Храм-памятник воинам, павшим при взятии Казани в 1552 году (Храм-памятник в честь Нерукотворе́нного Образа Спасителя) — православный храм-памятник в Казани, построенный в XIX веке в память о воинах, погибших при осаде и взятии Казани в 1552 году. Один из старейших казанских памятников и воинских мемориалов России.
Описание памятника Памятник представляет собой поднятую на высокий постамент двадцатиметровую четырёхугольную усечённую пирамиду со всеми равными измерениями: длиной, шириной и высотой. С четырёх сторон — входы в здание, украшенные греческими портиками и двумя дорическими колоннами. В храм со стороны главного входа ведут 20 широких каменных ступеней, с других — по 12 ступеней.
Фронтоны портиков украшены лепными изображениями Георгиевского креста с идущими от него лучами. Ранее на фризе портала в центре была надпись «Въ память побѣды надъ Татарами 1552».
По углам пирамиды расположены четыре кельи, в которых жили монахи, служившие поминальные службы по павшим воинам. Окна в кельи заметны на краях памятника.
Внутри памятника расположена церковь Нерукотворенного образа Спасителя, в память о царском знамени, бывшем при взятии Казани.
До 1918 года при входе в церковь, близ дверей, налево, находилось изображение Иоанна Грозного, а направо — императора Александра I. На левой стене храма находилась икона Господа Спасителя, вручающего Свой образ юному царю Авгарю (содержание символическое: под Авгарем подразумевается молодой русский царь, выполнивший великое дело под покровом Нерукотворенного образа Спасителя).
Под здание ведёт сводчатый подземный ход, по спирали обходящий храм. По сторонам гробницы, над украшениями в виде военной арматуры были надписи: «Больше сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя» (Иоанн. 15, 13), «Возлюблении и прекраснии, неразлучни, благоленки в животе своем и в смерти своей не разлучишася; паче орлов легки, паче львов крепцы» (2 Цар. 1, 23).
В центре храма сооружён решётчатый настил над гробницей с останками воинов. И оно — есть лишь отверстие обширной могилы, покрытой дощатым помостом.
Большая часть останков находится внутри кургана. Человеческие кости, как выяснилось во время реконструкции 1830—1832 года, занимали подземелье на многие метры в глубину. Поэтому фундамент вместо помоста сделать было невозможно.
Первые попечители над памятником, купец I-й гильдии Л. Крупенников и П. Котелов, устроили в склепе богатый гроб, в котором были собраны кости воинов:Эти бренные останки лежат в колоссальной гробнице, на которой написано, что доблестные воины как были неразлучны при жизни, так остаются совокупными и по смерти. Пробитые черепа и раздробленные кости наглядно говорят о том, как они кончили жизнь под стенами Казани. Пред гробницей находится икона распятия Иисуса Христа и при ней висит неугасимая лампада.
В № 11 за 1906 год «Газеты „Правых“», издававшейся в Казани, была помещены фотографии храма-памятника в окружении участников патриотической манифестации, а также расположенной под ним гробницы с останками воинов. В опубликованной здесь же заметке за подписью «Казанец» говорилось, в частности:Алексеев И. Е. Архимандрит Гавриил (Воскресенский). «Покой душам вашим, православные витязи, за веру и отечество при взятии Казани положившие живот свой…»
С 1950-х годов памятник находится на островке. До того он оказывался окружён водой только во время весеннего разлива Волги и Казанки (до середины мая): Во время весеннего разлива памятник бывает весь окружен слившимися водами рек Волги и Казанки и представляется тогда как бы плавающим среди широкой водной равнины, простирающейся до Зилантова монастыря — с одной стороны, до подножия кремлёвской горы — с другой стороны. Но эти разливы представляют для памятника и опасную сторону...
История воинского захоронения
Через два дня после взятия Казани войсками 22-летнего Иоанна IV Васильевича — 4 октября 1552 года — царь приказал игумену Иоакиму (Якиму) с почестями похоронить погибших воинов в общей могиле. На холме братской могилы он повелел основать монастырь во имя Успения Пресвятой Богородицы, монахам которого предписал вечно молиться за убиенных.
Монастырь был построен на берегу реки Казанки, в версте от кремля. Это место было известно и тем, что там, рядом с кладбищем русских жителей Казани, где в 1529 году был погребён святой мученик Иоанн, во время Казанских походов располагалась ставка и походная церковь царя со знаменем с Образом Нерукотворным.
Поскольку монастырь вскоре начал подмываться весенними разливами (высокое половодье 1559 года особенно сильно разрушило его деревянные постройки), по просьбе первого настоятеля — игумена Иоакима, царь повелел в 1560 году перенести монастырь на новое место — на версту ниже по течению Казанки, на высокую гору, называемую Змеиной или ЗилантовойЗагоскин Н. П. Спутник по Казани. Иллюстрированный указатель достопримечательностей и справочная книжка города. — Казань: Типо-литография Императорского университета, 1895. (от ). Иоанн IV пожертвовал на монастырь 300 рублей, царица Анастасия Романовна — 100 рублей и иконостас для соборной церкви. Ныне — это Зилантов Свято-Успенский монастырь.
Возможно, забота о поминовении павших воинов со стороны царя связана с исполнившимся страшным предсказанием, данным ему Максимом Греком в 1553 году, когда Иоанн Васильевич, направляясь в Кириллов монастырь, посетил его в Троице-Сергиевой лавре с женой и рождённым по взятии Казани (в октябре 1552 года) сыном Дмитрием:
«Аще, — рече, — не послушаеши мене, по Бозѣ совѣтующаго, и забудеши крови оных мучеников, избиенных от поганов за правовѣрие, и презриши слезы сиротъ оных и вдовицъ, и поѣдеши со упрямством, вѣдай о сем, иже сынъ твой умрет и не возвратится оттуды жив. Аще же послушаеши, и возвратишися, здрав будеши яко сам, так и сынъ твой». И сия словеса приказал ему четырьмя нами: первый — исповѣдникъ его, презвитер Андрѣй Протопоповъ, другий — Иоаннъ, княжа Мстиславский, а третей — Алексѣй Адашев, ложничей его, четвёртым — мною.
С другой стороны, некоторыми современными исследователями Курбского эта история считается его агитационным вымыслом.
Поминальные службы о павших воинах служились в Зилантовом монастыре. Непосредственно на месте захоронения воинов («русском кладбище») в XVI веке была поставлена часовня. Саму же братскую могилу называли в народе «убогим домом» («божедомкой») или «вязком», так как вокруг неё во множестве росли старые вязы.
Для поминовения была установлена так называемая «покровская родительская суббота» (суббота перед праздником Покрова Пресвятой Богородицы). Позднее она стала местным праздником для всех храмов Казанской (впоследствии и для Вятской, Екатеринбургской и Ижевской) епархии, в который совершаются заупокойные литургии и панихиды по усопшим.
По подсчётам профессора Казанского университета Карла Фукса при взятии Казани погибли и были похоронены в братской могиле с рядовыми солдатами 4 воеводы и 198 «офицеров» (боярских детей). Казанский историк-краевед первой половины XIX века Николай Баженов указывал имена 166 погибших ратниковБаженов Н. К. Плавание к Зилантову монастырю и Казанскому памятнику. — М., 1846.. Архимандрит Гавриил, настоятель Зилантовой обители, приводил список имён 212 погребённых воинов.
Наиболее полно имена павших при взятии Казани воинов, упоминаемых на панихидах, указаны в Синодике Зилантова монастыря (подлинник синодика с записями 1560—1813 годов хранится в Национальном архиве Республики ТатарстанРукописные книги XV—XIX вв. из фондов Национального архива РТ // Сайт архивной службы Республики Татарстан .Синодик Зилантова монастыря 1560—1813 годов // Национальный архив РТ. — Ф. 10. — Оп. 5. — Д. 314.), а также в некоторых синодиках «по убиенным во брани» других храмов и монастырей (например, в синодике московского Успенского собора). В нём перечислено более восьмисот имен погибших, в основном дворян из разных уездов Русского царства. Для погибших из числа знати были указаны их чины и звания: «большой боярин, князь, княж сын», а для рядовых воинов — имя, отчество и место рождения «Тферитяне, Бежечане, Володимерцы, Костромичи, Суздальцы, Галичане, Козличи, Калужане, Коломничи, Дмитравцы, Каширяне, Ржевцы, Мещеряне, Муромцы, Стародубцы, Нижегородцы, а также Атаманы казаков»Краткая история Зилантова Успенского, что в городе Казани, монастыря. Арх. Никодима. — Казань: Типо-литография императорского университета, 1898. — С. 6..
Считается, что общее число погребённых составляет несколько тысяч человек.
Возведение и открытие храма-памятника
В начале XIX века архимандрит Зилантова монастыря Амвросий (Сретенский) решил создать памятник в виде «столпа» у братской могилы воинов на свои средства, для чего он 12 июня 1811 года обратился к казанскому архиепископу Павлу с просьбой оказать содействиеИльдус Загидуллин. Празднование в России покорения Казани во второй половине XVI — начале XX в. // Казанское ханство: актуальные проблемы исследования. Материалы научного семинара «Казанское ханство: актуальные проблемы исследования» 5 февраля 2002 г. — Казань: Изд-во «Фэн», 2002. — 320 с. — C. 4—71..
Поскольку эта территория после секуляризации и генерального межевания отошла к тому времени от монастыря в городскую собственность, то 2 сентября 1811 года шестигласная дума дала своё согласие на памятник под условием, что будет «занято пространство не более двух квадратных сажень и монастырь не будет создавать препятствий для судоходства, запрещая, например, во время весеннего разлива приставать судам к этому берегу»Волжский вестник. — 1897. — № 57. — 4 марта..
Когда Амвросием было собрано 1500 рублей (всего требовалось 5 000 рублей), проект памятника-обелиска был представлен на утверждение императору. Александр I поручил переделать проект столичному архитектору Николаю Фёдоровичу АлфёровуТатарская энциклопедия. Т. III. — Казань: Институт татарской энциклопедии АН РТ, 2002. — С. 120—121., ученику Воронихина и Камерона.
Алфёров, впечатлённый, будучи в Средиземноморье, архитектурой Древнего Египта и Древней ГрецииАрхитектура и описание Храма // Сайт «Православие в Татарстане». (см. египтизирующий стиль, актуальный для господствовавшего тогда направления ампир), настоял на неординарной для православия пирамидальной форме храма-гробницы. Гравюра вида памятника была выполнена Козьмой ЧескимТопуридзе К. Казань . — М.: Изд-во Академии архитектуры СССР, 1945. — 96 с. — (Сокровища русского зодчества). — 10 000 экз..
12 февраля 1812 года государь утвердил план, а сам памятник был торжественно заложен 29 июня 1813 года в присутствии членов Правительствующего сената и Опекунского совета, которые из-за захвата Наполеоном Москвы были эвакуированы в Казань.
Из-за потребности в сборе значительных средств возведение памятника затянулось. 5000 рублей пожертвовал Александр I, 2000 — императрица Елизавета Алексеевна, 1000 — императрица-мать Мария Фёдоровна; внёс свои вклады и каждый из великих князей и княгинь, а всего от царской семьи поступило 10 000 рублей (позже Александр I пожаловал ещё 5000 рублей в 1820 году). Параллельно по всенародной подписке стали поступать пожертвования «от разных особ»: от частных лиц, торговых обществ, дворянских собраний, духовенства, губернаторов и вице-губернаторов почти всех губерний Российской империи. C 1817 года приток средств шёл особенно стремительно. Всего же к концу строительства поступило 106 399 рублей (по другим данным — 100 135 рублей).
Возможно, строительство затягивалось и по другим причинам: шедшей войны, казанской эпидемии тифа 1812—1814 годов и страшного казанского пожара 1815 года.
В 1817 году из-за недостатка средств работы были остановлены, а в отношении действий архимандрита в 1817—1818 годах проводилась ревизия, выявившая финансовые нарушения: цены купленных материалов и выдача денег каменщикам не подтверждались расписками; осуществлялись большие расходы на поездки по городам для сбора пожертвований. После этого архимандриту оставили только обязанность принимать средства, причём для составления отчётов к нему был назначен «благонадёжный человек».