So () — пятый студийный альбом британского рок-музыканта Питера Гэбриела, изданный 19 мая 1986 года, является первым не одноимённым альбомом музыканта (на предыдущих четырёх было лишь его имя, без названия). Многие песни этого альбома писались в более традиционном поп-ключе и стали радиохитами, другие по-прежнему сохраняют тёмную, вдумчивую эмоцию экспериментальных работ исполнителя. В 2011 году Гэбриел пояснил: «Я достаточно поэкспериментировал с инструментальной музыкой, и хотел написать качественные поп-песни, хотя и в своём стиле».
Это второй альбом Гэбриела спродюсированный Даниэлем Лануа, который стал известен благодаря сотрудничеству с Брайаном Ино и продюсированию записей группы U2. Годом ранее музыканты вместе работали над саундтреком к фильму «Птаха», Лануа привнёс много собственных идей в эмбиентную атмосферу материала. Многие композиции из So наглядно демонстрируют интерес Гэбриела к этнической музыке, сам он говорил: «Я думаю, этот альбом вдохновлён многими разновидностями , не только соулом и блюзом: в нём есть вещи из Африки, Бразилии, Кубы, Ямайки».
Спустя два года после своего международного релиза альбом был официально выпущен в Советском Союзе фирмой «Мелодия» по лицензии Virgin Records. Кроме того, в 1989 году композиция «Red Rain» попала в двухдисковый сборник Greenpeace Breakthrough, предназначенный для распространения исключительно в Советском Союзе. Для продвижения сборника Питер Гэбриел (и ещё несколько музыкантов) специально приехал на его презентацию в Москве.
So — самый успешный альбом за всю карьеру Гэбриела, он достиг вершины британского чарта и занял второе место в хит-параде Соединённых Штатов. В Великобритании диск был трижды сертифицирован как «платиновый», в США — пять раз. В поддержку пластинки было выпущено пять синглов: «Don’t Give Up» (дуэт с Кейт Буш), «In Your Eyes», «Big Time», «Red Rain», а также наиболее успешный из них — «Sledgehammer», который был признан самым ротируемым видео в истории телеканала MTV. Журнал Rolling Stone поставил диск на 14-е место в своём списке «100 лучших альбомов восьмидесятых» и на 297-е в рейтинге «500 величайших альбомов всех времён». Впоследствии So признавался одной из ключевых записей в популяризации африканского рока в западном мире.
Запись Начиная с 1978 года, Гэбриел сочинял музыку в старинном поместье , в частности, там были записаны его альбомы Security (1982) и Birdy (1984) — саундтрек к одноимённому фильму. В сарае, расположенном недалеко от дома, Гэбриел оборудовал небольшую двухкомнатную студию, в одной из комнат он занимался продюсированием вокала и сочинением текстов, а в другой работал над музыкой. Готовясь к записи So, Гэбриел рассматривал Билла Ласвелла и Найла Роджерса в качестве потенциальных продюсеров. Однако, в итоге он остановил свой выбор на Даниэле Лануа, с которым уже сотрудничал над созданием саундтрека Birdy, попросив его вновь присоединиться к нему в Ashcombe House и продолжить совместную работу.
Репетиции будущего альбома начались в мае 1985 года. В них принимали участие Гэбриел, Лануа и гитарист Дэвид Роудс, также долгое время сотрудничавший с музыкантом. Гэбриел уже имел черновые варианты некоторых песен — снабдив Лануа и Роудса аккордовыми структурами, на базе которых они сочиняли мелодии композиций посредством совместных импровизаций. Лануа вспоминал, что «подобный формат работы был хорошей отправной точкой; было бы не лучшей идеей, если бы вокруг нас находилась куча народа, потому что тогда ты начинаешь нервничать, что [попусту] тратишь их время». В результате, на сессиях царила непринуждённая атмосфера, а музыканты в шутку называло себя «тремя балбесами», проводя аналогию со знаменитым американским водевильным трио начала XX века. Также во время работы, шутки ради, они надевали на головы строительные каски, так как «приходили работать с юмором». Со временен сессии расширились и к ним присоединились ещё несколько ключевых музыкантов — звукоинженер , басист Тони Левин и барабанщик , а также ряд вспомогательных — перкуссионисты Ману Катче и Стюарт Коупленд и скрипач .
Основное студийное оборудование состояло из «двух аналоговых 24-дорожечных магнитофонов „Studer A80“, вторая версия которого представляла собой вариант, модифицированный местными чудо-техниками, с сохранением родных аудиокарт и средств управления плёнкой». Для записи вокала использовались трубчатый микрофон Neumann U47 и компрессор Decca с отключённым эквалайзером. Все композиции альбома записывались по схожей схеме: Гэбриел фиксировал фортепианную версию песни на «модифицированном» магнитофоне и демонстрировал её группе. Во время репетиций музыканты слушали эту плёнку через наушники и записывали свой материал «на основной магнитофон»; на этом этапе отдельные части демоверсии Гэбриела также переносились на этот магнитофон. Затем записанные дубли помещались на «модифицированный» магнитофон, чтобы группа могла прослушать как они звучат с этим демо, а также новые и старые дубли песни.
В числе прочего студийного оборудования фигурировал «новаторский» синтезатор Fairlight CMI, который, по словам Гэбриела, позволял задействовать «больше человеческого воображения». Музыкант подчёркивал: «Творческий процесс принятия решений стал более важным, чем сам метод. У нас имелся более широкий спектр инструментов, более широкий спектр решений» . Хотя Гэбриел был очень воодушевлён созданием новой музыки, ему тяжело давались тексты и он часто откладывал их сочинение. Склонность Гэбриела переписывать свою лирику подтолкнула Киллена сохранить некоторые вокальные записи в качестве мастер-треков, чтобы музыкант мог психологически переключаться и работать над текстами следующих песен. В свою очередь, Лануа принимал ещё более радикальные меры чтобы подтолкнуть Гэбриела к написанию новых текстов; так, он разбил часто отвлекающий музыканта телефон в соседнем лесу, а однажды и вовсе заколотил дверь студии, чтобы запереть его внутри.
Ближе к концу студийной работы Гэбриел стал «одержим» порядком композиций и записал на аудиокассету начала и окончания всех песен, чтобы услышать, как звуки будут сочетаться между собой. Он хотел поместить трек «In Your Eyes» в самый конец альбома, однако, из-за чрезвычайно удачно получившейся басовой линии его пришлось разместить на грампластинке гораздо раньше, так как благодаря этому предоставлялось больше места для вибрации иглы звукоснимателя. Впоследствии, в переиздании альбома на компакт-диске, это ограничение было снято и трек сделали заключительным, как и предполагалось изначально. So был завершён в феврале 1986 года, стоимость его записи составила £200 000. Наложения различных экзотических инструментов добавлялись отдельно в нью-йоркской студии Power Station, несмотря на то, что первоначально Гэбриел рассматривал возможность получения нужных музыкальных фрагментов посредством спутниковой телефонии: «Это чересчур большой объём информации для отправки по телефону. Но, разве это не поразительно? Вы можете отправить идею песни музыкантам по всему миру, а затем получить [созданные ими] фрагменты назад по спутниковой связи». В середине февраля Иэн Купер произвёл мастеринг альбома в лондонской студии .
Музыка и тематика текстов Музыкальные критики характеризовали So как самый коммерчески доступный и наименее экспериментальный альбом Гэбриела: помимо повышенного внимания к традиционному поп-жанру, на протяжении всей этой записи музыкант комбинирует арт-поп и прогрессивный поп. Как и на предыдущих пластинках Гэбриела, звучание альбома базируется на арт-роке, хотя в случае с So автор уделяет повышенное внимание мелодиям песен и сочетает их с элементами соула и африканской музыки. «Если я буду бренчать на гитаре или наигрывать на фортепиано песни вроде „The Rhythm of the Heat“ или „The Family и the Fishing Net“ (с предыдущего диска музыканта), они не будут звучать должным образом … в то время как большинство вещей этого альбома звучат точно так же — их лирика, мелодии и аккорды сочинены в более традиционном ключе».
Песни альбома сочинены под сильным влиянием традиционной этнической музыки, особенно африканской и бразильской, с использованием характерного для этих стран перкуссионного бита. В интервью 2011 года журналу Uncut Гэбриел сказал: «Я достаточно поэкспериментировал с инструментальной музыкой, и хотел написать качественные поп-песни, хотя и в своём собственном стиле». Джон Парелес из газеты The New York Times подчёркивал, что Гэбриел «не просто добавляет африканские барабаны или индийскую скрипку к обыкновенным песням; они базируются на этих инструментах». В свою очередь, Крис Робертс из журнала Classic Rock отмечал, что альбом «опирается на звучание синтезатора Fairlight и добавляет к нему приятные штрихи этнической музыки и арт-попа». Продюсерскую работу Даниэля Лануа описывали как текстурированную, насыщенную эмбиентными деталями и «безукоризненной теплотой, дарующей каждой ноте возможность дышать, её текстуры насыщенны (в стиле, предпочтительном тому времени), а не стерильны».
Первая сторона
Гэбриел хотел, чтобы альбом «начинался с грохота». Несмотря на нелюбовь музыканта к «металлическим» ударным инструментам, Лануа убедил его разрешить Стюарту Коупленду из группы The Police играть на тарелках и хай-хэтах во вступительной композиции «Red Rain» (). Гэбриел поёт в верхнем вокальном регистре, используя гортанную технику; песня посвящена жестокости мира и затрагивает многие социальные проблемы, такие как пытки и похищение людей. Концепция песни пришла автору во сне — ему приснились огромное расступающееся Красное море и человекоподобные стеклянные бутылки наполняются кровью. Также произведение задумывалось как продолжение истории Мозо (), персонажа фигурирующего в первом и втором альбомах музыканта.
«Sledgehammer» () была последней композицией, которая была записана для пластинки. Бо́льшая часть сессионных музыкантов уже паковала оборудование и была готова покинуть студию, однако Гэбриел попросил их остаться, чтобы быстро пробежаться по ещё одной песне, которую он придумал. Отчасти мелодия трека была вдохновлена музыкой Отиса Реддинга, поэтому Гэбриел связался с , который гастролировал с Реддингом в 1960-х, чтобы записать для него партию валторны. «Sledgehammer» открывает бамбуковая флейта сякухати, а в структуре композиции преобладают духовые музыкальные инструменты, в частности, валторна Джексона; в свою очередь текст песни наполнен сексуальными эвфемизмами. Партия барабанщика Ману Катче была записана с первой попытки, поскольку он считал, что любая последующая версия будет уступать его оригинальной музыкальной интерпретации.
Самый политизированный трек альбома «Don’t Give Up» () был следствием недовольства автора ростом безработицы во время Маргарет Тэтчер и вдохновлён знаменитой фотографией Доротеи Ланж «Migrant Mother» (). Композиция начинается с ритмического рисунка медленных, низкотональных том-томов, придуманного Гэбриелом на драм-машине; по задумке Лануа, он должен был стать центральным элементом песни. Тони Левин добавил к этой мелодии бас, чтобы создать более гармоничный звук, а во второй половине трека подложил под струны подгузник, чтобы ослабить звучание. Текст песни, сочинённый Гэбриелом в виде разговорной пьесы, повествует о безработном человеке и его возлюбленной. Первоначально Гэбриел хотел спеть эту песню дуэтом с Долли Партон, однако она отказалась; тогда он пригласил свою подругу Кейт Буш. Буш выступает в качестве респондента песни, она берёт на себя роль успокаивающей стороны — нежным голосом пропевая строчки: .
Первая сторона пластинки завершается композицией «That Voice Again» (), в которой Гэбриел исследует концепцию совести, анализируя «родительский голос в наших головах, который либо помогает, либо подавляет нас». Написанная в соавторстве с гитаристом Дэвидом Роудсом, который играет на фоне ритм-секции Катче и Левина, песня была сочинена после первых обсуждений Гэбриелом и Мартином Скорсезе будущих аранжировок фильма «Последнее искушение Христа» (1988).
Вторая сторона