Философические письма () — философско-публицистическое сочинение Петра Чаадаева, состоящее из восьми писем. Написано в форме посланий, адресованных Екатерине Дмитриевне Пановой (в письмах именуется «Сударыней»). Изначально были написаны на французском языке в период 1828—1830 годовХотя дорабатывались вплоть до 1831 года, а уже позже переведены на русскийсм. послесловие.

История

Процесс создания В 1828 году Чаадаев приезжает на постоянное жительство в подмосковную деревню своей тётки в Дмитровском уезде, где последующие четыре года будет писать свои письмаЛебедев А. А. Чаадаев. — : Молодая гвардия, 1965. — 270 с.. В это же время он знакомится с Екатериной Пановой, с которой обсуждал религиозные и философские вопросы, в конце концов выльевшиеся в идею письменно запечатлить все его идеи. Цикл писем был закончен в 1831 году.

Распространение и попытки публикации Весной 1831 года Чаадаев посылает седьмое письмо А. С. Пушкину, который неудачно пробует напечатать их в Санкт-Петербурге у книгоиздателя Беллизара. В это же время с рук Пушкина с содержанием письма знакомится и В. А. Жуковский. В конце августа этого же года письмо было возвращено Чаадаеву. Ровно через год была попытка напечатать отрывки из писем в Москве у А. Семена, однако решением от 31 января 1833 года публикация была запрещена цензурой. Изначально написанные на французском языке, содержание первого философического письма становится известным в Париже в 1835 году благодаря А. И. Тургеневу, однако и тогда они не были опубликованы. В 1836 году шестое и седьмое письмо были переданы в «Московский наблюдатель», но и там не согласились их опубликовать.

В своём письме 1834 года к Петру Вяземскому Чаадаев писал насчёт публикации своих писем:

Публикация в журнале «Телескоп» Удалось опубликовать лишь первое философическое письмо в русском переводе — в журнале «Телескоп» (№15) в 1836 году, под названием «Философические письма к г‑же…Письмо 1‑ое». Вместо подписи автора значилось: «Некрополис. 1829 г., декабря 17». В следующем невышедшем номере журнала (№16) должно было выйти третье философическое письмо, 5-ого октября одобренное цензурой. Корректура журнала с невышедшим письмом сохранилась в коллекции П. Я. Дашкова.

Реакция после публикации

Реакция сразу после публикации

Во многом публикация письма вызвала скандал и оживлённую критику в адрес Чаадаева. Министр народного просвещения Уваров назвал письмо Чаадаева «дерзостной бессмыслицей» и потребовал запретить опубликовавший её журнал. Сам Николай I в своей резолюции от 22 октября отзывался о статье:Обидчик России. Дело о запрещении журнала «Телескоп»… (Новые документы о П. Я. Чаадаеве). Публикация Л. Саповой, В. Сапова / От редакции // Вопросы литературы.-1995 - №1.-C. 113-153

Поддерживал императора А. Х. Бенкендорф, написав ему:

Высочайшей резолюцией от 30 ноября 1836 год был закрыт журнал «Телескоп», редактор Н. И. Надеждин был выслан в Усть-Сысольск под присмотр полиции, цензор А. В. Болдырев отставлен от службы, а сам Чаадаев был объявлен сумасшедшим, и в течение года находился под надзором врача и полиции.

По свидетельству С. П. Жихарева, никакое иное событие, кроме смерти Пушкина, не смогло вызвать такой общественный резонанс:

Пушкин, в личной переписке, выразил несогласие с некоторыми его идеями:

Реакция публицистов 1850-ых и 1860-ых годов Аполон Григорьев говорил о письме Чаадаева:Ап. Григорьев, Эстетика и критика, М., 1980, с. 177.[↩]

Александр Герцен в автобиографии «Былое и думы»Часть IV, глава XXX. вспоминал:

Содержание писем В своих письмах Чаадаев выражает свои фундаментальные взгляды, в первую очередь отражающие:

Обоснования католической европейской цивилизации и необходимости русского народа двигаться по пути Европы Размышления о сущности разума и веры, тяготении и вержении, сознании и материи Критику православия, космополитизма и Реформации

Первое письмо

Цель религии Цель религии и смысл всякого существования Чаадаев полагает в установлении на Земле «царства Божьего» или «совершенного строя».

Россия как зарождающаяся цивилизация Россию Чаадаев называет её «своеобразной цивилизации», которая лишь постигает истины, давно известные другим народам. Эта цивилизация раскинулась от Германии до Китая (от Одера до Берингова пролива), однако так и не совместила в себе два великих начала духовной природы. В истории России, заключает Чаадаев, не было «периода бурных волнений, страстных беспокойств», присущих другим народам, а было «дикое варварство, затем грубое суеверие, далее иноземное владычество, жестокое и унизительное». Эпоха социальной жизни народа, в котором нет внутреннего развития, мрачна и тускла, однако он только начинает зарождаться.

Другие народы Далее идут размышления о народах, которые представляют собой «нравственных существ». Как и прочие существа, они имеют внутреннее строение: инертные массы («косные громады») и мыслители (друиды). При этом народы Запада (англичане, кельты, германцы, греки, римляне, скандинавы) образуют Европу, суть которой в идеях долга, справедливости, права и порядка. Чаадаев — противник идеи множественности цивилизаций, ибо всякие неевропейские формы быта он рассматривает как «нелепые отступления», а благоденствие Европы является следствием обретения ею истины.

Чаадаев заключает — несмотря на то, что «в крови у нас есть нечто, отвергающее всякий настоящий прогресс», смысл России он видит в следующем:

Письмо второе Во втором письме Чаадаев подвергает критике православие, которую назывывает «ужасной язвой». Она, в отличие от западного христианства, не способствовало освобождению низших слоёв населения от рабской зависимости — напротив, закрепило крепостничество во времена Годунова и Шуйского. Автор призывает к осмысленному существованию, но критикует монашеский аскетизм за «безразличие к жизненным благам».

Письмо третье В третьем письме Чаадаев размышляет над соотношением веры и разума. С одной стороны, вера без разума — это мечтательная прихоть воображения, но разум без веры также существовать не может, ибо «нет иного разума, кроме разума подчинённого». И подчинение это состоит в служении благу и прогрессу, который состоит в осуществлении «нравственного закона».

Письмо четвёртое В четвёртом письме он пишет о двух силах природы — тяготении и «вержении» (начальный толчок, противоположная тяготению сила). Таким образом, Чаадаев пытается преодолеть натурфилософию Ньютона, сделав акцент на движении. Также он использует понятия «объективной реальности» и «мироздания». Образ Божий в человеке, по его мнению, заключён в свободе.

Письмо пятое В пятом письме Чаадаев противопоставляет сознание и материю, полагая, что они имеют не только индивидуальные, но и мировые формы. Так «мировое сознание» есть не что иное как мир идей, которые живут в памяти человечества.

Письмо шестое

Философия истории В шестом письме Чаадаев рассуждает о роли истории человеческого рода, которая «займет свое место в общей системе философии». В эпоху переломного момента в ней войдут новые исторические личности, подобные Моисею, Давиду, Сократу, Платону и Гомеру. Многих из философов подвергнут переоценке: самоубийцу Катона будут вспоминать для оценки истинной философии, языческого Эпикура будет освобождён от предвзятого отношения, а Магомета будут вспоминать с глубоким уважением. В то же время Аристотеля автор называет «ангелом тьмы», который сковал человеческие силы добра не несколько веков.

Критика космополитизма и Реформации Чаадаев приходит к выводу, что народ — существо нравственное и руководствуется духовными законами, которые закладывают почву для национального самопознания.

Дальнейшие рассуждения сводятся к критике космополитического будущего и Реформации, разделившую единую христианскую Европу

Письмо седьмое В седьмом письме Чаадаев лестно высказывается об исламе и Мухаммеде, признавая их заслугу в искоренении многобожия и консолидации Европы. Он использует термин «арабская цивилизация».

Письмо восьмое В восьмом письме он говорит о цели и смысле истории как о «великом апокалиптическом синтезе», когда на земле установится «нравственный закон» в рамках единого планетарного общества.

Апология

Через год после публикации Чаадаев был объявлен «исцелённым», и оставлен на свободе с предписанием ничего не писать и не публиковаться, в 1837 году написал свою последнюю работу «Апология сумасшедшего», в надежде, что она будет опубликована после его смерти. В своей работе он признаёт необходимость любить родину, но любовь к истине ставит выше. Также он противопоставляет патриотизм «самоеда» к своей юрте и патриотизм «английского гражданина». Любовь к родине нередко питает национальную ненависть и «одевает землю в траур». Чаадаев признаёт истинным прогресс и европейскую цивилизацию, а также призывает избавиться от «пережитков прошлого». Он высоко ценит деятельность Петра Великого по приобщению России к Европе и видит в этом высший смысл патриотизма.

Издания Философические письма // Чаадаев П. Я. Полное собрание сочинений и избранные письма. — Т. 1. — М.: «Наука», 1991. — 768 с. ISBN 5-02-008075-6, ISBN 5-02-008076-4

Примечания

Литература Лебедев А. А. Чаадаев. — М.: Молодая гвардия, 1965. — 270 с. — (Жизнь замечательных людей. Вып. 19 (413)).

Сучков И. В. Исторические аспекты «Философических писем» П. Я. Чаадаева // Вестник МГПУ. Серия: Исторические науки. — 2012. — № 2 (10). — С. 24-30. Велижев М. Б. Чаадаевское дело : идеология, риторика и государственная власть в николаевской России. — Москва : Новое литературное обозрение, 2022. — 386 с. — (Интеллектуальная история : ИИ).; ISBN 978-5-4448-1852-7. — 1000 экз.

Категория:Русские философские произведения Категория:Цензура в Российской империи Категория:Антипатриотизм Категория:Литература на французском языке Категория:Русская философия Категория:Западничество