Жан-Франсуа́ Шампольо́н (, также — Шампольон-младший, ; ) — французский востоковед, основатель египтологии. Благодаря проведённой им дешифровке, опиравшейся на текст Розеттского камня, 14 сентября 1822 года стало возможным чтение египетских иероглифов.
Родился в семье книготорговца, с раннего возраста демонстрировал необычайные способности к языкам. Первым его учителем и постоянным корреспондентом был брат — лингвист и историк Жак-Жозеф Шампольон-Фижак. После окончания лицея в Гренобле был в 16-летнем возрасте избран членом Академии Дофине. В 1810 году удостоен звания профессора Гренобльского университета, в 1818 году занял кафедру истории и географии Королевского коллежа Гренобля. Из-за политических взглядов (сочетавших республиканизм и бонапартизм), Шампольон несколько раз лишался места и даже провёл полтора года в ссылке после реставрации власти Бурбонов.
В 1824—1825 годах работал с египетскими коллекциями в Турине и Риме. С 1826 года — учёный хранитель Египетского музея в Лувре, был членом Французского географического общества. Почётный член Петербургской академии наук (1827). В 1828—1829 годах провёл комплексную экспедицию по изучению древних памятников Египта и Нубии. С 1830 года — действительный член Академии надписей. В 1831 году назначен профессором египетской истории и археологии в Коллеж де Франс на специально учреждённой для него кафедре.
Ранняя смерть в возрасте 41 года помешала ему завершить многие работы, «Египетская грамматика» и «Словарь иероглифического письма» были опубликованы его братом в 1830—1840-е годы. Работы Шампольона способствовали развитию египтомании. Он также стоял у истоков организации по сохранению материального и археологического наследия Древнего Египта. После кончины его открытия подверглись ожесточённой критике и только в 1860-е годы были окончательно приняты научным сообществом. В англоязычном научном мире дешифровку Шампольона считают только продолжением работ Иоганна Акерблада и Томаса Юнга.
Становление. Фижак — Гренобль (1790—1807)
Фижак. Детство и отрочество
Жан-Франсуа Шампольон родился рано утром 23 декабря 1790 года в городе Фижаке провинции Дофине (современный департамент Ло) и был младшим из семи детей, двое из которых умерли ещё в младенчестве, до его рождения. Отец — Жак Шампольон — родился в 1744 году, был состоятельным книготорговцем, возводившим свой род к владетелям замка Шамполеон (Champoléon) в Верхних Альпах; в Фижаке он осел в 1770 году. Фамилия могла иметь итальянское происхождение — «Камполеоне»; по мнению Э. Робинсона, её носители едва ли были благородными, будучи либо разбогатевшими крестьянами, либо мелкими буржуа. Имя сыну дали в честь матери — Жанны-Франсуазы Гуальё (Gualieu), которая была неграмотной, во всяком случае, она не смогла написать своё имя на брачном контракте. Когда Жанна и Жак Шампольоны вступили в брак, им было по 30 лет, младший сын родился у них в 46-летнем возрасте. Жана-Франсуа крестили в день его рождения, восприемником стал старший брат.
По мнению современных биографов — Лесли и Роя Адкинсов — родители обращали мало внимания на позднего ребёнка; главным воспитателем Жана-Франсуа и самым близким ему человеком на всю жизнь остался брат Жак-Жозеф, который был старше его на 12 лет. Биограф Жан Лакутюр сравнивал их отношения с Винсентом и Тео ван Гогами. Жак-Жозеф первым заметил и стал поощрять развитие незаурядных способностей младшего брата к языкам. Семейное предание гласило, что выросший среди книг Шампольон-младший в пятилетнем возрасте самостоятельно научился читать, разработав при этом оригинальный метод «дешифровки» непонятных ему текстов, которые он рассматривал как зашифрованные знаки. К тому же времени проявилась его зрительная память, которая сохранилась на всю жизнь и характеризовалась современниками как «фантастическая». К 9-летнему возрасту он освоил латинский и древнегреческий языки и любил декламировать античных классиков, иногда разыгрывая перед родными целые сцены, импровизируя на сюжеты из Гомера и Вергилия.
Осенью 1798 года Жак-Жозеф Шампольон переехал в Гренобль, и Жана-Франсуа отдали в фижакскую школу. У мальчика, привыкшего заниматься самостоятельно, возникло отвращение к учёбе, особенно плохо давались ему математические науки, которые остались его слабым местом до конца жизни. Наказания усугубили конфликт, родителям пришлось забрать его из школы. Новым учителем стал каноник Дом Кальме. При обучении Жана-Франсуа каноник применял перипатетический метод — они много гуляли по окрестностям Фижака, учитель рассказывал и отвечал на вопросы; таким методом они занимались два года. Кальме писал брату, что «жадность до знания» у Жана-Франсуа превосходит всё, виденное им доселе. Впервые проявилась его страсть к систематизации знания: он стремился расписывать таблицы, на основе которых анализировал слова и письменные знаки.
Гренобль
В марте 1801 года Жана-Франсуа отвезли к брату в Гренобль; в возрасте 10 лет и трёх месяцев он поступил одновременно в Центральную Школу и в частное обучение к аббату Дюсеру (тот преподавал языки). Под руководством Дюсера Шампольон заинтересовался историей библейского Ближнего Востока и стал изучать еврейский, арамейский и сирийский языки, в которых преуспел всего за год. За обучение платил Жак-Жозеф, служивший клерком в торговой фирме; он стал собирать библиотеку для нужд младшего брата: в революционной Франции оказалось множество бесхозных книжных собраний казнённых или бежавших аристократов, и цены на книги были невелики. Именно в Гренобле Жан Шампольон впервые увидел древнеегипетские памятники, интерес к которым у него возник ещё благодаря рассказам брата — тот хотел принять участие в Египетском походе Наполеона Бонапарта. Коллекцию предметов египетского искусства (среди которых была копия Дендерского зодиака) привёз в город Жозеф Фурье, первый глава Каирского Египетского института, он был назначен главой департамента Изер.
11-летний Жан Шампольон занимался серьёзными исследованиями библейской хронологии. В биографии Гермины Хартлебен, и некоторых других исследователей излагается легенда, что, якобы, осенью 1802 года Жак-Жозеф Шампольон, которого принимали в доме префекта, привёл к нему младшего брата; тот был так поражён видом знаменитого учёного и «самого важного человека в Гренобле», что оробел и не смог вымолвить ни слова. Именно после этой встречи, услышав рассказы участников Египетского похода, юный Шампольон принял решение связать свою жизнь с изучением Египта. Позднее возникла легенда, что Шампольон спросил Фурье, можно ли прочитать иероглифы, и когда услышал отрицательный ответ, якобы, заявил, что сделает это. В официальных журналах, фиксирующих все визиты и посещения префекта, а также в собственной переписке Шампольонов и Фурье никаких ссылок на данный эпизод не существует. Первая личная встреча Жака-Жозефа Шампольона и префекта Фурье относилась к 1809 году, а деловая переписка между ними велась с октября 1803 года, когда Шампольон-Фижака привлекли к исследованию римских надписей.
Лицей
В 1804 году в рамках реформы образования в Гренобле был открыт — привилегированная мужская школа, ученики которой содержались государством. Однако в лицеях царила военная дисциплина, ученики носили мундир, каждый шаг воспитанников контролировался, в том числе и церковными властями. Никаких отклонений от учебной программы (включавшей не только классическую филологию, но и математику, физику и химию) не допускалось. 13-летний Шампольон оказался отрезан от уже разработанной для себя программы работы, поскольку решил изучать арабский и коптский языки; последним он заинтересовался, прочитав труды аббата де Гиня и Бартелеми о его связи с языком фараоновых времён. После двух недель в лицее Шампольон всерьёз стал думать о побеге, о чём откровенно писал брату. Лицейские годы Шампольона хорошо документированы им самим, поскольку за 2,5 года обучения он писал брату едва ли не ежедневно. Из писем следовало, что поначалу он был вынужден заниматься по ночам, тайком. Жак-Жозеф ходатайствовал перед министром народного просвещения Антуаном Фуркруа, который во время посещения Гренобля с инспекцией 1 июня 1805 года лично экзаменовал Жана-Франсуа. В итоге было получено официальное разрешение на три часа самостоятельных занятий. В одном из писем брату Шампольон-младший просил прислать эфиопскую грамматику Лудольфа.
Осенью 1804 года Шампольон написал свою первую научную работу — анализ легенды об исполинах в Библии, основанную на греческой этимологии имён, которые, как он считал, восходили к восточным. Позднее он стыдился этого школьного опуса. Египетская тематика его увлекала гораздо больше, и он стал систематически изучать античные источники, в которых шла речь о Египте и иероглифике — Геродота, Страбона, Диодора Сицилийского, Плиния Старшего, Плутарха. Особенно заинтересовала его «Иероглифика» Гораполлона. По-видимому, в этом его поощрял старший брат, который вошёл в редакторский коллектив Ж. Фурье, работавший над изданием «Описания Египта». Вскоре Жак Шампольон был назначен секретарём , и опубликовал свою первую статью — анализ греческих надписей храма в Дендере. Кроме того, Шампольон-старший перевёл греческий текст Розеттского камня, но дальше этого не пошёл.
Шампольон-младший в 1805 году смог заниматься с носителем языка — коптским монахом, который был приглашён Наполеоном преподавать язык в парижской Школе восточных языков. Дом (как его называли, собственное его имя было Руфаиль Заккур) во время визита в Гренобль познакомился с Жаном и занимался с ним в течение месяца, а затем присылал из Парижа книги, включая словари и грамматики. В это же время у Шампольона появился близкий школьный друг — Иоаннис Вангегис, отношение к нему, подробно описанное в письмах к брату, биографами трактовалось как гомоэротическое (хотя в дальнейшей жизни Жан-Франсуа интересовался только женщинами). Э. Робинсон считал «инцидент с Вангегисом» ярким примером страстности натуры Шампольона, который с одинаковым умением мог наживать врагов и находить близких друзей. Когда по состоянию здоровья тот покинул лицей, это усилило подавленность Жана-Франсуа, которого всё более раздражала школьная дисциплина. Вдобавок он испытывал чувство вины по отношению к брату, тратившему значительную часть заработка на то, чтобы обеспечить ему наилучшие условия для учёбы и развития. В 1806 году Шампольон произносил публичную речь от имени лицеистов по случаю окончания учебного года, в торжественном акте участвовал и префект Фурье. Шампольон, очень стеснявшийся публичных выступлений, сумел преодолеть волнение и произвёл на собравшихся впечатление разъяснением Книги Бытия, которую цитировал на древнееврейском языке.
В начале 1807 года лицеисты подняли бунт, вызванный несправедливым наказанием группы одноклассников. Они разбили стёкла в окнах, сломали решётку карцера и освободили наказанных. Администрация лицея вызвала войска, волнение было подавлено солдатами, которые даже примкнули штыки. Шампольон в письме к брату настаивал, что не принимал в событиях никакого участия, однако их описание столь детально, что заставляет в этом усомниться. Жан-Франсуа упросил брата забрать его из интерната, префект Фурье обратился к начальству лицея, после чего Шампольон-младший поселился у Жака-Жозефа (официальное разрешение датировано 1 апреля), а в лицей ходил только на занятия. Имея больше свободного времени и не будучи более связан дисциплиной, он быстро прогрессировал в своих штудиях. Было принято решение отправить его в Париж для дальнейшего образования. 19 июня 1807 года скончалась мать — Жанна-Франсуаза, а через месяц Жак-Жозеф женился на Зое Берриа, представительнице респектабельного гренобльского семейства, отец которой был главой городской адвокатуры. Жан-Франсуа совершенно не ревновал к невестке и отлично с ней поладил (семейным его прозвищем отныне стал «Кадет» или арабский эквивалент Сегир — из-за смуглой кожи Шампольона-младшего). В конце лета братья Жак и Жан встретились с отцом в Бокере, где тот покупал книги на оптовой ярмарке.