С-25, ранее «Бе́ркут» (по классификации НАТО — SA-1 Guild) — стационарный зенитно-ракетный комплекс (ЗРК), созданный в СССР для обороны Москвы от средств воздушного нападения потенциального противника.
С-25 принят на вооружение в 1955 году, и состоял из 22 радиолокационных станций дальнего обнаружения, 56 зенитно-ракетных комплексов, расположенных двумя кольцами вокруг Москвы, технических баз и командных пунктов управления. Система С-25 являлась первым принятым в ВС СССР на вооружение образцом зенитного управляемого ракетного оружия (диапазон высот цели — 3—25 км). Дальнейшим развитием идей, заложенных в С-25, стало создание ЗРК С-75, С-125, С-200, С-300.
История
Предпосылки создания В конце 1940-х годов, в начальный период холодной войны, США, используя монополию на ядерное оружие и хорошо развитую бомбардировочную авиацию, разработали ряд планов войны против СССР («Тоталити», «Пинчер», «Граббер», «Бройлер», «Халфмун», «Флитвуд», «Троян», «Оффтэкл», «Дропшот» и других), ключевую роль в которых играли массированные ядерные бомбардировки крупных советских городов, имевшие целью разрушение политических, правительственных, административных, технических и научных центров страны и максимальный подрыв военного потенциалаБатюк В. И., Пронин А. В. «Почему Г. Трумэн „пощадил“ СССР» // Военно-исторический журнал. — 1996. — № 3. — С. 74..
В июне 1950 года, после начала войны в Корее, опасность полномасштабного военного конфликта между державами резко возросла и потребовалась комплексная защита Москвы, в которой располагался центр управления страной и Вооружёнными Силами СССР, от возможных массированных воздушных атак. Началось осуществление одного из наиболее сложных и дорогостоящих на то время проектов по созданию ракетной системы ПВО, управляемой с помощью радиолокационной сети.
Разработка системы
Опыт Второй мировой войны Вторая мировая война в целом показала доминирование авиации над средствами ПВО. Как правило, тщательно подготовленные массированные налёты, даже на хорошо защищенные объекты, достигали цели; традиционные средства ПВО — зенитная артиллерия и истребительная авиация могли только ослабить силу удара. В послевоенный период, с появлением ядерной бомбы, прорыв к цели даже одного бомбардировщика мог привести к серьёзным последствиям. Появление новых зенитных орудий, сложных систем орудийной наводки и снарядов с радиовзрывателями не решало проблему; скоростной бомбардировщик на высоте 10 км проходил зону обстрела за несколько секунд, а сильное рассеяние снарядов на такой высоте делало огонь ПВО малорезультативным, истребители же, теряя на больших высотах маневренность и преимущества в скорости, не могли эффективно бороться с «суперкрепостями», имеющими сферическую пушечную защиту и радиолокационные прицелы. Надежды возлагались на принципиально новые системы зенитного управляемого ракетного оружия (ЗУРО), работы над которыми начались в Германии во время войны («Вассерфаль», «Шметтерлинг») и затем, после 1945 года, были продолжены в СССР в НИИ-88. Однако попытка довести немецкие разработки до уровня практического применения завершилась неудачей, к 1950 году они уже устарели и требовалось новое решениеГрани «Алмаза». 55 лет (История в событиях и лицах 1947—2002) / Сост. С. Касумова, П. Проказов. — М.: «Алмаз», 2002. — ISBN 5-86035-035-X.
Начало работ
С 1949 года И. В. Сталин обсуждал проблему защиты Москвы от налётов вражеской авиации с главным конструктором противокорабельной ракетной системы КС-1 «Комета» П. Н. Куксенко. Куксенко высказал мнение, что решение такой задачи потребует усилий, сравнимых с реализацией атомного проекта, и возможно только при объединении последних достижений в области ракетной техники, радиолокации, электроники и других областей науки и техники.
В соответствии с указанием Сталина система ПВО Москвы должна была обладать возможностью отражения массированного налёта авиации противника с участием до 1200 самолётов. Расчёты показали, что для этого потребуется 56 многоканальных зенитных ракетных комплексов с РЛС секторного обзора и пусковыми установками ракет, размещённых на двух кольцах. На внутреннем кольце, на расстоянии 45—50 км от центра Москвы, было намечено разместить 22 комплекса, на внешнем кольце, на расстоянии 85—90 км — 34 комплекса. Комплексы должны были располагаться на расстоянии 12—15 км друг от друга — так, чтобы сектор огня каждого из них перекрывал сектора комплексов, находящихся слева и справа, создавая сплошное поле поражения.
9 августа 1950 года секретным постановлением Совета Министров СССР № 3389-1426 было официально принято решение о создании зенитной ракетной системы «Беркут», позже переименованной в С-25. В постановлении подробно указывались планы и сроки, исполнители работ, ТТХ комплекса, размеры поощрительных премий инженерно-техническим и научным работникам. С целью выигрыша времени разрешалось вести подготовку серийного производства параллельно с разработкой технических проектов и опытных образцов элементов комплекса. Перед разработчиками была поставлена задача построения системы ПВО, через которую не мог бы проникнуть ни один самолёт. С-25 должна была обеспечить: возможность эффективного применения средств ПВО при массированных налётах (до 20 самолётов на участке в 10—15 км); круговой характер обороны, способной отразить удар с любых направлений; большую глубину системы ПВО для исключения прорыва; способность вести борьбу в сложных метеоусловиях и в любое время суток.
Создание системы «Беркут» ставилось в ранг важнейшей государственной задачи, организация работ осуществлялась наподобие советского атомного проекта. Общее руководство было возложено на специально созданное Третье главное управление при Совете Министров СССР (В. М. Рябиков, А. Н. Щукин), финансирование шло через Первое (атомное) главное управление при СМ СССР (оба управления курировал Л. П. Берия). Особенностью проекта было то, что Военное министерство СССР не являлось заказчиком системы и в подробности работ не посвящались даже высшие военные руководители страны.
12 августа 1950 года приказом Министерства вооружения СССР № 427 на базе СБ-1Головной разработчик КС-1 Комета начало формироваться закрытое КБ-1, ставшее головным разработчиком системы. Руководителем КБ-1 назначен заместитель министра вооружения К. М. Герасимов (с апреля 1951 г. А. С. Елян), главными конструкторами — С. Л. Берия и П. Н. Куксенко, заместителем главного конструктора — А. А. Расплетин. Ведущими специалистами стали 30 человек, персонально отобранных из разных организаций Москвы и Ленинграда, они, в свою очередь, формировали свои списки сотрудников. Из СБ-1 в КБ-1 перешли немецкие специалисты-ракетчики, вывезенные из Германии после войны и «спецконтингент» из заключенных советских специалистов. Начальниками всех крупных подразделений КБ-1 назначались офицеры госбезопасности. Для размещения лабораторий и опытных цехов на развилке Ленинградского и Волоколамского шоссе в Москве строится 13-этажное здание (Ленинградский просп., 80, корпус 16).
КБ-1 определяет общий облик системы и разрабатывает наиболее сложную её часть — многофункциональную секторную РЛС 10-сантиметрового диапазона, которой позднее был присвоен индекс Б-200. Комплекс сооружений с радиолокатором в конструкторской документации получил название ЦРН (центральный радиолокатор наведения), в войсковой документации — РТЦ (радиотехнический центр).
В качестве подрядчиков в разработке С-25 участвуют: РТИ АН СССР (А. Л. Минц) — разработка мощных передающих устройств РЛС Б-200, технологического оборудования, систем оповещения, целеуказания, управления и связиКонцерн «РТИ Системы». — Структура активов . Днепровский машиностроительный завод — производство передающих устройств ГИМ-3, ГИМ-6, аппаратуры целеуказания и источников вторичного питания. ОКБ-301 МАП (С. А. Лавочкин) — разработка зенитных управляемых ракет В-300 (изделие «205»), В-500 и В-600 (изд. «220») для С-25, ЗУР «217М» и «218» для С-25М (альтернативный вариант ракеты — ШБ-32 разрабатывался группой Д. Л. Томашевича в КО-32 при КБ-1).«Несостоявшийся соперник». Зенитная управляемая ракета ШБ-32 комплекса С-25 . сайт «Вестник ПВО» Для этих целей из ОКБ-2 НИИ-88 МВ в ОКБ-301 были переданы наработки по ЗУР, оттуда же перешла работать группа ИТР под руководством Г. Н. Бабакина ГСКБ «Спецмаш» ГКОТ — пусковые установки для ракет КБ-82 МАП — методики организации серийного производства ракет, разработка средств системы С-25М Долгопрудненский машиностроительный завод — производство ракет В-300 (с 1951) НИИ-20 (НИИ-244) МРТП (Л. В. ЛеоновЛеонов Леонид Васильевич (1910—1964) — главный конструктор радиолокационных станций обнаружения сантиметрового диапазона. В 1949 г. им разработана и создана первая такая станция П-20.) — РЛС кругового обзора А-100 «Кама»К. С. Альперович «Так рождалось новое оружие» Записки о зенитных ракетных комплексах и их создателях // «УНИСЕРВ», Москва, 1999 ISBN 5-86035-025-2. НИИ-504 (ПАО "НПП "Импульс", Москва), НИИЭП (АО "НИИЭП", Новосибирск) — неконтактные радиолокационные взрыватели для ракетМальцев А.И. 120 лет ПАО «НПП «Импульс». Вестник Концерна ВКО «Алмаз – Антей». 2021;(4):94-111. ЛЗСХМ — антенны для трёх опытных комплексов (1951) СМУ-304 — работы по монтажу, настройке, проведению испытаний и вводу в эксплуатацию стационарных объектов системы С-25 Ленполиграфмаш — производство станций передачи команд ГСКБдормаш МСиДМ — транспортный и заправочный агрегаты Авиационный компонент системы, на базе Ту-4, представлявший собой независимый комплекс класса «воздух-воздух», разрабатывался совместно КБ-1, ОКБ-301, НИИ-17 (работы свернуты после ареста Л. П. Берия)"Сверхтяжелый перехватчик ПВО Ту-4 Д-500 .
Формирование облика системы За 7 месяцев от выхода постановления до разработки первого проекта «Беркута» (февраль-март 1951 г.) сформировался общий облик системы, в котором были заложены два смелых технических решения: разработка многофункционального центрального радиолокатора наведения — ЦРН (Б-200); создание на его основе многоканального зенитно-ракетного комплекса, способного вести одновременный обстрел до 20 целей.
Связано это было с тем, что сложность поставленной задачи не позволяла решить её методами, подобными примененным в американском ЗРК MIM-3 Nike Ajax. Основные проблемы, возникшие при решении задачи при помощи одноканальных ЗРК, были следующими: громоздкость всей системы. Размещение на местности более 1000 ЗРК с двумя РЛС в каждом создало бы большие проблемы с сетью дорог, связи, техническим обслуживанием и т. п.; сложность управления разнесенными на местности объектами, на которые нужно быстро и точно передавать обстановку с радиолокатора целеуказания; электромагнитная несовместимость. Отражение групповых налётов предусматривало одновременную работу десятков ЗРК, чтобы не создавать взаимных помех, пришлось бы занять весь диапазон сантиметровых волн; меньшая точность и более высокая сложность решения задачи наведения. Неизбежные ошибки союстировки двух раздельных узколучевых РЛС цели и ракеты не позволяли получить высокую вероятность поражения во всех точках пространства. Чтобы в данных условиях получить вероятность поражения цели, близкой к 100 %, требовалась разработка головки самонаведения ракеты на конечном участке полета, однако в 1950-х годах это было сложным и дорогим решением, кроме того, массивная радиоаппаратура отнимала значительную часть боевой нагрузки ракеты.