Ростисла́в Евге́ньевич Алексе́ев (, Новозыбков Черниговской губернии Российской империи (ныне Брянская область) — , Горький) — советский кораблестроитель, создатель судов на подводных крыльях, экранопланов и экранолётов. Конструктор яхт, призёр всесоюзных соревнований, мастер спорта СССРЯрчевский О. Одержимость: очерк // Катера и яхты. — 1984. — № 111—112.Нижегородские паруса. — Н. Новгород: Кварц, 2014. — 333 с. — С. 265. — ISBN 978-5-906698-05-6.Во Всесоюзном комитете // Советский спорт (газета). — 23 марта 1946, № 13. — с. 2..

Лауреат Сталинской премии второй степени (1951), Ленинской премии (1962) и Государственной премии СССР (1984). Член ВКП(б) с 1950 года.

Биография Родился в семье Евгения Кузьмича и Серафимы Павловны Алексеевых. Отец — учёный-растениевед, создатель и директор Новозыбковской сельскохозяйственной опытной станции, ставшей филиалом Всероссийского ВНИИ удобрений, агротехники и почвоведения, позднее профессор, академик Академии наук Белорусской ССР. Мать — учительница русского языка в сельской школе. Отец и мать — родом из старообрядцев.

Старший брат Анатолий, радиоинженер, пропал без вести под Москвой в 1941 году; сестра Галина — кандидат физико-математических наук, преподаватель в институте им. Баумана; сестра Маргарита — архитектор.

В 1941 году женился на Марине Михайловне Алексеевой, в браке родились сын Евгений и дочь Татьяна, в замужестве Сулоева. Внуки — Глеб и Михаил Сулоевы.

Образование Окончил начальную школу в Новозыбкове.

В 1930—1933 гг., в период ссылки отца в Нижний Тагил, учился в школе ФЗУ, работая слесарем по ремонту радиоаппаратуры на местном радиоузле.

В 1933 году, после переезда семьи в Горький, поступил в Горьковский вечерний механико-машиностроительный рабфак. Работал чертёжником и художником-оформителем.

В 1935 году поступил в Горьковский индустриальный институт имени Жданова на кораблестроительный факультет (сейчас Институт транспортных систем при НГТУ).

1 октября 1941 года защитил перед госкомиссией дипломную работу на тему «Глиссер на подводных крыльях» и получил звание инженера-кораблестроителя. Рецензент Алексеева, профессор М. Я. Алферьев отметил:

Дипломант последовательно подходит к новому типу глиссера на подводных крыльях, названному им А-4. Этот тип он развивает в нескольких вариантах, отличающихся между собой размерениями и способами носового и кормового оперения. Дипломант придаёт своему судну интересную обтекаемую форму, отображая не только высокие мореходные качества, но и стремительность корабля, соответствующего скорости движения порядка 100 узлов. В проекте хорошо продуманы все устройства глиссера и предусмотрены все моменты его эксплуатации как на спокойной воде, так и на поверхности взволнованного моря. Мореходные качества судна подтверждены гидродинамическими расчётами, в создании которых дипломант проявил большую инициативу.

Кроме того, Алферьев указал на желательность дальнейшего продолжения темы с целью доведения её до практического осуществления (катер на подводных крыльях А-4 был построен Алексеевым в 1943 году).

Парусный спорт Алексеев в «Спортивной автобиографии яхтенного капитана Р. Е. Алексеева», написанной им в ноябре 1945 года вспоминал, что любовь к воде и водному спорту проявилась в нём с 14 лет, уже тогда он собственноручно построил три лодки; на Чёрном море ходил юнгой на шхуне и парусных вельботах.

В 16 лет он построил свою первую яхту и тренировался на ней, к первым спортивным достижениям его вывела вторая, 5,5-метровая яхта-швертбот «Пират», которая также была построена самостоятельно, по собственным чертежам в 1935 году, с целью обгонять все появившиеся в Горьком яхты. «Пират» имел 11-метровую мачту и мощное парусное вооружение покрашенное в чёрный цвет (паруса шились из лоскутов разноцветной ткани, которые конструктор получал от домохозяек, занимаясь ремонтом швейных машин). Вскоре Ростислав был замечен волжскими яхтсменами, признан и принят в парусную секцию «Динамо» на Оке, а затем начал активно заниматься парусным спортом, получая призовые места на регатах.

В 1937 году вступил в Осоавиахим и на I Поволжской парусной регате в Куйбышеве на швертботе «Шквал» (Р-20) занял 2-е место в экипаже с матросом В. Сибиряковым.

В 1938 году на II Поволжской парусной регате на Оке на швертботе «Стриж» (Р-20), совместно с матросом В. Григорьевым, взял 1-е место. Гонка проходила при 6-балльном ветре. Диплом и призовой фотоаппарат ФЭД Алексееву вручил главный судья соревнований лётчик Валерий Чкалов.

В 1939 году на III Поволжской парусной регате в Куйбышеве экипаж в составе Р. Е. Алексеева, Л. Попова, К. Цыбина на яхте «Родина» занял 1-е место. Алексеев избран председателем жюри Всесоюзного конкурса по проектированию парусных судов. На первенстве добровольного спортивного общества «Судостроитель» в Ленинграде, в паре с Леоднидом Поповым, занял первое место, обойдя 20 соперников. В 1939—1940 гг. был председателем Горьковской городской парусной секции. В 1940 году на IV Поволжской парусной регате занял 1-е место с тем же экипажем — Р. Е. Алексеев, Л. Попов, К. Цыбин. В 1938—1940 году работал тренером по парусному спорту.

Параллельно Алексеев занимался конструированием. Все яхты, на которых он выступал, были изготовлены им самостоятельно либо серьёзно модернизированы с учётом знаний, полученных на кораблестроительном факультете. В этот период он спроектировал быстроходные яхты «Ребус» (1937) и «Русалка» (1939) класса Р-30, испытывал водоизмещающие и глиссирующие обводы, совершенствовал рангоут, паруса и др.

В 1945 году на VI Поволжской парусной регате экипаж Алексеева, в который вошли Н. А. Зайцев и Л. С. Попов, был первым на дистанциях 10, 20 и 50 миль. Члены экипажа впоследствии стали ближайшими заместителями главного конструктора ЦКБ по СПК. В 1946 году ему присвоено звание «Мастер спорта СССР». В 1948 году Алексеев сконструировал и построил последнюю свою яхту «Ласточка» (подарил её сподвижникам-гонщикам).

В дальнейшем из-за занятости Алексеев ушёл из серьёзного спорта, однако его спортивные увлечения сохранились в течение всей жизни и были необычайно широки. Помимо яхт и гребли, занимался парашютизмом, мотогонками, водными лыжами, дельтапланеризмом, подводным плаванием. Обладая незаурядными способностями к рисованию, посещал художественную студию, делал наброски, этюды. Управлял вертолётами и самолётами нескольких видов, обязательно участвовал в испытании всех своих судов и экранопланов, горными лыжами занимался на склонах Северной Осетии и Чегета, где участвовал в основании горнолыжной базы «Импульс».

Создание судов на подводных крыльях

Начало работ В первые месяцы войны, после защиты диплома, Алексеев направлен на завод «Красное Сормово», где с 1941 по 1943 год работал в должности контрольного мастера выпуска танков Т-34. 10 ноября 1941 года, уже через несколько дней работы на заводе, он предлагает использовать свое СПК в качестве истребителя подводных лодок и направляет проект наркому ВМФ Н. Г. Кузнецову, однако вскоре получает отказ, в котором указывается что представленная конструкция неприемлема и обречена на неудачу, так как в основе своей не отличается от ранее испытанных. Несмотря на это Алексеев настойчиво продолжает эксперименты, в свободное время буксируя новые модели катеров за яхтой и отрабатывая конструкцию подводных крыльев. Помимо этого он предлагает новое устройство воспламенения для бутылок с зажигательной смесью и новый реактивно-инжекционный движитель для скоростных торпедных катеров.

Вскоре дипломной работой Алексеева заинтересовались главный конструктор «Красного Сормова» В. В. Крылов и директор Е. Э. Рубинчик. Несмотря на предельную загруженность завода производством танков, Алексееву выделяется 2—3 часа в сутки для работ по СПК. В своей монографии Алексеев отметил, что в результате экспериментов 1941—1942 годов, им впервые были получены приближенные гидродинамические характеристики подводного крыла в зависимости от глубины его погружения и относительной скорости, найдены оптимальные рабочие погружения, а также подтверждена возможность обеспечения остойчивости при применении малопогруженных подводных крыльев.

После представленного Алексеевым отчёта о проделанной работе, в начале 1943 года, под его руководством при заводе организуется «Гидролаборатория» и начинается создание первого двухместного катера на подводных крыльях (КПК) А-4. Первоначально лаборатория состояла из избушки на понтонах, вмёрзшей в лед в затоне Сормовского завода и единственного помощника — ученика слесаря Александра Некорина.

В апреле 1943 года первый катер на подводных крыльях Алексеева выходит на испытания и при массе в 0,9 т и мощности двигателя 25 л. с. достигает на крыльях скорости 30 км/ч. Испытания выявили уменьшение подъёмной силы крыла при приближении его к поверхности воды и неплохую устойчивость движения при глубине погружения в 15—30 % хорды крыла, что стало предтечей создания малопогружных саморегулирующихся подводных крыльев, отличающихся от всего разработанного ранееНа первых прототипах применялось управление углом атаки крыльев, что усложняло управление и конструкцию судна.

По результатам испытаний Алексеев назначается официальным руководителем Научно-исследовательской гидролаборатории (НИГЛ), в которой начинаются поиски оптимального профиля крыла и решения сопутствующих проблем ходкости, манёвренности, прочности, надёжности безопасности и т. п. применительно к различным условиям эксплуатации. Фронт работ расширяется, создаётся первая испытательная база, в НИГЛ приходят первые ведущие инженеры будущего ЦКБ: Иван Ерлыкин и Константин Рябов, Николай Зайцев, Леонид Попов, Болеслав Зобнин, Иван Шапкин и другие, в основном бывшие яхтсмены, знакомые Алексееву по парусному спорту. Большинство вопросов приходится решать впервые, так как разработок по СПК в СССР и в мире в то время было крайне мало, отрицательную роль в оценке перспектив работ лаборатории играли и неудачные вердикты предшественников.

В 1945 году выходит на испытания новый КПК А-5, при массе 1 т и мощности 72 л. с. достигнута скорость 85 км/ч.

В конце мая 1947 года Алексеев с Поповым проходит на А-5 по Оке в Москву, где демонстрирует его наркомату судостроительной промышленности, в результате КБ получает задание поставить на крылья серийный торпедный катер проекта 123.

Задача была успешно решена, на испытаниях летом 1948 года катер достиг на крыльях скорости 110 км/ч при удовлетворительных параметрах устойчивости, однако классические глиссирующие обводы катера плохо взаимодействовали с крыльями в переходных режимах, и Алексеев начинает проработку обводов корпуса перспективных скоростных СПК, помимо этого разрабатываются методики расчёта движителей на малопогруженных скоростных винтах и водомётах с осевыми пропеллерными насосами. В результате обширных теоретических и экспериментальных исследований к середине 1950-х годов были решены основные технические проблемы и созданы профили малопогружных крыльев с высоким гидродинамическим качеством, которые используются на СПК до настоящего времени.

Первое выдвижение Р. Е. Алексеева на Сталинскую премию было сделано руководством завода в конце 1940-х, однако из-за противодействия министра транспортного машиностроения И. И. Носенко, не скрывавшего антипатий к сормовским СПК, оно было отклонено. Тем не менее, директор «Красного Сормова» Николай Смеляков был настойчив и в 1951 году, после повторного направления документов, Ростислав Алексеев и группа ведущих конструкторов его КБ — Николай Зайцев (заместитель, специалист по силовым установкам, системам и устройствам), Леонид Попов (специалист по корпусу и прочности), Иван Ерлыкин (специалист по гидродинамике), за создание первых судов на подводных крыльях были удостоены Сталинской премии 2-й степени.

В 1954 году работы по торпедным катерам передаются в Министерство судостроительной промышленности СССР и гидролаборатория Алексеева вошла в ЦКБ-19 в виде филиала. Особенностью этого периода была работа в интересах ВМФ.

Первое пассажирское СПК «Ракета»