Второ́й храм () — бывший храм в Иерусалиме, начало строительства которого было положено в правление Кира Великого; реконструирован Иродом Великим; разрушен во время штурма Иерусалима в ходе Первой Иудейской войны римской армией во главе с Титом. С 691 года на его месте находится мечеть «Купол Скалы». Со Вторым храмом связывается период в развитии иудаизма.
Общепринятой считается датировка окончания постройки Второго храма 516 годом до н. э., но есть предположение, что окончание датируется 417 годом до н. э. В еврейской традиции строительство датируется 348 годом до н. э.
Период между разрушением Первого храма (Храм Соломона), и построением Второго храма составляет 70 лет (586—516 до н. э.).
Храм Зоровавеля (516 — 20 до н. э.)
Строительство храма В 538 году до н. э., после завоевания Вавилонии, персидский царь Кир Великий, как сообщает библейская Книга Ездры (гл. 1), издал декрет, разрешавший изгнанникам возвратиться в Иудею и восстановить Иерусалимский храм, разрушенный вавилонским царём Навуходоносором. Текст декрета Кира записан в двух версиях — на иврите; (Здесь и далее по изданию «Мосад а-рав Кук», Иерусалим, 1975 г. ) и на арамейском. Ивритский текст гласит:
Арамейская версия декрета устанавливает размеры храма и содержит распоряжение об оплате расходов на его строительство и о возвращении храму священной утвари, захваченной из Храма Соломона Навуходоносором. Примечательно, что расходы по постройке храма были им возмещены из податей, получаемых из провинций по западной стороне Евфрата. Кир также приказал финикийцам доставить в Яффу необходимое количество кедрового дерева на плотах из Тира и Сидона.
Работы по восстановлению храма велись под руководством Зоровавеля (Зерубавеля), который был потомком царя Давида и первосвященника Иехошуа. Рвение возвратившихся из Вавилонии иудеев в деле восстановления храма вначале было очень велико. Тотчас по прибытии на родину и водворении каждого в своём родовом уделе, в седьмом месяце, состоялось большое народное собрание в Иерусалиме. Новоприбывшие очистили от обломков и пепла территорию храма, возвели Жертвенник всесожжения и возобновили, таким образом, принесение жертв ещё до строительства самого храма.
На второй год после возвращения из Вавилона в 24-й день месяца кислев началось строительство. Смотрителями над рабочими были назначены левиты. При торжественной закладке фундамента священники играли на трубах, левиты на цимбалах, пелись хвалебные псалмы в ознаменование исполнения пророчества Иеремии и народ ликовал. Однако, к радости примешивалась и печаль: многие ещё помнили великолепие Храма Соломона и не могли удержаться от плача при виде его руин: .
Вскоре, однако, возникли распри между иудеями и самаритянами, которым не было позволено принять участие в строительстве, и они стали всячески препятствовать восстановлению Иерусалимского храма. В результате, строительство храма было прервано. Только во втором году царствования Дария строительство храма возобновилось. Дарий лично подтвердил декрет Кира и санкционировал продолжение работ; как и раньше, расходы на строительство, как и на регулярные жертвоприношения за благополучие царя и его близких, должны были покрываться из царской казны, а препятствующие восстановлению храма должны были караться смертью.
Работы были завершены в третий день месяца адар, на шестой год правления Дария. При торжественном освящении Второго храма были принесены в жертву 100 быков, 600 голов мелкого скота и в качестве очистительной жертвы — 12 козлов — по числу колен Израиля. Освящение завершилось празднованием Песаха.
Архитектура Храма Зоровавеля Об устройстве Храма Зоровавеля имеются лишь немногие разбросанные заметки, на основании которых нельзя составить цельного представления об этом здании. Сохранившиеся у Иосифа ФлавияПротив Апиона, 1:22 сообщения Гекатея из Абдеры, современника Александра Македонского, немного дополняют библейские данные. В Мишне, трактат Миддот посвящён устройству Второго храма. Остаётся, однако, неясным, относится ли это описание к храму до перестройки его Иродом или после.
Пророческое описание грядущего Храма Иезекиила довольно туманно и неопределённо, поэтому, по мнению МаймонидаМишнэ Тора, Законы Храма, 1:4, строители Второго храма были вынуждены сочетать в нём архитектуру Храма Соломона с теми элементами Храма Иезекиила, описание которых достаточно ясно и понятно.
Иерусалимский храм был восстановлен на прежнем месте и, вероятно, занимал ту же площадь, что и Храм Соломона, по образцу которого он был построен. Однако по роскоши и славе Второй храм не мог сравниться с Первым, его главная святыня — Ковчег Завета — была утрачена. В начале персидского периода храм был скромных размеров и сравнительно небогато украшен. Однако по мере увеличения численности и улучшения экономического положения евреев здание расширяли и украшали.
Основанием храму служила Храмовая гора, имевшая площадь 500×600 локтей (приблизительно около 250×300 = 75.000 м²). Низшая её точка находилась на востоке, постепенно повышаясь, она достигала высшей точки на западе. Со всех сторон Храмовую гору окружали стены.
Главным входом на Храмовую гору, через который на неё поднимались десятки тысяч евреев, служили расположенные на юге, почти в середине стены, двойные ворота. Ворота направо служили для входа, налево — для выхода. Ворота эти назывались «Алдама» или «Хульда» (חולדה), по имени пророчицы, которая, по преданию, пророчествовала на этом месте. Здесь же находилась свободная площадь в 265 локтей ширины. Следующая за ней площадь имела лишь 115 локтей и находилась на востоке. Восточные ворота назывались «Шушан» (שושן), то есть Сузские, поскольку на них был изображён город Сузы, столица Персии, в качестве знака признательности персидскому царю, который дал разрешение на постройку храма, а также должен был служить напоминанием народу о том, откуда он пришёлТалмуд, Менахот 98а. Северные ворота — «Тади», «ворота лишений», были сделаны в виде треугольника. Их название объясняется тем, что ими пользовались во время траура, ритуально нечистые и те евреи, кто был отлучён от общины (херем). Площадь перед ними была всего в 100 локтей². Наименьшая площадка, в 65 локтей², находилась на западе. Западные ворота назывались «Kironus», то есть «садовые», так как примыкали к садам и огородам, посаженным первосвященником Иехошуа, доходы с которых шли на фимиам. Размеры ворот были: 20 локтей ширины и 10 локтей высоты.
Высота стен, окружавших храм, не указана. По-видимому, они не очень высоко поднимались над крышей. Согласно письму Аристея (III в. до н. э.), они были высотой около 70 локтей. Восточная стена, однако, была ниже других, вероятно не выше 20 локтей, для того, чтобы первосвященник, сжигающий рыжую корову на Масличной горе, мог видеть храмТалмуд, Йома 16а; комментарий «Тиферет Исраель». Толщина стен Храмовой горы составляла 5 локтей.
На восточной стороне шли 39 ступеней, по 1/2 локтя каждая, за исключением одной, которая была в целый локоть (всего 20,5 локтей). Эти ступени вели в Хейхал, находившийся почти на одном уровне с верхней частью восточной стены. На Офеле (южный склон Храмовой горы) и на территории между внешней стеной храма и городской стеной жили священники и храмовые служители.
Решётчатая деревянная изгородь (сорег) высотой 10 ладоней, на расстоянии 10 локтей от внешней стороны стен, окружавших храмовые дворы, охватывала храм со всех его сторон, и площадь, отделяемая ею от стен, называлась Хель («мирское»). За её границу было запрещено заходить ритуально нечистым и язычникамМишна, Келим I, 8. Входы в неё, напротив ворот, охранялись. Эта ограда вызывала неприятное чувство у язычников, и, захватив храм, греки проломили 13 отверстий в сорег, который был, однако, снова восстановлен после победы Маккавеев.
Двор храма 12 мраморных ступеней в 42 локтя высотой вели от Хель во дворы. Ступени были защищены от солнца и дождя и служили народу местом, где он мог собираться и отдыхатьТалмуд, Псахим 13б.
Пространство внутри сорег представляло собой два двора (Азара): квадратный (135×135 локтей²) «внешний двор» или «женский» (Эзрат нашим) и «внутренний двор» («верхний»), который составляли «двор Израиля» (Эзрат Исраэль) на востоке и «двор священников» (Эзрат а-коханим) на западе. Оба двора, то есть нижний и верхний вместе, имели площадь в 135×322 локтя², нижний двор 135×135 локтей², верхний — 135×187.
Во внешнем дворе находились кладовыеОни упоминаются в книгах Эзры и Нехемии. (в них хранились привезённые Эзрой из Вавилонии золото, серебро и храмовая утварь) и кельи для священников, а Иосиф Флавий сообщает о колоннадах, окружавших храм. В каждой из четырёх стен внешнего двора были ворота.
Во внутренний двор вели ворота, расположенные на восточной и на южной стороне внешнего двора. Он был на 7,5 локтей выше внешнего, и к нему вели 15 ступеней, каждая высотой в 1/2 локтя. Стоя на этих ступенях, левиты пели так называемые «гимны ступеней»15 псалмов: , в день праздника «водолития»Талмуд, Сукка 51б.
«Двор Израиля» был открыт для всякого еврея, находящегося в состоянии ритуальной чистоты, и представлял собой узкую террасу в 135 локтей с севера на юг и 11 локтей с востока на запад. Этот двор фактически был частью «двора священников». Оба двора были окружены стеной высотой в 40 локтей, на которой были выставлены трофеи, захваченные у врага Хасмонеями.
«Двор священников» (135×176 локтей²), где проходила храмовая служба, представлял как бы продолжение «двора Израиля». Он был всего на 2,5 локтя выше «двора Израиля» и отделён от него большими тёсаными камнями.
Здесь находился большой четырёхугольный Жертвенник всесожжения, сложенный из неотёсанных камней и далее. Он был возведён на основании жертвенника Первого храма, но в отличие от него располагался не в центре внутреннего двора, а был несколько смещён к югу, открывая вид на здание храма. В Храме Ирода жертвенник был квадратным (32 локтя²), однако, согласно Гекатею, первоначально он имел 20 локтей в длину и 10 локтей в ширину, как и в Храме Соломона. На каждом из его углов был «рог». В юго-западном углу жертвенника было два отверстия для стока крови жертвенных животных. Эта кровь стекала в трубу, которая вела к реке Кидрон. Возле этого угла были также две чаши, где совершались возлияния вина и воды.
135 локтей ширины двора с севера на юг разбивались следующим образом: на расстоянии 8 локтей от стены были расположены четыре ряда брёвен, занимавших 12,5 локтей, на которых потрошили жертвенных животных. Затем к югу от них стояло восемь столов в два ряда, на которых мыли жертвенных животных (Мишна, Миддот III, 5), четыре локтя свободного пространства, за которым следовала площадь в 24 локтя; здесь к 24 прикреплённым к почве жертвенным кольцам привязывали животных во время заклания. Кольца шли в четыре ряда. От этой площадки отделяли жертвенник 8 локтей свободного пространства, 32 локтя занимал жертвенник, 30 локтей — подъём (кевеш), наклонная плоскость, по которой поднимались на жертвенник. Перед кевеш стояли два стола, а на юго-запад от него находился умывальник.
По Бен-СиреБен-Сире 50:3, первосвященник Симон Праведный (Шимон ха-Цаддик) устроил во дворе храма большой медный бассейн с водой.
Впереди «двора священников» возвышалась эстрада (Духан) в форме трёх каменных ступеней, с верхней священники благословляли народ. Пространство между началом «двора священников» и Притвором храма равнялось 54 локтям.
На север от второго двора находилась «палата очага» (Бет а-мокед), вдававшаяся в Хель, её часть была отведена под пост для патруля. Над этой обширной палатой высился купол; с нею же сообщались четыре небольших покоя. В одном содержались жертвенные агнцы, в другом пекли «хлебы предложения», в третьем хранились камни жертвенника, осквернённого греками в четвёртом — ванная. Деревянная изгородь отделяла священную часть «палаты очага» от мирской в Хель.