Mantra-Rock Dance — музыкальный концерт, состоявшийся 29 января 1967 года в танцевальном зале «Авалон» в Сан-Франциско. На концерте выступили Grateful Dead, Moby Grape, Big Brother and the Holding Company с Дженис Джоплин, а также поэт-битник Аллен Гинзберг и кришнаитский гуру Бхактиведанта Свами Прабхупада. Среди зрителей присутствовали такие видные лидеры контркультуры и пионеры ЛСД, как Тимоти Лири и Оусли Стэнли. Кульминацией концерта стал устроенный Гинзбергом и Прабхупадой киртан, в котором «тысячи людей пели „Харе Кришна“».
Концерт был организован учениками Прабхупады с целью дать возможность своему гуру познакомить с мантрой «Харе Кришна» хиппи Хейт-Эшбери и собрать денежные средства на поддержание открытого незадолго до того кришнаитского храма в Сан-Франциско. Вследствие участия в Mantra-Rock Dance, Прабхупада и его последователи получили благоприятное освещение в средствах массовой информации и привлекли к себе внимание американской публики. Историк Роберт Эллвуд впоследствии охарактеризовал Mantra-Rock Dance как одно из ключевых событий эры хиппи, а Аллен Гинзберг назвал его «пиком духовного энтузиазма Хейт-Эшбери».
Предыстория
Бенгальский вайшнавский монах Бхактиведанта Свами Прабхупада (также известный как «Бхактиведанта Свами» или просто как «Прабхупада») прибыл из Индии в Нью-Йорк в 1965 году с целью донести гаудия-вайшнавизм до западной публики. Он оказался в Америке в очень удачное для осуществления своей миссии время, когда многие молодые люди интересовались индийской культурой и индуизмом, искали новые формы «расширяющей сознание духовности». В 1966 году Прабхупада открыл в Нью-Йорке первый кришнаитский храм и основал Международное общество сознания Кришны. В конце 1966 года он попросил своего ученика Мукунду и его жену Джанаки основать кришнаитский храм в Калифорнии. По прибытии на Западное побережье, Мукунда и Джанаки встретили своих старых друзей, две пары молодых людей, интересовавшихся индийской духовностью. Это были Сэм Спирстра и Мелани Нагель, и Роджер Зигель и Джоан Кампанелла. При их содействии, Мукунда арендовал помещение бывшего магазина в районе Хейт-Эшбери (который в то время был крупнейшим в Америке центром контркультуры хиппи) и открыл в нём храм Радхи-Кришны — первый кришнаитский храм на Западном побережье.
Подготовка
Мукунда и другие кришнаиты организовали концерт с участием Прабхупады с целью познакомить с мантрой «Харе Кришна» хиппи Хейт-Эшбери и собрать средства на поддержание сан-францисского храма. Хаягрива и некоторые другие ученики Прабхупады из нью-йоркского храма посчитали неподобающим для своего духовного учителя участвовать в концерте с «ревущими электрогитарами, грохочущими барабанами, бьющими в глаза огнями прожекторов и сотнями одурманенных наркотиками хиппи». Они полагали, что в таком месте никто не сможет «услышать его чистое послание». Несмотря на их возражения, Прадхупада, находившийся в то время в Нью-Йорке, согласился принять участие в Mantra-Rock Dance.Став свидетелем царившей в «Авалоне» атмосферы, Прабхупада отметил, что это было «не место для брахмачари» ()
Сэм Спирстра был лично знаком с менеджером Grateful Dead Роком Скалли, что помогло ему договориться об участии этой известной сан-францисской группы в Mantra-Rock Dance. С помощью Скалли и Grateful Dead для участия в концерте удалось пригласить Big Brother and the Holding Company. Оба музыкальных коллектива согласились выступить на концерте за минимальную плату — 250 долларов. По инициативе Мелани Нагель, на концерт также пригласили в то время ещё никому не известную группу Moby Grape.Во всех источниках говорится об участии в концерте Grateful Dead, Дженис Джоплин с Big Brother and the Holding Company и Moby Grape. В ряде источников также утверждается, что на концерте выступили Jefferson Airplane, Quicksilver Messenger Service и Грейс Слик. ( и )
Поэт-битник Аллен Гинзберг согласился не только принять участие в Mantra-Rock Dance, но и представить Прабхупаду концертной аудитории. Гинзберг познакомился с Прабхупадой за несколько месяцев до того в Нью-Йорке. Он периодически приходил на лекции и киртаны Прабхупады в нью-йоркском храме и воспользовался своими связями, чтобы помочь Прабхупаде продлить визу в США.Addressing speculation that he was Ginsberg’s guru, Prabhupada answered by saying, «I am nobody’s guru. I am everybody’s servant. Actually I am not even a servant; a servant of God is no ordinary thing.» (; ) Ещё до встречи с Прабхупадой, Гинзберг побывал на родине Кришны во Вриндаване, где узнал о духовной практике воспевания «Харе Кришна». После возвращения в Америку он активно занялся популяризацией пения этой мантры, сделав киртан частью своей философии. Гинзберг говорил своим слушателям, что пение «Харе Кришна» непременно приведёт их в экстатическое состояние. Поэт был доволен тем, что Прабхупада пытался распространить практику воспевания «Харе Кришна» в США, но был несогласен с пуританскими духовными стандартами, установленными бенгальским гуру для своих учеников. Подобно Гинзбергу, другие идеологи контркультуры того времени (Тимоти Лири, Гэри Снайдер и Алан Уотс), также нашли привлекательным проповедуемое Прабхупадой вероучение и практику пения «Харе Кришна».From the «Houseboat Summit» panel discussion, Sausalito, Calif., , : Ginsberg: So what do you think of Swami Bhaktivedanta pleading for the acceptance of Krishna in every direction? Snyder: Why, it’s a lovely positive thing to say Krishna. It’s a beautiful mythology and it’s a beautiful practice. Leary: Should be encouraged. Ginsberg: He feels it’s the one uniting thing. He feels a monopolistic unitary thing about it. Watts: I’ll tell you why I think he feels it. The mantras, the images of Krishna have in this culture no foul association. … [W]hen somebody comes in from the Orient with a new religion which hasn’t got any of these [horrible] associations in our minds, all the words are new, all the rites are new, and yet, somehow it has feeling in it, and we can get with that, you see, and we can dig that!
Выбирая подходящее помещение для проведения концерта, организаторы рассмотрели два возможных варианта: аудиторию «Филлмор» и танцевальный зал «Авалон». Их выбор остановился на «Авалоне», так как его импресарио, Чет Хелмс, согласился предоставить помещение на выгодных для кришнаитов условиях, согласно которым вся выручка от концерта, nомимо гонорара музыкантам, расходов, связанных с обеспечением nорядка, и некоторых других издержек, должна была пойти в пользу сан-францисского храма.
Дизайн рекламного постера был выполнен одним из первых учеников Прабхупады Харви Коэном. На психоделическом плакате под изображением Прабхупады была размещена информация о предстоящем концерте и содержалась просьба приносить с собой «подушки, барабаны, колокольчики, цимбалы». С целью пробудить интерес к предстоящему концерту среди хиппи Хейт-Эшбери, Мукунда опубликовал в популярной подпольной психоделической газете San Francisco Oracle статью под названием «Новая наука». В статье говорилось, что Хейт-Эшбери вскоре посетит Бхактиведанта Свами Прабхупада, который будет ежедневно проводить в маленьком храме духовные программы с лекциями по «Бхагавад-гите», дискуссиями, пением, игрой на музыкальных инструментах и танцами. В заключении статьи Мукунда отметил, что пропагандируемое Прабхупадой пение мантры «Харе Кришна» и танцы «более эффективны чем хатха или раджа-йога, или слушание Али Акбар Хана под воздействием ЛСД…»
Прабхупада прилетел из Нью-Йорка в Сан-Франциско 1967 года. В аэропорту его ожидал яркий приём, организованный при участии Аллена Гинзберга. Вместе с Гинзбергом, Мукундой и другими последователями Прабхупаду встретила толпа из более 50 поющих «Харе Кришна» хиппи. Роджер Зигель впоследствии описал этот эпизод следующим образом:
Через несколько дней после прибытия Прабхупады в самой крупной газете Сан-Франциско, San Francisco Chronicle, вышла статья под заголовком «Свами в царстве хиппи — святой открывает в Сан-Франциско храм». Статья начиналась так: «Святой человек из Индии, которого его друг поэт-битник Аллен Гинзберг называет одним из наиболее консервативных представителей его религии, начал вчера свою миссионерскую деятельность в раю сан-францисских хиппи». Корреспондент газеты спросил Прабхупаду о том, принимает ли он хиппи в своё движение, на что тот ответил: «Хиппи или кто-то другой — я не делаю различий. Всем добро пожаловать».
Концерт
Mantra-Rock Dance был запланирован на воскресный вечер, 1967 года. Чет Хелмс посчитал, что день и время для концерта были выбраны неудачно, но его опасения не оправдались: вечером 29 января у входа в «Авалон» собралось столько людей, что за билетами выстроилась очередь на целый квартал. Билет стоил два с половиной доллара и продавался у входа. К 8 часам пришло более 3000 человек и «Авалон» оказался заполненным до отказа. На концерт также пришли пионеры ЛСД Тимоти Лири и Оусли Стэнли. Лири заплатил за билет, в то время как Оусли Стэнли пропустили бесплатно. Перед началом концерта кришнаиты раздали публике прасад из долек апельсина. Несмотря на запрет на употребление наркотиков, многие из пришедших курили «травку» и принимали ЛСД. Роль телохранителей на концерте выполняли «Ангелы ада». Биограф Прабхупады Сатсварупа Даса Госвами описал пришедшую в этот вечер публику следующим образом:
Первыми на сцену вышли кришнаиты и запели мантру «Харе Кришна» на индийский мотив. Мужчины были одеты в мантии мага Мерлина, а женщины — в сари. Некоторые из музыкантов подыгрывали кришнаитам на своих инструментах. На сцене и во всех углах помещения курились благовония. Большинство присутствующих находилось под воздействием наркотиков, но несмотря на это в зале было спокойно. Кругом горели разноцветные огни, по потолку, стенам и полу двигались яркие цветные блики. На стены проектировались слайды с изображением Кришны и эпизодов из его жизни: «Кришна и Арджуна, мчащиеся на колеснице; Кришна, крадущий масло; Кришна, убивающий демона, который принял форму смерча; Кришна, играющий на флейте». Вслед за кришнаитами на сцену вышли Moby Grape. Их выступление зал встретил одобрительным рёвом.
Прабхупада прибыл в «Авалон» в 10 часов. Он был одет в шафрановое одеяние индуистского монаха, на шее у него висела гирлянда из гардений. При его появлении, кришнаиты в знак приветствия затрубили в раковины, а кто-то из музыкантов стал отбивать барабанную дробь. Толпа расступилась, загудела и зааплодировала в знак приветствия. В сопровождении Аллена Гинзберга Прабхупада взошёл на сцену, опустился на специально приготовленную для него подушку и поросил Гинзберга сказать несколько слов о мантре. Поэт рассказал собравшимся о своём понимании мантры «Харе Кришна» и о том, что она дала лично ему. Гинзберг представил Прабхупаду публике и поблагодарил престарелого свами за то, что тот оставил свою мирную и спокойную жизнь в Индии с целью принести мантру «Харе Кришна» туда, где её больше всего не хватало — в Нижний Ист-Сайд. Гинзберг перевёл значение санскритского термина мантра как «освобождение ума». «Тем, кто отходит от ЛСД, хочет стабилизировать своё сознание и приготовить его к новым „полетам“» он порекомендовал «ранние утренние киртаны» в сан-францисском храме кришнаитов.