии. Восьми тысячам восставших удалось уйти в Финляндию. В 1994 году президент РФ Борис Ельцин реабилитировал участников «Кронштадтских событий». В современной историографии «Кронштадта 1921» сложились две основные конкурирующие концепции событий, к которым иногда добавляют и оригинальную версию Троцкого.
Предшествующие события Гражданская война. Продразвёрстка и крестьянские восстания
К осени 1920 года Гражданская война на европейской части завершалась. Молодая Советская Россия заключила мирные договоры с Эстонией, Латвией, Литвой и Финляндией, добившись международного признания. 12 октября было заключено перемирие с Польшей, а через три недели в результате падения белого Крыма был положен конец последнему организованному вооружённому сопротивлению советской власти на европейской части страны. При этом на юге Украины ещё действовали вооружённые отряды Нестора Махно.
Выиграв по сути гражданскую войну, большевистское правительство столкнулось с серьёзными внутренними проблемами: промышленность, сельское хозяйство и транспорт были разрушены и дезорганизованы в результате прошедших войн, а действовавшая политика военного коммунизма, включавшая насильственную конфискацию урожая у крестьян, вызывала их недовольство. По мнению американского историка Пола Эврича, это и было краеугольным камнем проблем. В 1921 году Ленин писал:
Отсутствие угрозы со стороны белых армий привело к большому количеству крестьянских восстаний недовольных продразверсткой. Особенно серьёзными были волнения в Тамбовской губернии, на Средней Волге, на Украине, на Северном Кавказе и в Западной Сибири. Согласно данным ВЧК, к февралю 1921 года в разных частях страны произошло 118 крестьянских мятежей, зачастую под лозунгами: «Долой реквизицию!», «Долой продотряды!», «Не сдавать продовольственные излишки!», «Долой коммунистов и евреев!» и так далее.
Политические разногласия
Разногласия по поводу будущего военного коммунизма возникли и в большевистском руководстве: ряд членов партии выступал за усиление государственного вмешательства в сельское хозяйство (включая формирование посевных комитетов, отвечавших за сосредоточение и подготовку людских ресурсов и сельскохозяйственной техники, необходимых для увеличения посевных площадей), в то время как другие выступали за отказ от принудительной политики в деревне (см. Новая экономическая политика). По инициативе наркомвоенмора Льва Троцкого в стране также проводилась милитаризация рабочего класса: создавались трудовые армии, которые направлялись на низкоквалифицированные работы, такие как лесозаготовки или строительство.
Продолжавшаяся с декабря 1920 по март 1921 года внутрипартийная полемика на X съезде партии достигла своего апогея. Во время дискуссии о роли профсоюзов сложились три позиции: полное подчинение профсоюзов государству, полная независимость профсоюзов, а также промежуточная позиция. Полное подчинение предлагал Троцкий, руководствуясь военным подходом; против него высказались члены Рабочей оппозиции, которые также требовали передачи профсоюзам управления предприятиями. Ленин в сложившейся дискуссии занял промежуточную позицию. По мнению Эврича, «внутрипартийные споры отражали возросшее напряжение в советском обществе».
В Петрограде Положение в городах РСФСР, ранее зачастую поддерживающих большевиков, было намного хуже, чем в деревнях — разрушенная за шесть лет промышленность к концу 1920 года выпускала почти в пять раз меньше продукции по сравнению с уровнем 1913 года, а производство потребительских товаров составляло лишь четверть от довоенного уровня. В результате существенно сократилась и численность рабочих, занятых в промышленном секторе: 2,6 миллиона человек в 1917 году против 1,2 миллиона в 1920 году.
Серьёзные проблемы с доставкой продовольствия посадили горожан «на голодный паёк»: в начале 1921 года петроградские рабочие, занятые в сталеплавильном производстве, ежедневно получали 800 граммов чёрного хлеба; ударники труда — 600, а прочие категории — 400 или даже 200 граммов. По официальным данным, работники транспорта получали в день от 700 до 1000 килокалорий. К концу 1920 года это привело к тому, что несмотря на наличие вооружённых заградительных отрядов, блокировавших дороги и конфисковавших продукты у спекулянтов, незаконная торговля процветала. Более того, она в значительной степени вытеснила официальные источники поступления продовольствия. При этом городское население резко сократилось: в частности, в Петрограде от 2,5 миллионов человек, проживавших в октябре 1917 года, к августу 1920 года осталось примерно 750 тысяч. Ещё больше обострила проблему зима 1920/1921 годов, выдавшаяся крайне холодной.
Топливо в город также поставлялось с перебоями: в начале февраля 1920 года более 60 % фабрик и заводов Петрограда были вынуждены закрыться, так как топить было нечем. 23 февраля 1921 года на собрании рабочих Трубочного завода была принята резолюция с требованием увеличить пайки и немедленно распределить имеющуюся в наличии зимнюю одежду и обувь. На следующее утро массовая демонстрация рабочих завода прошла по Васильевскому острову; при этом в мероприятие были вовлечены и рабочие других предприятий, включая пролетариат табачной фабрики Лаферм. Таким образом, 24 февраля в Петрограде начались забастовки и митинги рабочих с политическими и экономическими требованиями. Петроградский комитет РКП(б) расценил волнения на заводах и фабриках города как мятеж и 25 февраля ввёл в городе военное положение, арестовав около пяти сотен рабочих-активистов — вооружённые курсанты военного училища разогнали демонстрацию без кровопролития (стреляли только в воздух).
26 февраля на расширенном заседании пленума Петроградского Совета начальник политотдела Балтийского флота Николай Кузьмин обратил внимание собравшихся на бунтарские настроения в матросской среде: он предупредил, что если не положить конец забастовкам («волынке») в Петрограде, то на флоте может произойти взрыв. 27 февраля власти приняли решение увеличить нормы пайков для солдат и рабочих: теперь каждый получал фунт с четвертью хлеба и банку мясных консервов ежедневно. Помимо этого, с 1 марта по всей Петроградской губернии были сняты заградотряды, и рабочим было официально разрешено покидать город для выезда в деревни. Такое решение привело к снижению недовольства, и к 3 марта почти все бастующие предприятия вновь приступили к работе. При этом, по мнению американского консула в городе, повышение продовольственных норм «пробило серьёзную брешь в продовольственных запасах Петрограда». Российский историк Сергей Яров отмечал, что только на нескольких предприятиях Петрограда рабочими были приняты политические резолюции, «на других заводах и фабриках интересовались только экономическими вопросами».
Кронштадт
Задуманный в XVIII веке для прикрытия главного фарватера Финского залива, ведущего к устью Невы, Кронштадт и к 1920 году не утратил этой функции. Мощные укрепления, расположенные как на острове Котлин, так и в его окрестностях, были модернизированы с учётом последних на тот момент достижений военной науки. С берегов залива Кронштадт прикрывали орудийные батареи, а пространство между Котлином и побережьями было перекрыто линиями искусственных островов с фортами. В 1921 году Кронштадт был главной морской базой всего Балтийского флота, поэтому из 50 тысяч человек, населявших город, больше половины (около 27 тысяч) составляли военные.
В годы Первой русской революции на острове произошло сразу два восстания (в 1905 и 1906 годах), подавленные правительственными войсками: движущей силой тех выступлений, по мнению Эврича, была «ненависть к властям и офицерам и жёсткая дисциплина на флоте». Второе выступление закончилось казнью тридцати шести зачинщиков.
После Февральской революции в городе прокатилась волна убийств офицеров; ещё в мае 1917 года Кронштадтский Совет, руководимый представителями различных политических групп (большевики, анархисты, левые эсеры и радикалы анархо-народнического направления), объявил себя единственной властью в городе и отказался подчиняться Временному правительству Александра Керенского, фактически реализовав будущий лозунг Октябрьской революции «Вся власть Советам!». В результате большевик Иван Флеровский назвал Якорную площадь города «кронштадтским вече». По данным Эврича, жители Кронштадта в тот период массово создавали небольшие сельскохозяйственные коммуны, в которых занимались обработкой свободных участков земли. Обычно в составе таких коммун было до пятидесяти человек обоих полов, работавших на одном предприятии или живших по соседству.
В июле 1917 года кронштадтские матросы сыграли ключевую роль в неудавшемся восстании, за что были названы Троцким «красой и гордостью» революции. Вновь они были призваны в Петроград в конце августа, во время выступления Корнилова. Особенно отличилась команда линейного корабля «Петропавловск». В октябре 1917 года матросы участвовали в штурме Зимнего дворца, а большевизация Совета на острове прошла быстрее, чем самого Петросовета столицы. В ходе Гражданской войны в рядах РККА сражались более 40 тысяч матросов Балтийского флота. За время войны их не раз называли «вдохновителями революционной воинственности».
Уже в марте 1918 года, после роспуска Центрального комитета Балтийского флота (Центробалта) и передачи его полномочий Совету комиссаров Балтийского флота, отношение балтийцев к новым властям резко ухудшилось: усилия большевиков по ликвидации комитетов и назначению комиссаров на командные посты вызвали «бурю протеста». В июле—октябре 1918 года многие матросы участвовали в выступлении левых эсеров (см. Выступление матросов в Петрограде). В 1928 году Павел Дыбенко писал о «вечно мятежном» духе матросов.
В 1920—1921 годах, в связи с планомерным затиханием боевых действий и отсутствием необходимости в высокой численности армии, солдаты и матросы Кронштадта впервые за многие месяцы получили отпуск и смогли приехать на свою малую родину, чтобы столкнуться с принудительной конфискацией зерна: