Враг наро́да — термин римского права, образ врага, предполагавший объявление лица вне закона и подлежащим безусловному уничтожению (и в этом смысле как бы приравнивающий его к вражескому солдату, воюющему против республики с оружием в руках)Так, в 68 году Римский сенат объявил «врагом народа» сначала Гальбу, а затем Нерона.
В Новое время словосочетание «враг народа» получило широкое распространение во времена Французской революции для обозначения противников якобинской диктатуры и для обоснования массового террора. С той же целью, что и во Франции, термин использовался во времена сталинских репрессий...«По мере нарастания политики „большого террора“ основной дефиницией стало определение „враг народа“, которое использовалось столь широко, что дальнейшие уточнения становились излишними» . Необходимость усиления борьбы с «врагами народа» правящим режимом обосновывалась сталинским тезисом о том, что по мере строительства коммунизма происходит обострение классовой борьбы и возникают новые «классовые враги».
В Древнем Риме В Древнем Риме «врагами народа» ( — «враг народа» и — «враг римского народа») объявлялись лица, занесённые в проскрипции при Луции Корнелии Сулле. Затем в 68 году «врагом народа» был объявлен Нерон, в 192 году император Коммод.
Во время Французской революции Выражение («враг народа»), почерпнутое из классических писателей, вновь появилось во времена Французской революции первоначально в риторике революционеров, как синоним понятия «враг революции». Так, мэр Парижа Петион (жирондист, покончивший с собой во время террора) говорил, имея в виду роялистов: «Враги народа защищаются путём обращения к народу, а Людовик XVI поддерживает их право на заговоры»Выступление Парижского мэра Петиона 3 августа 1792 г. перед Законодательным собранием от имени 48 секций Парижа. В правовую практику понятие было введено в год якобинской диктатуры, содержание термина было детализировано в декрете от 22 прериаля II года (10 июня 1794 года), открывшем собой эпоху так называемого «Большого террора» (июнь-июль 1794 года). Декрет определял «врагов народа» как личностей, стремящихся уничтожить общественную свободу, силой или хитростью. «Врагами народа» были сторонники возврата королевской власти, вредители, препятствовавшие снабжению Парижа продовольствием, укрывавшие заговорщиков и аристократов, преследователи и клеветники на патриотов, злоупотреблявшие законами революции, обманщики народа, способствовавшие упадку революционного духа, распространители ложных известий с целью вызвать смуту, направлявшие народ на ложный путь, мешавшие его просвещению. По этому закону «враги народа» наказывались смертной казнью. Революционный трибунал якобинцев ежедневно выносил по 50 смертных приговоров.
«Враги народа» арестовывались по анонимным доносам. Судебная процедура была упрощена, не было ни защитника, ни прений сторон. Вина определялась на основании условных критериев. Сен-Жюст утверждал: «Мы должны карать не только врагов, но и равнодушных, всех, кто пассивен к республике и ничего не делает для неё». Марат, именовавшийся «другом народа», настаивал на обезглавливании ста тысяч человек. Якобинскому террору были подвергнуты не только аристократы, а все слои населения. За год правления якобинцев было казнено около 12 тысяч человек, из них 3 тысячи были аристократами и священниками, 4 тысячи — крестьянами, 3 тысячи — рабочими, а остальные 2 тысячи — литераторами, судьями, купцами, ремесленниками. «Враги народа» были обнаружены и среди якобинцев. Так, Дантон был казнён как английский шпион.
В революционной России и Советском Союзе
Термин в риторике большевиков до революции Во время Революции 1905 года Ленин в статье «Демократические задачи революционного пролетариата» назвал Николая II «злейшим врагом народа»«Пролетарий» № 4 , 17 (4) июня 1905 г..
Словосочетание «враг народа» в российской политической риторике стало использоваться после Февральской революции для обозначения противников нового режима. В частности, А. Ф. Керенский, выступая в марте 1917 года перед делегацией Черноморского флота, заявил: «Прошу вас не верить слухам, распространяемым врагами народа и свободы, стремящимися подорвать связь между Временным правительством и народом».
В июне 1917 года Ленин опубликовал статью «О врагах народа»«Правда» № 75 , 20 (7) июня 1917 г.:
В августе 1917 года данное понятие употребляется в листовках Комитета народной борьбы с контрреволюцией. «Врагом народа» был назван генерал Л. Г. Корнилов, поднявший мятеж.
При Ленине Верховный Главнокомандующий Русской армии Н. Н. Духонин был объявлен «врагом народа» за отказ выполнять распоряжение В. И. Ленина немедленно начать переговоры о перемирии на Восточном фронте с Германией. Н. Н. Духонин был растерзан ворвавшимися в Ставку революционными матросами.
28 ноября 1917 года выражение «враги народа» было применено В. И. Лениным, который на заседании Совета Народных Комиссаров выступил с предложением: «Члены руководящих учреждений партии кадетов, как партии врагов народа, подлежат аресту и преданию суду революционных трибуналов». Кадетам ставились в вину организация контрреволюционных восстаний в казачьих областях и начало гражданской войны.
13 января 1918 года принимается Постановление СНК РСФСР «О разрыве дипломатических сношений с Румынией», которым командующий румынским фронтом русской армии генерал Д. Г. Щербачёв официально был объявлен «врагом народа».
В августе 1919 года Совнарком и ВЦИК Советов объявили Верховного правителя России А. В. Колчака, а также «всех ставленников и агентов Колчака» вне закона.
Красный террор, начавшийся в 1918 году после восстания левых эсеров и ряда покушений на большевистских лидеров, в том числе на Ленина, быстро приобрёл большие масштабы. В рамках Красного террора были расстреляны граждане, заподозренные в принадлежности или симпатии к Белой армии, представителей духовенства, казачества, зажиточного крестьянства. Нередко, при подавлении крестьянских восстаний, использовалось взятие заложников из числа членов семей восставших с последующим их расстрелом.
Среди наиболее известных людей, погибших в этот период: царь Николай Второй и его семья, поэт Николай Гумилёв, архиепископ Пермский и Кунгурский Андроник (Никольский) (казнён в Перми), архиепископ Астраханский Митрофан (Краснопольский) (расстрелян по личному приказу Сергея Мироновича Кирова, на тот момент — председателя астраханского ревкома), епископ Тобольский Гермоген (Долганёв) (утоплен революционными матросами в реке Туре), епископ Селенгинский Ефрем (Кузнецов) (расстрелян в Москве), епископ Елабужский Амвросий (Гудко) (расстрелян в Свияжске после пыток и истязаний) и многие другие.
Среди дальнейших фаз «борьбы с врагами» народа можно отметить следующие: Раскулачивание. Борьба с зажиточными крестьянами была начата в 1918 году. Согласно политике продразвёрстки, «избыток» продуктов у «кулаков» изымался. Систематическое раскулачивание производилось в период коллективизации. Указом от 7 августа 1932 года расхитители колхозного имущества были объявлены «врагами народа». «Чистка партийных рядов» — привела к гибели большей части «старых» большевиков из числа ближайших соратников Ленина, которые неожиданно оказались шпионами различных иностранных государств. «Возмездие» за убийство Кирова. Киров был убит 1 декабря 1934 года в Ленинграде. После его убийства был введён упрощённый порядок ведения следствия; смертные приговоры приводились в исполнение в течение 24 часов. При этом убийца Кирова, Л. В. Николаев, сам большевик с десятилетним партийным стажем, по всей вероятности, считал, что Киров тайно встречается с его женой, латышкой Мильдой Драуле, работавшей в Смольном в аппарате Кирова, на тот момент главы Ленинградской партийной организации. Тем не менее, убийство Кирова было использовано как повод для арестов и казней сотен людей по всей территории СССР. «Ежовщина» (1936—1938). Обвинения в троцкизме и правом уклонизме. В 1937 году было репрессировано около 800 тысяч человек. Для ускоренного рассмотрения дел были созданы «тройки». Расстрелы проводились по разнарядкам (или лимитам), назначавшимся местным партийным органам. Партийные организации нередко просили увеличить лимиты. В 1939 году Ежова арестовали, а в 1940 году расстреляли как «шпиона», что, впрочем, не остановило террор.
Особенности борьбы с «врагами народа» при Сталине Теоретическим обоснованием борьбы с «врагами народа» служила концепция Сталина об обострении классовой борьбы по мере продвижения страны к социализму. Сталин проявлял личную заботу о том, чтобы враги были разоблачены и уничтожены. Узнав о пожаре на Канском мельничном комбинате в 1937 году, он обратился к Красноярскому крайкому с такой телеграммой:
Поджог мелькомбината, должно быть, организован врагами. Примите все меры к раскрытию поджигателей. Виновных судить ускоренно. Приговор — расстрел. О расстреле опубликовать в местной печати.
Для разоблачения врагов применялись пытки. Сталин рекомендовал «метод физического воздействия… в виде исключения, в отношении явных и неразоружающихся врагов народа, как совершенно правильный и целесообразный метод».
Насильственное разлучение детей и родителей-«врагов народа» было одной из репрессивных практик СССР.
В процессе разоблачения «врагов народа» появились «герои-разоблачители», деятельность которых широко пропагандировалась государством и ставилась в пример остальным гражданам. Среди них были пионеры Павлик Морозов и Коля Жеглов, о котором Анастас Микоян произнёс речь в Большом театре на праздновании 20-летия органов ВЧК — ОГПУ — НКВД. Существовали и другие примеры. Так, Сталин лично похвалил на февральско-мартовском пленуме 1937 года аспирантку Николаенко, назвав её «маленьким человеком», умеющим «разоблачать врагов». Вдохновлённая Николаенко однажды заперла на ключ пожилого большевика и, позвонив в НКВД, заявила: «У меня в кабинете сидит враг народа, пришлите людей арестовать его». По рекомендации Сталина Николаенко была направлена с Н. С. Хрущёвым на Украину, чтобы там помогать ему бороться с «врагами народа». Вскоре она прислала Сталину донос, в котором назвала Хрущёва «неразоружившимся троцкистом»Никита Сергеевич Хрущёв. Воспоминания (книга 1. Время. Люди. Власть). Сам Н. Хрущёв писал о ней следующее (что отражало ситуацию с «борцами за революцию, борцами с врагами народа»): …она всех украинцев считала националистами, все в её глазах были петлюровцами, врагами народа, и всех их надо арестовывать. …она написала заявление, в котором обвиняла меня, что я покрываю врагов народа и украинских националистов. …такой невесте подыскать мужа — это очень опасно, потому что муж уже будет подготовлен к тому, что ему через какое-то время надо садиться в тюрьму, поскольку она его, безусловно, оговорит.
Практику «разоблачения врагов народа» во время сталинских репрессий Н. Хрущёв характеризовал следующим образом: Некоторые лица были просто шарлатанами, которые избрали для себя профессией разоблачение врагов народа. Они терроризировали всех, бесцеремонно заявляя в глаза: «Вот этот — враг народа». Прикипало к человеку это обвинение, привлекало внимание, органы НКВД начинали разбираться. Следствие, конечно, велось тайно, к человеку приставляли агентуру, а потом доказывали, что это — действительно враг народа.
В законодательстве Термин «враг народа» не был только клише политической риторики сталинского периода, он употреблялся и в официальных документах, в частности, в статье 131 Конституции СССР 1936 года говорилось:
Лица, покушающиеся на общественную, социалистическую собственность, являются врагами народа.
Таким образом, юридически это понятие пережило сталинскую эпоху и исчезло из советского законодательства только в 1977 году, с принятием «Брежневской Конституции».
Берия — «враг народа»