Гео́ргий Ти́хонович Кру́тиков (4 апреля 1899, Воронеж — 3 марта 1958, г. Москва) — советский архитектор.
Биография Воронеж Родился 4 апреля 1899 года в семье законоучителя Воронежского реального училища Тихона Александровича Крутикова и его жены Анны Феофиловны.
В 1917 году окончил с серебряной медалью Первую мужскую гимназию. Принимал участие в рукописных гимназических журналах «Свет» и «По всему свету» как художник-оформитель и автор статей, в том числе статьи «Воздухоплавание».
В дальнейшем работал сначала санитаром в эпидемическом отряде Воронежского Горздравотдела и телефонистом в Управлении военных сообщений Южного фронта города Воронежа, а затем секретарем секции ИЗО Городского отдела народного образования.
С 1919 года принимал участие в организации в Воронеже Государственных художественных мастерских по направлению Наркомпроса Р. С. Ф. С. Р. в качестве организатора-инструктора. Одновременно заведовал подотделом ИЗО Губернского Отдела Народного Образования. В 1922 году был командирован в Москву для продолжения образования.
В 1922 году Георгий Крутиков по представлению ЦК Всероссийского профсоюза работников искусств поступил в Высшие художественно-технические мастерские (ВХУТЕМАС) в Москве.
ВХУТЕМАС. Город будущего С 1922 по 1928 год Г. Крутиков проучился на архитектурном факультете ВХУТЕМАСа, переименованного затем во Высший художественно-технический институт (ВХТИ), получив специальность архитектора-художника. Вёл общественную работу в профкоме Союза строительных рабочих в качестве председателя архитектурного кружка и организатора архитектурного кабинета. Будучи студентом выполнял авторские работы на строительстве Международного красного стадиона на Ленинских горах (1924—1925), в Центральном парке культуры и отдыха, на Всесоюзной полиграфической выставке в 1927 году. По его проектам в Советском павильоне на Международной выставке печати в Кёльне были выполнены в 1928 году Ленинский уголок и центральная установка — «Структура СССР».
В 1924 году в Москве было создано Общество по строительству Международного Красного Стадиона на Ленинских горах, которое возглавлял Н. Подвойский. Главным архитектором проекта назначен профессор Н. А. Ладовский, а Г. Крутиков — его соавтором и исполнителем-проектировщиком.
В начале 1920-х годов Крутиков серьёзно интересовался дирижаблестроением, вёл переписку с К. Э. Циолковским и сам пытался конструировать салон дирижабля.
Дипломный проект «Город будущего (эволюция архитектурных принципов в планировке городов и организации жилища)», выполненный под руководством Н. А. Ладовского, получил высокую оценку научно-художественной предметной комиссии: «Помимо больших способностей в проектировке, Крутиков обнаруживает задатки серьезного исследователя вопросов научно-архитектурного порядка. В этом отношении заслуживает внимания его работа в лаборатории на тему: „Психотехническое обследование способностей архитектурного комбинирования форм в пространстве“… К своей дипломной работе Крутиков подошёл своеобразно — заглянул вперёд больше, чем это обыкновенно принято в вопросах планировки городов. Тем не менее если проблема в целом может быть разрешена в отдаленном будущем, то отдельные её элементы являются уже задачами сегодняшнего дня. Эти задачи можно было бы охарактеризовать как задачи оформления подвижной (в воздухе, воде и на земле) архитектуры… Проблемы связи архитектуры с живой жизнью, поставленные перед собой Крутиковым сознательно и чётко, нужно признать разрешенными им талантливо. Декан И. Рыльский».
Через 45 лет после защиты Г. Крутиковым дипломного проекта доктор искусствоведения Хан-Магомедов Селим Омарович в журнале «Декоративное искусство» № 1/182 за 1973 год опубликовал специальную статью, достаточно подробно анализирующую проект «Летающего города» и все таблицы проекта.
Работа «Город будущего» экспонировалась на Выставке «Москва — Париж» среди архитектурных проектов 1900—1930 годов. Авторы статьи «Русская и советская архитектура. 1900—1930» писали: «…несбыточно фантастическими, оторванными от жизни представлялись современникам многие архитектурные идеи двадцатых годов — „город в воздухе“ Г. Крутикова, „кинематические“ сооружения А. М. Лавинского, непривычные „динамические композиции“ К. С. Малевича и Эль Лисицкого, казавшиеся причудливыми объёмно-пространственные построения И. И. Леонидова и Я. Г. Чернихова, а также многие другие замыслы, относящиеся к зодчеству будущего. Но всего лишь через три-четыре десятилетия нежизненными оказались не они, но суждения тех, кто не смог поверить в возможности архитектуры и инженерии XX века: сегодня уже осуществляется многое из подобных проектов-прогнозов».
В 1990-е годы на VI Международной выставке архитектуры «Венецианская биеннале» в павильоне «Русская утопия» экспонировались проекты Г. Крутикова «Летающий город (Город на воздушных путях сообщения», 1928) и «Город-коммуна Автострой» (1930), созданный в соавторстве с В. Лавровым и В. Поповым.
Психотехническая лаборатория Помимо проектирования в годы учёбы во ВХУТЕИНе Крутиков принимал активное участие в работе психотехнической лаборатории, которая была открыта 15 февраля 1927 года по инициативе Н. А. Ладовского, создавшего научное обоснование программы её работы.
Для использования психотехники в архитектуре важно было разработать такую систему тестов, которые помогали бы выявить необходимые архитектору способности и навыки. «Устанавливая признаки, определяющие понятие „архитектор“, неизбежно было определить основной признак деятельности современного архитектора как организатора восприятия пространства и пространственных форм… выяснилась необходимость вести работу в двух направлениях: а) психотехнические установления тестов пространственного комбинирования; б) теоретико-архитектурное установление понятия пространственной композиции… Архитектор должен быть, хотя бы элементарно, знаком с законами восприятия и средствами воздействия, чтобы в своём мастерстве использовать всё, что может дать современная наука. Среди наук, способствующих развитию архитектуры, серьёзное место должна занять молодая ещё наука психотехника…»
Г. Крутиков в статье, посвящённой психотехнической лаборатории, определял что: «Основной задачей Архитектурной лаборатории является создание… такого научно обоснованного и экспериментально проверенного базиса, который мог бы дополнить существующий интуитивно-индивидуальный подход».
«В помещении ВХУТЕИНа была оборудована специальная комната для лаборатории (знаменитая „чёрная комната“). Чтобы не отвлекать внимания исследователей и испытуемых и не создавать ненужных ориентиров, влияющих на результаты психотехнических опытов, Ладовский решил выкрасить стены, пол и потолок в чёрный цвет. „Чёрная комната“, вся заставленная какими-то необычными приборами с протянутыми в ней нитями и яркими цветными пятнами (используемыми для опытов с цветом) производила, как рассказывают очевидцы, какое-то фантастическое впечатление».
С закрытием ВХУТЕМАСа-ВХУТЕИНа эти исследования прекратились.
Работа в Москве С 1928 по 1931 год Г. Крутиков трудился в качестве архитектора-автора и научного сотрудника в Мосстрое (по жилищному строительству Москвы), в Гипрогоре (по планировке городов) и Наркомпросе РСФСР (по строительству театров), а также в творческих бригадах архитектурных обществ «АСНОВА» и «АРУ» (Ассоциация новых архитекторов и Объединение архитекторов-урбанистов), где им были выполнены конкурсные проекты: маяка — памятника Христофору Колумбу, города-коммуны «Автострой» при Горьковском автосборочном заводе, Дворца культуры Пролетарского района в Москве, Дворца Советов Союза ССР, Большого театра в Свердловске и другие.
В 1929 году назначен главным архитектором выставки «Дети Советского Союза», организованной ЦК комсомола к Первому Всесоюзному слёту пионеров в Москве.
В 1930 году Г. Крутиков стал членом-учредителем Союза советских архитекторов, был делегатом Первого Всесоюзного съезда советских архитекторов в 1937 году и Первой Московской конференции советских архитекторов.
Участник пленума Правления Союза советских архитекторов. В дальнейшем принимал активное участие в работе Союза, а также в деятельности его творческих секций.
С 1931 по 1933 год Крутиков — учёный секретарь Архитектурного кабинета по строительству театров в Наркомпросе РСФСР. К этому времени относится его работа над конкурсным проектом Музыкального театра имени Немировича-Данченко в Москве, положенным затем в основу разработки окончательного проекта. Тогда же был осуществлен проект театра в Нижнем Тагиле.
С 1933 по 1937 год работал архитектором-автором в Архитектурно-проектной мастерской Моссовета № 3 под руководством академика И. А. Фомина. В этот период были выполнены проекты, получившие своё воплощение в Москве под авторским надзором; это: надземный и подземный вестибюли и подземная станция Московского метрополитена «Парк культуры имени М. Горького», семь школ в разных районах Москвы, жилой дом в Новоспасском переулке и другие.
27 мая 1935 года Г. Т. Крутиков награждён Почетной грамотойСообщение газеты «Правда».
После окончания заочной аспирантуры при Академии архитектуры в 1939 году Г. Т. Крутиков приглашён на должность старшего научного сотрудника Комиссии по изучению, охране и реставрации памятников архитектуры.
8-12 июля 1940 года в Москве проходил VII пленум правления Союза советских архитекторов СССР, на котором от Секции по изучению русской архитектуры при Союзе советских архитекторов Г. Крутиков выступил с докладом. В своём сообщении он принципиально ставил вопрос о сохранении историко-архитектурных памятников при реконструкции Большой Москвы. В докладе приводились факты уничтожения ценнейших архитектурных памятников, так данные специальной комиссии Академии архитектуры, свидетельствовали о том, что с 1917 по 1940 год в Москве было уничтожено 50% памятников национальной русской архитектуры. В докладе также указал на неподготовленность специалистов, слабое знание ими истории Москвы и ценностей культуры и архитектуры.
От лица Секции по изучению русской архитектуры при Союзе советских архитекторов внёс ряд конкретных предложений по улучшению работы в области охраны памятников архитектуры.
Военный период С начала Великой Отечественной войны и до мобилизации в Красную армию в сентябре 1941 года Г. Крутиков работал над вопросами обороны Москвы. С 1941 по 1943 года являлся слушателем Курсов военного времени Военно-инженерной академии имени Куйбышева и состоял в резерве Главного военно-инженерного управления Красной Армии (ГВИУ). С сентября 1941 и до конца 1942 года проходил военную подготовку инженера-сапёра в городе Фрунзе, куда была эвакуирована Академия имени Куйбышева. После демобилизации в 1943 году трудился в Архитектурно-планировочном управлении Москвы — сначала в качестве архитектора-автора, а затем начальника Отдела (инспекции) по государственной охране памятников архитектуры города Москвы.
Охрана памятников архитектуры в Москве 16 марта 1943 года Комиссия по учёту и охране памятников искусства при Комитете по делам искусств при СНК СССР выдала ему удостоверение: «Предъявителю сего арх. Крутикову Георгию Тихоновичу Комиссией… поручается обследование всех зданий бывшего Новоспасского монастыря (Крестьянская пл., 10) и Крутицкого подворья (1-й Крутицкий пер., д. 4/2). Председатель Комиссии… Д. П. Сухов». Г. Крутиков разработал проекты восстановления и реставрации этих ценных памятников архитектуры. Материалы по Крутицкому подворью им были переданы П. Д. Барановскому, а по Новоспасскому монастырю — переданы его женой начальнику реставрационных мастерских, расположенных на территории монастыря, уже после смерти Георгия Тихоновича.
С 1947 года Г. Крутиков — внештатный научный сотрудник Института истории искусств Академии наук СССР по Сектору истории архитектуры, с 1949 года — член Научно-методического совета по охране памятников культуры при Президиуме Академии наук СССР.