Сергей Тарасович Даниленко-Карин (, настоящая фамилия Даниленко; ) — советский разведчик, полковник госбезопасности, сотрудник ОГПУ при СНК СССР (позже при НКВД — НКГБ), участник множества оперативных игр ОГПУ, НКВД и НКГБ СССР, а также украинский советский писатель.
Работал в органах госбезопасности с 1921 года, участвовал в мероприятиях против украинских «контрреволюционных» движений, установлению контроля над церковными структурами, организации партизанской деятельности на территории Украинской ССР во время Великой Отечественной войны, а также попытке заключения соглашения о перемирии с ОУН-УПА. В отставке с 1947 года по состоянию здоровья.
Ранние годы и Гражданская война Родился в 1898 году в селе Высокие Байраки (Высокобуеракская волость, Александрийский уезд, Херсонская губерния, Российская империя) в многодетной семье крестьянина Тараса Александровича Даниленко, участника русско-турецкой войны 1877—1878 годов (родители Сергея умерли в 1933 году во время голода). Украинец по национальности. Отец, по данным архивов, имел до 70 десятин земли, конную молотилку, веялку и плуг; нанимал батраков и перепродавал скот. Из-за своего происхождения Сергей не был принят в гимназию, поэтому в 1911—1919 учился в коммерческом реальном училище в Елисаветграде, куда был принят не без помощи брата матери, работавшего швейцаром в гимназии. Во время учёбы в училище посещал подпольный украинский кружок левых эсеров-боротьбистов, однако позже порвал с ними.
Участник Гражданской войны в России. С 1919 года служил в РККА на бронепоезде «Смерть белым!», курсировавшим между Вознесенском-Помошной-Елисаветградом. Участвовал в боях против войск А. Деникина, Н. Махно и Н. Григорьева. Заболев тифом, Даниленко попал в Знаменскую больницу, откуда его до выздоровления забрали родители. В Байраках вместе с актрисой Алисой Вербицкой организовал драматический кружок и любительский театр. Позднее был арестован белыми по ложному доносу соседей, но затем освобождён. После становления советской власти с января по март 1920 года работал землемером в Елисаветградском земотделе, после вернулся в родное село и восстановил там самодеятельный театр. Осенью 1920 года по ложному доносу о том, что кружок якобы служил прикрытием уже контрреволюционной националистической организации, был повторно арестован Елисаветградским отделом ЧК и снова освобождён после разбирательства.
Сергей принял предложение работать в ЧК с января 1921 года; использовал фамилию «Карин» в качестве псевдонима, под которым официально числился в кадрах этой организации. При этом он прибавлял приставку «Даниленко» к фамилии для удобства работы на Украине. Свободно владел украинским языком, входил в комиссию по «испытанию знания украинского языка» при ГПУ УССР в период украинизации.
Борьба против контрреволюционеров в 1920-е годы После нескольких успешных заданий Карин был направлен на работу в Киевский ГубЧК. Он поступил в Киевский Высший институт народного образования имени М. П. Драгоманова под именем Степана Черненко и в дальнейшем принимал участие в ликвидации подпольных организаций «Сечевых стрельцов» (действовавшей в Киевской военной школе красных офицеров), «Всеукраинского повстанческого комитета» (ЦУПКОМ) и Уманского повстанкома (август 1921 года). В организацию сечевиков он вступил с разрешения руководства ГПУ УССР, узнав о её существовании от соученика по реальному училищу, и приобрёл в организации немалый вес. По заданию ЧК Карин также вступил в Украинскую войсковую организацию (УВО), руководство которой из-за границы осуществлял Е. М. Коновалец. Под своей легендой Карин познакомился с атаманом и петлюровским эмиссаром Николаем Новицким, войдя к нему в доверие и став начальником связи оперативного района на Херсонщине в подпольной организации «Народная месть». Она подчинялась Генеральному повстанческому штабу Ю. О. Тютюнника во Львове, который расценивался ЧК как лидер украинского повстанческого антисоветского движения. В сентябре 1921 года по заданию Новицкого «Черненко» отправился через Корец-Ровно с докладом в польский Львов, где в предместье Подзамче встретился с Ю. О. Тютюнником, начальником его штаба полковником Л. В. Ступницким и начальником разведки сотником Осипом Думиным.
В течение трёх недель Карин поставлял главному повстанческому штабу петлюровцев дезинформацию о якобы готовящихся антисоветских выступлениях — ни контрразведка УНР, ни польская «дефензива» не раскрыли подлинную личность «Черненко». В свою очередь, Карин получил информацию о наступлении сил УНР под командованием генерал-хорунжего Василия Нельговского. Вернувшись в Новоград-Волынский, «Черненко» сообщил своему руководству всю собранную информацию, и она помогла 23 сентября 1921 года войскам РККА отразить наступление атамана Нельговского. В октябре—ноябре кавалерия РККА разгромила на территории современной Хмельницкой области военные формирования полковника Палия-Сидорянского численностью 880 сабель, а на территории современной Житомирской области подразделения генерал-хорунжего Янченка численностью 900 сабель. На Волыни были убиты свыше 250 повстанцев, более 500 попали в плен; также были сокрушены силы атамана Гулого-Гуленко и основные части под командованием Тютюнника, при штабах которых действовали представители польской разведки Флерек, Ковальский и Шалин. 17 июня 1923 года Тютюнник и его помощник Задунайский отправились на встречу с повстанцами «Высшей военной рады» на советско-польской границе на берегу Днестра, где были арестованы советскими пограничниками. По словам современников, Тютюнник после ареста упал в обморок и отошёл от шока только спустя несколько часов, а после допросов согласился сотрудничать со следствием и с советской властью, в обмен на что был амнистирован. В качестве поощрения Даниленко-Карин получил от начальства золотые часы.
Контроль над церковью После успешной операции против Тютюнника Даниленко-Карин был переведён в центральный аппарат ЧК-ГПУ, с 14 августа 1922 года по 1927 год — уполномоченный УССР. С января 1925 года Карин участвовал в серии мероприятий, направленных на борьбу против Русской православной церкви как «контрреволюционной» силы и в поддержку обновленчества, а также в поддержку Украинской автокефальной православной церкви (УАПЦ), так или иначе поддерживавшей в некоторой степени революционные изменения. Тем не менее в дальнейшем Карину пришлось участвовать и в ликвидации «контрреволюционных элементов» УАПЦ, поскольку среди её клира и прихожан было много активных участников Украинской революции и государственности 1917—1921 годов. Даниленко работал в 3-й (антирелигиозной) группе, которая занималась контрразведывательным сопровождением деятельности УАПЦ, возглавляемой митрополитом Василием (Липковским), а также должность главного агента по церковным вопросам Харьковского ГПУ. Возглавляемая Кариным комиссия установила, кто из священнослужителей 577 приходов УАПЦ так или иначе сотрудничал с армией УНР, Белым движением, украинскими национальными партиями и т. д. Последующая волна репрессий способствовала самоустранению УАПЦ.
С января 1925 года ГПУ проводило так называемую «обработку тихоновского епископата» для создания новой группировки для «борьбы с тихоновщиной и липковщиной». В июне 1925 года Карин подготовил троих епископов (т. н. «инициативную группу») и обеспечил созыв Собора епископов в Лубнах, в котором приняли участие лишь пятеро из 27 архиереев РПЦ на Украине: по итогам этого Собора, ставшего известным как «лубенский раскол», главой очередной автокефальной православной церкви (так называемой ) стал митрополит Феофил. С того же 1925 года Даниленко-Карин состоял в КП(б)У и был членом Всеукраинской антирелигиозной комиссии. В октябре 1927 года усилиями Карина на Соборе УАПЦ Липковский как «один из столбов контрреволюции» был окончательно смещён с поста митрополита, а его преемником стал Николай (Борецкий), что позже привело к самороспуску УАПЦ. Карин «за успехи в служебной деятельности» по решению Коллегии ОГПУ СССР был награждён в 1927 году именным «маузером», а в 1932 году «Почётным знаком ВЧК-ГПУ». С 1928 член ВКП(б). В служебных документах при этом утверждалось, что Карин «тяготился работой» по линии «Д» (духовенства); у него диагностировали туберкулёз лёгких и предписывали лечиться в санатории в приказном порядке.
Деятельность во внешней разведке В 1931 году Сергей Тарасович занимал должность помощника начальника ИНО ОГПУ Украины. В том же году его направили в длительную командировку за границу, целью которой было выявление в странах Европы руководителей антисоветских организаций, сотрудничающих с иностранными разведками: сам Даниленко специализировался на борьбе против украинской контрреволюционной эмиграции. С января 1931 года по июль 1933 года он находился в оперативной командировке в Чехословакии по линии Иностранного отдела ОГПУ СССР в Праге, специализируясь на «украинской контрреволюционной эмиграции»; формально был помощником резидента советской разведки в Чехословакии Станислава Глинского. По оценке сослуживцев, как разведчик Даниленко-Карин имел «горизонт в работе большой и глубокий». Во многом его работу облегчало владение чешским и польским языками.
В 1934 году при участии Даниленко-Карина была проведена операция «Капкан» (по другим данным, операция «Академия») по захвату двух эмиссаров Русского общевоинского союза, действовавших на территории СССР и готовивших теракты против советского руководства. В том же году он вернулся в СССР и был назначен начальником одного из отделов Главного управления государственной безопасности (ГУГБ) НКВД УССР. В 1936 году снова был направлен в заграничную командировку (в Берлин), где пытался установить контакты с деятелем ОУН Петром Кожевниковым, однако вскоре был вынужден покинуть территорию Германии и выехать в Чехословакию, поскольку гестапо заинтересовалось деятельностью Карина, а Кожевникова и вовсе исключили из ОУН по подозрению в сотрудничестве не то с НКВД, не то с гестапо. Со 2 мая 1934 по 9 января 1937 года Карин занимал пост помощника начальника внешней разведки ГУГБ НКВД СССР. В марте 1936 года был в оперативной командировке в Берлине. Некоторое время работал заместителем начальника 2-го отдела Управления государственной безопасности НКВД УССР.
Репрессии С апреля по июнь 1937 года Даниленко-Карин выполнял специальное задание на Дальнем Востоке, по возвращении с которого 29 июля 1937 года неожиданно был переведён на пост начальника Управления пожарной охраны НКВД Украины. 28 августа, спустя полтора месяца после этого назначения, он был арестован по распоряжению наркома внутренних дел СССР Н. И. Ежова по ложному обвинению в контрреволюционной деятельности — националистическом заговоре под руководством наркома внутренних дел УССР В. А. Балицкого и шпионаже. Он пробыл 26 месяцев в тюрьмах, в том числе 11 месяцев в Лефортово и Бутырке, где неоднократно допрашивался и подвергался избиениям со стороны следователей.
Карина призывал дать «признательные показания» его сокамерник, бывший старший майор госбезопасности Михаил Александровский (сам донёс на Карина под страхом быть репрессированным как «польский шпион», но 15 ноября 1937 года был расстрелян). Карин отказался оговаривать себя, несмотря на угрозы от тюремщиков и диагностированный туберкулёз. После снятия Ежова с поста наркома внутренних дел СССР и назначения на этот пост Л. П. Берии дело Карина было пересмотрено. 25 февраля 1939 года Военный трибунал вернул дело на доследование, которое закончилось тем, что 22 октября 1939 года все обвинения с Даниленко-Карина были сняты. Из-за ослабленного туберкулёзом здоровья он был вынужден в 1940 году выйти на пенсию.
Великая Отечественная война
Организация партизанской деятельности