Городище Уфа II () — древнее башкирское городище, расположенное на территории столицы Башкортостана города Уфы.
Поселение находится в центре города, на участке ограниченном улицами Пушкина, Новомостовая, Октябрьской Революции и проспектом Салавата Юлаева. Городище занимает мыс, образованный двумя глубокими оврагами. Глубина культурного слоя достигает 4 метров. С 1961 года является историко-археологическим памятником, подлежащим государственной охранеГородище Уфа-II как объект культурного наследия в соответствии с постановлением Совета Министров БАССР от 22.03.1961 г. № 188 и Указом Президиума Верховного Совета РБ от 12.05.1992 г. № 6-2/251в находится под государственной охраной как памятник республиканского значения..
Расположение Городище Уфа-II расположено на территории 533 и 570 кварталов Кировского района Уфы в Башкортостане. Территория памятника ограничена улицами Заки Валиди, Новомостовая, Октябрьской Революции, проспектом Салавата Юлаева. Городище было обнаружено в 1953 году, П. Ф. Ищериков даёт следующее описание месторасположения городища: «Улица Пушкина здесь имеет по обе стороны крутые, глубокие и широкие овраги — „Пушкинский“ и „Ильинский“. Улица кончается высоким и широким мысом, на котором находится туберкулезная больница (дом Тушнова). Мыс высится над сливающимися за ним оврагами в один, ещё более глубокий. В него вливаются ручьи, текущие по дну этих оврагов в один, бурно впадающий в р. Белую. Высота мыса над дном оврагов метров 50-60. Таким образом, он был недоступен с трех сторон. Западная же сторона мыса характерна заметными (хотя и срываемыми со времени заселения улицы, с XVIII века) террасовидными возвышениями в западную сторону. Очень заметен подъём в сторону сада Луначарского, к зданию Совета Министров и далее к Академическому театру».
Исследования городища Городище Уфа-II было открыто в 1953 году благодаря известному уфимскому краеведу Петру Фёдоровичу Ищерикову. 8—9 сентября 1953 года им по собственной инициативе были проведены наблюдения за земляными работами по улице Пушкина. Обратив внимание на водопроводную траншею, пролагаемую по правой стороне этой улицы от улицы С. Кудаша (ныне — улица Новомостовая) до ул. Воровского (ныне — проспект Салавата Юлаева) исследователь зафиксировал наличие археологических материалов. В ходе осмотра в стенках траншеи и её отвалах были обнаружены расколотые кости разных домашних и диких животных, толстые прослойки слежавшегося пепла, отдельных углей и костей, а также фрагменты толстостенных и тонкостенных глиняных изделий лепной работы, со следами пребывания в огне (варки пищи на костре). О своей находке П. Ф. Ищериков сообщил своему научному руководителю Г. В. Юсупову. Г. В. Юсупов произвёл зачистку стенок траншеи и обнаружил сгнившие колья и плотно слежавшиеся древесные остатки. Однако полноценно обследовать территорию не удалось. В 1954 году началось строительство автогужевого моста через р. Белая, что привело к масштабной перепланировке прилегающей территории. Она была выровнена, овраги засыпаны, а протекающие по дну этих оврагов ручьи заключены в бетонные трубы. С ул. Воровского культурный слой был срезан на глубину более 1 м, а вдоль улице Пушкина в западном направлении — на глубину 2 м. Снимался и культурный слой для их асфальтирования тротуаров. Водопроводная траншея, благодаря которой П. Ф. Ищериков сделал своё открытие, также оказалась засыпанной, а вплотную к ней была вырыта ещё одна траншея глубиной 2,2 м. П. Ф. Ищериковым провёл зачистку этой траншеи, снял профиль её южной стенки и собрал подъёмный материал. Сбор подъёмного материала был продолжен в последующие годы, а в 1957 году П. Ф. Ищеряков проводит на памятнике раскопки, заложив раскоп в 6×2 м, что позволило впервые описать объект как археологический памятник. Раскоп вскрыл культурный слой мощностью до 3 м, имеющий сложную стратиграфию, состоящий из наслоений чёрного гумуса, прослоек золы, сгнивших деревьев, а на глубине 60-80 см от поверхности было обнаружено очажное пятно, мощностью 20 см и диаметром около метра.
Материалов по плану городища, составленному в этот период исследования в настоящее время не обнаружено, однако П. Ф. Ищериков отмечает, что городище занимает квартал между улицами Пушкина, Фрунзе и Воровского и представляет собой мыс, возвышающийся примерно на 40 м над уровнем р. Белой.
Собранная в ходе раскопок керамика была разделена на три типа: турбаслинскую (представлена неорнаментированными толстостенными сосудами грубой обработки с плоским дном и большим диаметром горла); бахмутинской (представлена орнаментированными беспорядочно расположенными круглыми ямками сосудами небольших размеров с округлым или уплощённым дном), кушнаренковской (представлена небольшими тонкостенными сосудами, украшенными по шейке и плечу горизонтальными поясками, чередующимися насечками или зигзагами). Также было зафиксировано наличие обломков керамики чияликской культуры, характеризующихся лощёной поверхностью и украшенных верёвочным и зубчатым орнаментом.
Кроме керамики были найдены предметы из кости (наконечники стрел, привески, накладки лука), а также глиняные пряслица, грузила от рыболовной сети, бронзовые браслеты, стеклянные и янтарные бусины.
Среди наиболее интересных находок следует отметить несколько привесок-раковин «каури», а также найденную на глубине 1,6 м, сделанную из горного хрусталя парфянскую гемму, с изображением крылатого гения с тремя змеями в руке. На основании этой геммы П. Ф. Ищериков определил нижний предел существования памятника — I в. до н. э. и I в. н. э. Верхняя граница памятника определялась по керамике бахмутинского типа, что указывало на IV—VII в. н. э. Таким образом, общая дата городища Уфа-II, по мнению П. Ф. Ищерикова, находилась в пределах приблизительно I в. до н. э. — VII в. н. э.
В 1958 году исследования городища Уфа-II было продолжено Н. А. Мажитовым. Им был заложен новый раскоп площадью 20 м2. Раскоп показал, что городище имеет сложную стратиграфию. Поверхностный слой имел толщину 15-20 см и состоял из плотной, сильно утрамбованной земли, смешанной с песком, гравием и обломками кирпича и пр. Далее следовал слой тёмно-коричневой сильно утрамбованной суспеси толщиной 30-85 см. В нём было обнаружено множество костей животных и неорнаментированной керамики. Этот слой в западной стороне раскопа был сильно разрушен двумя ямами позднего происхождения. Первая яма имела глубину 75 см и была заполнена чёрной землёй, смешанной с золой, древесным углём и осколками современной керамики. Вторая яма имела глубину 1,5 м, в ней были обнаружены сгнившие деревянные столбы, монеты XVIII в. и другие предметы. По рассказам местных жителей эта яма являлась остатком русской бани. Под слоем тёмно-коричневой суспеси залегал слой тёмно-серой суспеси, имеющий толщину в среднем около 1 м. В слое было обнаружено большое скопление керамики и раздробленных костей животных. В слое были прослежены прослойки золы и древесных угольков, имевшие мощность около 10 см. Слой тёмно-серой суспеси подстилал зольный слой, содержащий большое количество керамики и костей животных. Слой имел сложную структуру. В восточном конце раскопа мощность зольного слоя составляла 1-1,1 м, было обнаружено вклинивание прослойки сгнившего дерева. В середине раскопа зольный слой расслаивался. В западном конце раскопа мощность зольного слоя снижалась до 20 см. Ниже зольного слоя располагался слой сильно гуммированной суспеси тёмно-коричневого цвета, бедный керамикой, костями животных и другими предметами. В слое фиксировались отдельные линзы золы с древесными угольками, остатками сгнившего дерева и обожжённой соломы. Самый нижний культурный слой был представлен тонкими прослойками золы с угольками, чередующимися через 3-4 см с тонкими прослойками тёмно-коричневой супеси. В этом слое было обнаружено несколько десятков обломков керамики. Далее следовал материк — песок тёмного цветаИщериков П. Ф., Мажитов Н. А. Городище Уфа II // Археология и этнография Башкирии. Т.I. — Уфа: 1962, С.140-141..
В ходе раскопок была собрана керамика, которая была распределена исследователем на семь типов, представляющих бахмутинскую, турбаслинскую и кушнаренковскую культуры.
Первый тип собранной керамики представлен встречающимися в верхних горизонтах культурного слоя неорнаментированными, плоскодонными сосудами, сделанными от руки и имеющими неровную и грубо обработанную поверхность, изготовленными из глины с примесью песка и дресвы. Большинство сосудов, отнесённых к этому типу имеют форму горшков с низким или высоким горлом, но имеются и сосуды имеющие форму низких чаш. Второй тип представлен сосудами из глины, тщательно отмученной с примесью песка, имеющими поверхность, хорошо сглаженную водой. На внутренней поверхности сосудов этого типа отмечаются следы штампа. Сосуды орнаментированы — по шейке и верхней части тулова сосудов нанесены горизонтальные резных пояски, чередующиеся с полосами из мелких косых крестиков, ромбиков, ямок, треугольников, ёлочек, зигзагов. Сами сосуды имеют высокие прямые шейки, шарообразные тулова и плоское дно. Третий тип керамики представлен сосудами орнаментированными сосудами, имеющими невысокие слабо отогнутые венчики, низкие шарообразные тулова и округлое дно. Орнаментация — мелкие круглые ямки, располагающиеся хаотично по всей поверхности. Четвёртый тип керамики отличается от третьего типа лощёной поверхностью и орнаментацией, имеющей вид треугольных ямок, располагающихся в один или несколько горизонтальных рядов по плечику. Пятый тип керамики — найденные в верхних культурных слоях неорнаментированные сосуды чёрного цвета, имеющие короткие шейки и очень раздутые тулова, изготовленные на гончарном круге. Шестой тип керамики — выделенные из подъёмного материала неорнаментированные сосуды, имеющие высокие шейки и шарообразные тулава. Седьмой тип керамики представлен найденным в подъёмном материале одним фрагментом сосуда, который вероятно имел форму орнаментированного большого кувшина с сильно раздутым туловом. Орнамент — круглые ямки, расположенные горизонтально в один ряд по шейке, и ёлочный узор по верхней части туловаИщериков П. Ф., Мажитов Н. А. Городище Уфа II // Археология и этнография Башкирии. Т.I. — Уфа: 1962, С.141-143..
Также в раскопе обнаружены многочисленные костяные изделия (наконечники стрел с короткими плоскими черешками, пластинчатые накладки, полированная трубочка, служившая рукояткой меча или ножа, подвески из костей медведя). Найденные металлические предметы представлены бронзовыми пластинчатыми бляшками, браслетом с утолщёнными концами, бляхой-подвеской треугольной формы. Предметы из камня представлены обломками зернотёрок, жерновами и одним оселкомИщериков П. Ф., Мажитов Н. А. Городище Уфа II // Археология и этнография Башкирии. Т.I. — Уфа: 1962, С.143-145..
Н. А. Мажитов в совместной с П. Ф. Ищериковым публикации подтверждает датировку памятника, сделанную ранее, также опираясь при этом на найденную парфянскую гемму. Найденные сосуды четвёртого типа и бронзовую бляху Н. А. Мажитов также относит к раннему периоду существования городища, соотнося эти находки с находками в памятниках пьяноборской культуры(I—II вв. н. э.). Верхняя дата городища определяется по сосудам третьего типа, характерным для бахмутинской культуры (III—VII вв. н. э.).
В 1968 году небольшие раскопки на городище Уфа-II были проведены М.X. Садыковой, но отчётные материалы о них неизвестны, а собранный керамический материал ныне хранится в Музее археологии и этнографии УНЦ РАН.
Позже в конце 70-х годов XX в., после проведения культурно-хронологической идентификации собранного археологического материала, керамика городища была отнесена к бахмутинской, турбаслинской, романовской и караякуповской культурам, а само городище Уфа было определено как памятник I тыс. н. э.