Али-Хаджи Акушинский (1847, Акуша, Акуша-Дарго — 1930, Акуша, Дагестан) — исламский богослов, общественно-политический деятель. Духовный и военный руководитель освобождения Дагестана от оккупационных сил Добровольческой армии Деникина в период Гражданской войны в России.
Биография Детство и юность Родился в 1847 году в даргинском селе Акуша. Его отец Мамма работал будуном акушинской джума-мечети. После завершения учебы в религиозной школе в родном селе Али-Хаджи обучался у известных в тот период дагестанских богословов-теологов: Абдурахмана Ас-Сугури, Хаджила-Али из Акуша, Ильяса-Хаджи из Цудахара, Абдурахмана, сына Мухаммада из Кака-Шура, Ибрагима из Анди, Дази из Губдена. Али-Хаджи овладел аварским, арабским и кумыкский языками. Был знаком со многими произведениями восточной литературы, и трудами богословов-теологов. Занимался изучением канонов ислама и другими науками. Имел множество мюридов в Темир-Хан-Шуринском, Даргинском и Кайтаго-Табасаранском округах, население которых относилось к нему с большим уважением.
Общественная деятельность В 1890 году по рекомендации имама акушинской джума-мечети 43-летний Али-Хаджи был назначен его преемником. В том же году он совершил хадж, после чего стал носить зеленую чалму и добавил приставку хаджи к своему имени. Религиозные деятели и простые люди о всего Дагестана обращались к нему с просьбой разрешить спорные вопросы.
Согласно акушинскому преданию, в Дербенте споры между родственниками богатого купца Амир Чупана зашли так далеко, что они отвергали чуть ли не всех знатоков шариата. Наконец, остановились на Али-Хаджи, поскольку он имел популярность как честный человек. За помощь в распределении имущества ему обещали кутан. Но когда Али-Хаджи узнал о том, что Амир Чупан нечестно накопил богатство, он отказался от кутана и заявил, что нажитое им богатство принадлежит не семье, а народу.
По словам сына Али-Хаджи Магомеда, однажды к шейху пришел земляк, который работал раньше старшиной участка, с просьбой разрешить ему поехать в хадж. «Отец мой сказал ему, что в Мекку поехать тебе нельзя, так как, работая старшиной участка, получал с населения взятки. Пусть сначала раздаст нажитое добро населению, очистится от грехов, а затем поедет в Мекку. Обидевшись на отца, Ялда-Хаджи больше не пришел к ним».
Али-Хаджи был критически настроен по отношению к царской власти. Он положительно относился к антиписарскому движениюв Дагестане, хотя не участвовал в нём. Он был осужден на 3 года за критику царской власти, пропаганду исламских традиций и норм шариата, а также борьбы с «неверными».
В ноябре 1914 года участвовал в приветствии на станции «Дербент» императора Николая II, который ехал в зону боевых действий в ЗакавказьеПервоисточник: .
Гражданская война В активную общественно-политическую жизнь Дагестана Али-Хаджи Акушинский включился после Февральской революции в России. Он поддерживал Февральскую, а затем и Октябрьскую революции, свержение царя и царизма, и верил в торжество идеалов демократии и равенства.
В январе 1918 года в Темир-Хан-Шуре собрался съезд алимов с участием офицерства. Собрались ученые-арабисты и авторитетные делегаты из разных мест. На этом представительном съезде было решено избрать шейх-уль-ислама Северного Кавказа и Дагестана. Кандидатами на эту должность были выдвинуты три человека; Али-Хаджи Акушинский, Узун-Хаджи Салтинский и Нажмуддин Гоцинский. Съезд открыли руководители Дагестанского правительства. При лоббировании социалистов на эту должность назначили Али-Хаджи Акушинского.
Социалист Махач Дахадаев в письме Акушинскому 18 февраля 1918 года пишет: «Мы не воспрещаем людям вести законы шариата. Мы отрицаем поручение дел людей только одному человеку, который ведет дела произвольно, по своему усмотрению. Мы желаем, чтобы шариатские дела велись коллегией, выбранной из алимов округов во главе с муфтием или шейхом-уль-исламом. Мы желаем, чтобы в его руках не было другой власти. Если мы не будем вести дела таким образом, мы не спасемся от притеснения, невежества и самодержавия. Я не говорю, что вся собственность вакуфные и частные земли должны быть изъяты у хозяев и разделены поровну. Я говорю, что необходимо отобрать общую собственность, находящуюся в руках лиц, называемых в настоящее время „беками“, и вернуть её населению, ибо они завладели этими землями с помощью гнета». После этого 20 мая 1918 года Али-Хаджи пишет: «Большевики не против, чтобы мы жили по шариату и обещают вернуть оружие, отобранное ими по ошибке. Если бы они посягали нам ислам, то я первым бы призвал весь народ на войну». О большевиках Али-Хаджи также говорил: «Если они не будут вмешиваться в наши внутренние дела, я сторонник хороших отношений с ними. Я верю в хорошие отношения с ними». Когда Дахадаев стал военным комиссаром Дагревкома, он заверял Али-Хаджи: «Военно-революционный комитет не посягает на основы Ислама-Шариата, ни на нравы, ни на обычаи Дагестана, ни на честь и достоинство его и немедленно приступит к организации духовного управления шариатского суда во всем Дагестане». Позже, в 1927 году, социалист Алибек Тахо-Годи признался, что они по изначальному плану шли на ложные обещания мусульманам, чтобы прийти к власти: «Не раз пришлось кривить душой, чтобы только вырвать массы из-под влияния буржуазной идеологии. Нужно было согласовать несогласуемое, XX век и шариат».
В апреле 1919 года Али-Хаджи совместно с Узун-Хаджи Салтинским составил план освобождения территории Дагестана и Чечни от Добровольческой армии генерала Деникина. В корреспонденции газеты «Молот» (31.04.1919 г.) отмечалось, что повстанцы, боровшиеся против деникинцев, назывались «алихаджиевскими». В мае 1919 года Дагестан был взят Добровольческой армией. Летом 1919 года началось анти-деникинское восстание в Дагестане. Главным инициатором этого восстания стал Али-Хаджи. В центре Даргинского округа в селении Леваши находился штаб по руководству восстанием. В штабе наряду с представителями большевиков работали представители мусульманского духовенства и в их числе Али-Хаджи. Младший его сын Ильяс возглавил один из конных партизанских отрядов.
В письме к генералу Деникину Али-Хаджи писал: «Дагестанский народ не приглашал частей Добровольческой армии в пределы своей территории. Он не давал им никакого повода к вторжению и ко всем агрессивным действиям. Дагестанский народ не находит не только никакого объяснения к насилованию его воли и священного для него шариата частями Добровольческой армии. Дагестан, состоящий из трудовых элементов — рабочих и земледельцев, тяготеющих экономически к России, не открывал никакого фронта против Российской государственности. Дагестанский народ не признает никакого права за Добровольческой армией, навязывать Дагестану свою волю в вопросе о форме общегосударственного управления, Дагестан признает полное право управлять собой, и своими делами, согласно своему быту и священному шариату, впредь до установления общегосударственной формы управления в России».Далее в письме Али-Хаджи Акушинский в ультимативной форме потребовал очистить Дагестан от добровольческих частей.
15 июля 1919 года назначенный Деникинцам правителем Дагестана генерал Микаил Халилов обвинил Али-Хаджи Акушинского в отходе от ислама и шариата и формально лишил его звания Шейх-Уль-Ислама, когда тот стал сотрудничать с большевиками.
После разгрома деникинцев в Дагестане в Ая-какинском сражении в селе Леваши 19 октября 1919 года на чрезвычайном собрании представителей горцев, борющихся на фронтах против деникинцев, был создан Совет обороны Северного Кавказа и Дагестана. Управлял Советом обороны Али-Хаджи Акушинский. Штаб Совета располагался в Леваши. 7 февраля 1920 года Али-Хаджи назначен почётным председателем Совета ОбороныВыписка из протокола заседания третьей сессии.
30 марта 1920 года после окончательного отступления деникинцев из Дагестана в Темир-Хан-Шуре был устроен парад частей Армии Совета обороны в честь Али-Хаджи Акушинского. Солдаты армии, отдав честь шейху, проходили перед ним.
Шейх 3 апреля 1920 года, обращаясь к большевикам, сказал:«Лишь признание независимой государственности горских народов может обеспечить прочный мир на Кавказе и добрососедские отношения между народами Северного Кавказа и Советской России. Поэтому прошу вас изложенное довести до сведения вашего высокого правительства и сообщить мне ответ последнего по существу вопроса о признании независимости Горской республики и о том, когда и где будет угодно встретиться представителям советского правительства с представителями горских народов для детального обсуждения вопросов установления условий нашей дружбы и мирного соседства».Но большевики с его идеями о независимости не стали считаться. В Дагестане была установлена советская власть.
Советские годы Али-Хаджи отказывался агитировать против антисоветского восстания Гоцинского, считая, что мусульманам нельзя воевать друг против друга.
Когда в 1921 году дагестанская делегация во главе с Дж. Коркмасовым была на приеме у шейха, Владимир Ленин передал для Али-Хаджи именные часы. Сын шейха Ильяс-Хаджи пишет: «Мы сохранили их до того момента, когда нас выслали в Киргизию. Из-за тяжелого положения семьи мы эти часы отдали в залог. Потом они потерялись».
После полного закрепления Советской власти в Дагестане отношение Али-Хаджи Акушинского к новой власти изменилось. Началась поэтапная борьба с духовенством и религией. Был введён запрет на оформление шариатского брака до его регистрации в соответствующем советском органе. Духовенство было лишено избирательных прав. Действовали декрет об отделении церкви от государства и школы от церкви, постановления Дагревкома об изоляции особо вредных лиц из духовенства. Уголовные дела было запрещено рассматривать в шариатских судах. Затем в Дагестане были полностью ликвидированы шариатские судыПриказ Ревкома ДАССР об изъятии из ведения Шариатских судов уголовных дел. Уничтожалась религиозная литература, происходило притеснение религиозных деятелей, а в период так называемой «безбожной пятилетки» (1928—1932) происходило разрушение религиозных культовых сооружений. Советская власть подорвала материальную базу духовенства, санкционировав сначала переход части заката и вакуфа на содержание светских школ, а затем передачи их в руки кресткомов. Эти решения подрывали веру Али-Хаджи Советской власти, после чего он перестал считаться с органами Советской власти.
Состоялись массовые шествия религиозных людей по улицам Махачкалы, Дербента и других населённых пунктов. Со многочисленной свитой стал ездить сам Али-Хаджи по селам. В телеграмме наркома юстиции Ибрагима Алиева в Дагревком сообщалось, что Али-Хаджи приехал в Карабудахкент со свитой на трех фаэтонах и с 5 всадниками. Собравшейся массе Али-Хаджи заявил: «В партии не записывайтесь, а если будут просить хлеба — не давайте и солдат не давайте».
Али-Хаджи, его сыновья и родственники резко выступили против перевыборов сельского совета в Акушах. Для их проведения в Акуша приехал председатель Даргинского округа Осман Османов. Он вел с Али-Хаджи продолжительную беседу о значении этого и других мероприятий Советской власти, но Али-Хаджи открыто высказался против них. Вопреки ему были проведены перевыборы. Тогда народ вышел на площадь, где выступал его сын Хасбула и другие сторонники Али-Хаджи, которые осудили избранных депутатов как гяуров и заявили, что они не будут признавать избранный сельский совет. Одни предлагали передать все общественные дела джамаату, а Хасбула предлагал передать власть шариатской тройке.
7 декабря 1921 года Президиум Дагревкома рассматривал вопрос «О выступлении Али-Гаджи Акушинского против распоряжения Советской власти»Из Протокола заседания Президиума Дагревкома по поводу Али-Хаджи акушинского.